Рандолевый катран - Сергей Буянов

– Может, и вправду взять на память? – Никита посмотрел на Чугуева.

– Бери, а то не отвянет.

– Возьми на счастье, сынок! – цыганка сунула в ладонь Никиты самый большой крест, вытянула деньги из другой руки и моментально затерялась в толпе.

Никита только успел пожать плечами.

В родном городе Чухонске на перроне выстроился весь командный состав районной администрации. С живыми цветами и сияющими лицами. Не хватало только оркестра.

– Выходим?

– Я, Леонид Аркадьевич, после. В сторонке. Мы всё же не родственники.

– Как знаешь. Куда сейчас?

– Домой! Отдыхать после отдыха.

– Счастливый! Ну, давай, отдыхай! – Чугуев пожал руку Никиты и вышел.

Его, в самом деле, едва ли не на руках приняли с лестницы вагона.

Больше всех радовалась Елизавета Николаевна. Секретарша юлила вокруг мэра, заглядывала ему в глаза, улыбалась во весь рот, едва сдерживаясь, чтобы не схватить Чугуева за руку.

Похоже, натерпелась Лизонька от первого зама. Чугуев улыбнулся. "Что ж, у вас", – он посмотрел на группу встречающих, – "ещё всё впереди!"

"Главное, не гони лошадей! " – напутствовал Чугуева однокашник Мискин. – "Вначале выцепи гниду, а потом прищёлкни её окружение, сама отсохнет и отвалится. И, не будь дураком, обязательно вникни вдела приватизации!"

Чугуев смотрел на приветливые лица и не мог определить "гниду" – все как один казались взрослыми особями, полноценными вшами-кровопийцами.

– Вас домой, Леонид Аркадьевич?

– Для начала в Управу.

"Это ещё зачем?" – Чугуев прочёл немой вопрос на лицах встречающих.

– Соскучился по работе! – улыбнулся мэр. По обыкновению так виновато, что лица свиты просветлели.

– Конечно, конечно! Давай в Управу! – приказали они шофёру.

Тот пожал плечами и двинулся с места.

Чугуев увидел в окно, как машет рукой Никита. Улыбнулся в ответ и взял под воображаемый козырёк.

– Это кто? – спросила начальница отдела кадров.

– Отдыхали вместе.

– А-а, – протянула напомаженная молодящаяся женщина.

Чугуев повернулся к ней. Заплела косички к полувековому юбилею, напялила мини-юбочку, дольчики. Красавица! Не она ли гнида?

– Леонид Аркадьевич, вижу, неплохо отдохнули, – по-своему истолковала его взгляд начальница отдела кадров.

– Замечательно, Клара Семёновна! Мне бы поработать теперь.

– Что вы, что вы?! – всплеснула руками она. – У вас ещё три дня отпуска!

– Клара Семёновна, доедем до места, разберёмся.

Клара Семёновна посмотрела на остальных членов свиты. Улыбки сошли с их лиц. И только Лизонька едва не сдержалась, чтобы не хлопнуть в ладоши. Первый заместитель вовсе почернел. Он старался не глядеть на Чугуева и на его секретаршу. Было три дня в запасе, но из-за самодурства Чугуева пропало. Он опустил руки ниже колен и ткнулся подбородком себе в грудь. Затем дёрнулся оттого, что кто-то сильно щипнул его за ногу. Обернулся, увидел нахмурившееся лицо Клары Семеновны, и ещё более сник.

– Лизонька, предоставьте мне, пожалуйста, планы администрации по приватизационным объектам! – первым делом приказал Чугуев, едва переступил порог приёмной.

– Все документы у Зябликова.

– Так, возьмите! – улыбнулся Чугуев, подражая однокашнику Мискину. От такой улыбки оппонент чувствовал себя скрученным по рукам и ногам.

Секретарша вздрогнула.

– Если у Зябликова возникнут вопросы, ведите его в мой кабинет! – продолжал улыбаться Чугуев.

– Сейчас! – секретарша выпорхнула из приёмной.

Чугуев тотчас связался по телефону с отделом кадров.

– Клара Семёновна! У меня ещё трое суток отпуска?

– Да, конечно, Леонид Аркадьевич, я тоже думаю, вам надо отдохнуть.

– После отдыха?

– Знаете, отдых он тоже не исключает нагрузки.

– Это как?

– Мало ли дел у молодого, полного сил мужчины?

– Хорошо. Я еду домой сейчас же.

– Счастливого вам отдыха, Леонид Аркадьевич!

Секретарши ещё не было. Чугуев осмотрел свой кабинет. Всё в идеальном порядке, в такой кабинет он вступал в должность. Да, Зябликов умеет, когда хочет. Только интересно, чего он хочет?

Чугуев позвонил первому заму. К телефону долго никто не подходил. Леонид Аркадьевич хотел было положить трубку, как ему ответила запыхавшаяся Лизонька.

