Перезагрузка - Дмитрий Казаков

Сам он повел даже не обернувшуюся Лизу в противоположном направлении.

– Прошу за мной, – сказал один из камуфляжников.

«Доблестных воинов» повели мимо автостоянки к входу под ближайшую трибуну. Вскоре они очутились в просторной раздевалке, где их ждали еще четверо «рыцарей», все, похоже, из местных; и в их числе был рыжий, вчера с таким гневом таращившийся на Андрея.

Всего участников оказалось восемь.

– Прошу внимания! – объявил вошедший в раздевалку Анатолий, поверх камуфляжа нацепивший нелепо выглядевшую накидку с гербом: пушка и сидящая на ней птица вроде петуха. – Милостью нашего могущественного короля я назначен распорядителем турнира, и в обязанности мои входит следить, чтобы все проходило честно и благородно, достойным нашего славного города образом…

Из дальнейшей его речи стало ясно, что участников с помощью жребия разобьют на пары, победители выйдут в следующий круг, где встретятся между собой, и так, пока не останется только один, наиболее сильный, умелый и угодный небесам.

– А чем сражаться-то будем, кулаками, итить меня раскудрить? – поинтересовался Миша.

– С экипировкой все определено. – Анатолий хлопнул в ладоши.

В раздевалке появились восемь юнцов в таких же накидках, как у распорядителя, и каждый приволок нечто вроде бронежилета 6Б5 одиннадцатой, самой легкой модификации, пейнтбольную маску и маркер для этой же игры, но, как сразу заметил Андрей, переделанный.

Когда-то давно он работал инструктором в пейнтбольном клубе и знал, что к чему.

– Это оруженосцы, они помогут вам надеть снаряжение, – сообщил Анатолий. – Ваша задача – вывести соперника из строя, чтобы он не смог продолжать схватку, при этом запрещается…

Запретов, вопреки ожиданиям, оказалось не так много – снимать экипировку с себя и с противника, душить его, бросаться посторонними предметами и использовать маркер как дубину. Рукопашный бой в чистом виде ни король, ни его соратники отменить не решились.

– И из этого нам придется стрелять? – пренебрежительно сказал Миша, разглядывая маркер.

– Не так все просто. – Андрей взвесил оружие в руке и понял, что в «магазине» находится нечто более тяжелое, чем стандартные желатиновые шарики с краской, которыми тяжело вывести кого-нибудь из строя, разве что пальнуть в висок или в солнечное сплетение почти в упор.

Бронежилет оказался легким, с дополнительной секцией для защиты паха, маска села на голову точно влитая.

– Все готовы? – спросил Анатолий, оглядывая «рыцарей». – Прошу за мной.

Вслед за распорядителем они прошли узким коридором, поднялись по лестнице и оказались у беговой дорожки. Андрей услышал возбужденный гул толпы и вынужден был зажмуриться, поскольку солнечные лучи попали в глаза.

Уловил изумленное хмыканье одного из коллег, а через мгновение понял, чем оно вызвано.

– Итить меня раскудрить! – выразил Миша замешательство гостей Смоленска.

Поле было сплошь уставлено огрызками гаражей, фрагментами металлических заборов, строительными плитами так, что получался лабиринт, а в центре его торчала вышка с ведущей на нее лестницей. Трибуны выглядели обрезанными снизу, от них оставили только верхние места, чтобы зрители могли без проблем наблюдать за происходящим.

Прямо напротив выхода из-под трибуны располагалась ложа для почетных гостей: блестела «корона» на голове правителя города, справа и слева от него, по четыре с каждой стороны, сидели «прекрасные дамы», ради которых все вроде бы и было затеяно.

Где-то среди них находилась Лиза, но Андрей из-за солнца разглядеть ее не сумел.

– Мир вам всем и благополучие! – Голос поднявшегося короля прогрохотал над стадионом так, словно доносился через динамики, хотя никакой аудиоаппаратуры видно не было. – Начнем же славное и прекрасное соревнование, посвященное возвеличиванию доблести и…

Он говорил, а Андрея охватывало то же ощущение, что посетило его вчера – уверенность, что все, приказанное этим человеком, нужно исполнять, что он не может повелеть ничего плохого, что его нужно слушаться.

Потом зрители заревели, и он немного пришел в себя.

– Теперь жеребьевка! – Анатолий вновь хлопнул в ладоши.

Двое оруженосцев, пыхтя от натуги, притащили здоровенную чашу вроде тех, в каких зажигают олимпийский огонь, и поставили ее перед участниками турнира. В ней лежали свернутые в трубочку бумажные листы, каждый был перевязан красным шнурком.

– Прошу, – распорядитель сделал приглашающий жест.

