Плетельщица снов - Наталья Журавлёва

Он осторожно подбирал слова.

— Там, откуда ты приехала, тебя кто-то ждет?

Казалось, этот вопрос дался парню мучительно тяжело. Я скорее почувствовала, чем увидела, что все его тело напряглось.

— Что ты имеешь в виду? — уточнила я.

— У тебя есть суженый? — отчетливо произнес Курт.

Глава 12

Я даже не сразу сообразила, о чем спрашивает Курт Корн. Само слово «суженый» было странным, будто не из нашего времени.

— Нет, у меня нет, — я помедлила, но произнесла, — суженого.

Курт отступил от края скалы и подошел ко мне.

— Правда? — он вдруг оживился. — Для меня это очень важно. Это так трудно встретить хотя бы потенциально подходящую для нас пару.

Я смотрела на парня широко открытыми глазами и пыталась понять, что вообще происходит. Что значит «подходящую» и для кого это «для нас»?

— Ты только не пойми меня неправильно. Просто даже не верится, что у такой красивой девушки нет…

Он замялся.

— Суженого? — услужливо подсказала я.

Меня это начало даже веселить. Пожалуй, Курт вел себя слишком странно, чтобы я по-настоящему забеспокоилась.

Но Курт воспринял мою улыбку по-своему.

— Это не правда? — он прищурился, и его глаза превратились в две желтые щели, точно глаза хищника. — Ты смеешься надо мной?

— Нет-нет, — я замахала руками.

В памяти всплыл последний вечер дома, и мне вдруг стало не до смеха.

— Хотя, знаешь, это действительно не совсем правда.

Даже в стремительно наступающей темноте я заметила, как крепко Корн сжал челюсти, и поспешила объяснить.

— На самом деле один женишок у меня там нашелся, — при воспоминании о Шоне Гатри меня передернуло. — Но я от него сбежала.

Настала очередь Курта удивляться, судя по взлетевшим вверх бровям.

— Как это?

Пришлось рассказать ему о том, что со мной случилось до побега в Бергтаун. И о сватовстве, и об овцах, и об ужасном Шончике Гатри. И, конечно, о своей мечте совершенствоваться в плетении снов.

Курт слушал очень внимательно, не перебивал и ни о чем не переспрашивал, только иногда кивал, давая почувствовать, что понимает меня.

— Поэтому я и приехала в Бергтаун, — подвела я итог под своим нехитрым рассказом. — Вуна считает, что близость Магических гор поможет мне еще больше раскрыть мой магический дар.

Курт наклонил голову чуть на бок и произнес:

— Значит, если до осени ты не начнешь сама зарабатывать, тебе придется уехать обратно в деревню?

Я вздохнула:

— Боюсь, что так.

— И выйти замуж за этого Гатри? — Курт точно зарычал.

— Да, — едва слышно ответила я.

Он уловил самую суть моего страха, но мне не хотелось не то, чтобы говорить об этом, а даже думать.

Я отвернулась.

Оглянувшись по сторонам, я осознала, что вокруг уже очень темно.

— Курт, как мы будем спускаться? — воскликнула я.

Остаться ночью в горах без теплой одежды и огня! А если гроза? Или обвал?

Боги, я не для того стремилась в Бергтаун, чтобы сгинуть на одной из горных вершин.

Я инстинктивно отступила назад, помня о том, как близко мы стоим к краю скалы. Хотя я уже почти ничего не видела, с каждой минутой становилось все темнее.

Курт шагнул ко мне. Я ощутила его теплую ладонь на своей руке.

— Не бойся, — просто сказал он. — Я проведу тебя.

Некоторое время я колебалась, не будучи уверенной, что это хорошая идея. Но, решив, что перспектива замерзнуть в горах мне нравится еще меньше, все же решилась.

Мы начали спуск. Курт шел впереди, а я, намертво вцепившись в его руку, семенила за ним.

Путь с горы по крутой тропинке сам по себе был намного сложнее, чем подъем. Приходилось внимательно смотреть под ноги, и стараться прощупывать камни, прежде чем сделать следующий шаг. Почва то и дело осыпалась, и подошва ботинка скользила, словно по льду.

Настал момент, когда тьма сгустилась настолько, что я больше не видела ничего перед собой. К тому же стало ужасно холодно, а мой походный хлопковый костюм совсем не согревал.

Меня начало трясти. Не знаю отчего больше: от холода или от страха, может, сразу и от того, и от другого. Я остановилась, не в силах больше сделать ни шагу.

— Мия? — почувствовав остановку, Курт тоже замер, продолжая крепко держать меня за руку. — Что случилось?

— Я больше не могу идти, — мой голос прозвучал отрывисто. — Я ничего не вижу.

Курт шагнул почти вплотную ко мне.

— Ты вся дрожишь! Прости, я должен был заметить раньше, что тебе холодно.

— Ннничего, — заикаясь, промямлила я

Я почти не чувствовала от холода ног и рук. Тело била мелкая дрожь. Зубы стучали друг о друга.

— Сейчас, — решительно произнес Курт. — Ты устойчиво стоишь?

— Кажется да, а что? — спросила я, клацая зубами.

— Я отпущу руку.

— Что? Нет! Зачем? — от ужаса в голове начали путаться мысли.

Меньше всего мне хотелось остаться одной в полной темноте, балансируя на крутом горном склоне.

— Нет, не отпускай меня! — взмолилась я. — Я упаду!

— Не бойся, я рядом, — спокойно, но твердо ответил Курт. — Я уберу руку всего на секунду, и ты никуда не упадешь. Ты поняла, Мия?

— Но зачем? — спросила я, силясь разглядеть его перед собой.

Если бы сразу после заката не набежали облака, света луны и звезд хватило, чтобы можно было увидеть хотя бы очертания предметов. Но небо было настолько затянуто облаками, что я не могла разглядеть даже собственной вытянутой руки.

— Я сниму куртку и надену ее на тебя, — объяснил Курт. — В ней ты быстро согреешься. Хорошо?

Перспектива отморозить себе что-нибудь на горе совсем меня не радовала.

— Ладно, только быстро, — нехотя согласилась я.

Я услышала, как рядом что-то зашуршало, а через мгновение Курт уже набросил мне на плечи плотную кожаную куртку, еще хранившую его тепло. Я поспешно просунула в нее руки и застегнула молнию до самого подбородка.

— Лучше? — спросил Курт.

— Намного, — выдохнула я. — Спасибо!

Я быстро согревалась. Просто удивительно быстро! Но вторая проблема при этом никуда не делась — я чувствовала, что по-прежнему не могу сделать в