Первым к чаше шагнул рыжий, за ним двинулся Миша, и на мгновение даже возникла толчея. Андрей подождал, пока она исчезнет, и потом спокойно забрал последний оставшийся листок.

Развернув его, увидел цифру «2» и слово «правый».

– Каждый из вас теперь знает номер пары и вход, через который он пройдет на ристалище, – объяснил Анатолий. – Сейчас я должен занять место на вышке, откуда буду управлять состязаниями, так что оставляю вас на помощников и желаю, чтобы пребыли с вами честь и отвага.

Кивнув, он удалился в лабиринт и вскоре уже лез по лесенке на вышку. Когда взобрался на самый верх, выяснилось, что там для распорядителя приготовлен мегафон.

– Запускайте первых! – прикатился мощный голос.

Единица досталась Мише и необычайно могучему мужику, одетому не в камуфляж, как остальные, а в шорты и футболку.

– Ну, я тебя размажу, – пообещал он и в сопровождении одного из помощников Анатолия зашагал направо.

«Рыцарь» из Киева ничего не ответил, только нехорошо усмехнулся в спину сопернику.

Оба исчезли из виду, помощники вернулись, а затем распорядитель поднял и опустил руку. Соперники двинулись навстречу друг другу, отыскивая путь в незнакомом для обоих лабиринте, надеясь заметить врага первым, выстрелить в него так, чтобы не получить «ответку»…

Трибуны заревели вновь, кровожадно, призывно.

Андрею стало жарко, и он совершенно автоматически снял маску, чтобы охладить разгоряченное лицо.

– Нельзя! – тут же воскликнул один из помощников, и пришлось вернуть деталь экипировки на место – в чужой монастырь со своим уставом не ходят, а тут даже не монастырь, хуже.

Анатолий с вышки поглядывал то в одну, то в другую сторону, и по его взглядам можно было примерно определить, как перемещаются Миша и его соперник. Зрители поддерживали обоих, что выглядело понятным – оба чужаки, так что не особенно жалко, кто бы ни проиграл.

Потом донесся глухой стук очереди, за ней – несколько одиночных выстрелов.

– Наконец-то началось, – нетерпеливо сказал один из смоленских «рыцарей». – Долго они запрягали.

Две очереди перекрыли друг друга, затем наступила тишина, и вновь прозвучал грохот. Трибуны притихли. Взлетело над стенками лабиринта хриплое проклятие, а затем донесся радостный вопль:

– Уррра!

Вопил, судя по голосу, Миша, и у Андрея стало легче на душе – вроде бы и общались всего ничего, а все равно не чужой уже человек, да и сам по себе, похоже, не засранец.

Анатолий поднял левую руку, а в мегафон объявил:

– Схватка окончена! Победитель – доблестный Михаил из Киева!

Сердце Андрея застучало немного чаще – следующая очередь его, и неизвестно еще, как все обернется.

Победитель ушел с ристалища сам, а вот побежденного помощники распорядителя вытащили на руках и поволокли под трибуну. Его физиономия стала бледной и одутловатой, глаза были закрыты, а волосы измазаны кровью.

– Так, у кого двойка? – поинтересовался один из подчиненных Анатолия.

– У меня, – ответил Андрей, а рыжий «рыцарь» сделал шаг вперед и стукнул себя кулаком в грудь.

Потом он повернул голову, и их взгляды встретились.

Зрители на трибунах завопили вновь, и на этот раз они желали победы своему, местному, кричали, чтобы он раздавил чужака, словно клопа, прибил его, уничтожил. Голоса Ильи и Рашида, если они и орали что-то, потонули в общем кровожадном, полном ненависти хоре.

«Но ничего, мы еще посмотрим», – подумал Андрей, чувствуя, как в сердце просыпается азарт.

Его повели направо, и вскоре он оказался перед ведущим в лабиринт проходом. Уловив знак Анатолия, двинулся вперед, а оказавшись между стальных стен, сделал то, что положено сделать, получив в руки незнакомый маркер, – направил его в сторону и нажал на спусковой крючок.

Хлопнуло, металлический шарик со стуком отскочил от стенки.

Хорошо, что оружие работает, плохо, что заряжено оно весьма опасными штуками – торс, пах и лицо защищены, но на теле полно уязвимых точек, и если такая хрень попадет, например, в горло…

Проходы в лабиринте были достаточно широкими, чтобы зрители и распорядитель видели, что происходит на ристалище. Андрей двигался по ним быстрым шагом, останавливаясь и прислушиваясь перед каждым поворотом, и понемногу забирал вправо, чтобы выйти к противнику с левой от того стороны.

Если это удастся и они заметят друг друга одновременно, то рыжий потратит несколько мгновений, чтобы развернуться.