– Кабинет первого заместителя городской Управы!

– А что ты там делаешь, Лизонька?

– Леонид Аркадьевич! – укоризненно выдала секретарша.

– Слушайте, Лизонька, внимательно. Сейчас вы являетесь пред мои очи с требуемыми бумагами или…

– Или?! – возмутилась секретарша.

– Уже готов приказ о вашем увольнении по несоответствию занимаемой должности.

Секретарша швырнула трубку, оправила юбку, подхватила папку с бумагами и выскочила из кабинета. Зябликов продолжал лежать на диване. Он слышал каждое слово мэра, и всё больше удивлялся. Что, если? Зябликова аж подбросило. Он схватил трубку, набрал знакомый номер.

– Что ещё, Леонид Аркадьевич? – ответила начальница отдела.

– Это Зябликов! Ты что делаешь, Клара?

– Курю, а ты?

– Не время для шуток! Знаешь, что Чугуев увольняет Лизавету?

– Знаю, – Клара Семёновна улыбнулась. – Давно пора прекратить распутство на рабочем месте.

Зябликов вспотел. Он положил трубку. У, старая кочерга! Откуда узнала? Наверняка Лизка проболталась. Тогда, туда ей и дорога! Жена Зябликова вряд ли потерпела бы измену. Терять рабочее место совсем не хотелось. Тем более из-за какой-то вертихвостки.

– Елизавета Николаевна! Ознакомились? – спросил Чугуев, указывая взглядом на папку с бумагами от Зябликова.

– Вы, вы это серьёзно?

– Нет! Я в шутку спросил о ваших обязанностях!

– Я свои обязанности знаю.

– Только выполнять их не спешите.

– Я была занята. Мне надо было…

– Меня не интересуют ваши дела, – улыбнулся Чугуев. – С поставленной задачей вы не справились вовремя.

– И вы всерьёз меня уволите?

– Уже. И не надо так на меня смотреть. Бардак мне не нужен.

– Но, но вы понимаете, что у меня муж инвалид и ребёнок?

– Всё, всё понимаю и сочувствую. Поэтому дам наилучшие рекомендации.

– Да я, да они… – секретарша разрыдалась.

Чугуев постоял, посмотрел и опустился в кресло. Утешать секретаршу не хотелось. Пусть уходит с миром.

– Уходите с миром, – сказал он вслух.

– Да мне некуда идти! – всхлипнула секретарша. – Вы ничего не знаете. Они, они вас подставляют! Я, я всё скажу.

– Вряд ли это вам поможет, хотя… Говорите!

И секретарша, как говорят работники внутренних органов, раскололась по самые помидоры.

Чугуев выслушал исповедь, поблагодарил.

– В знак признательности я предлагаю написать вам "по собственному желанию". С добавочной формулировкой: "по семейным обстоятельствам"!

Чугуев подписал приказ об увольнении, захватил бумаги по приватизации и приказал шофёру отвезти его домой.

Надежда была на работе, сын в школе. Чугуев расположился в кабинете. Чем больше он читал, тем больше чувствовал отупение в голове. И всё же основную мысль он уловил. Его, действительно, подставляют, или кидают. Остаётся подписать постановление, и готово. Мэр города Чухонска окажется вне экономической политики! Хитроумные сплетения договора предполагали полное отстранение мэра от вопросов экономики, передоверяя их заместителю Зябликову.

Чугуев вздохнул, сунул кассету, отданную ему секретаршей, включил видеомагнитофон.

– Порнофильм плохого качества, – сказал он, просмотрев до середины.

В сумраке кувыркались две фигуры, сопровождая свои движения охами и ахами.

Чугуев промотал вперёд.

Свет! Появился свет и Леонид Александрович увидел обещанный компромат. Отчётливые лица: Лизоньки и Зябликова! Вот почему в его кабинете порядок! Убрали за собой, молодцы!

Чугуев позвонил Зябликову.

– Чем занимаешься? – спросил он, не представляясь.

– Леонид Аркадьевич, дорабатываю проект приватизации асбестоцементного завода!

– И на каком этапе?

– Осталась ваша подпись. Лиза сегодня брала документы для вас. Вы, впрочем, наверное, уже подписали.

– Не вздыхай так обречённо, Зябликов! Приезжай-ка ты ко мне! Посидим, потолкуем.

– К вам домой?

– Разве мы не коллеги? Разве у меня нет ещё трёх дней отпуска? – спросил Чугуев заплетающимся голосом.

Зябликов воодушевился.

– Да! Я сейчас. Что захватить?

– Колбаски. Помидорчиков. И-ик! Ну и пивка баночки две.

– Чешского?

– А как же?

Зябликов пообещал прилететь пулей.

Чугуев посмотрел на себя в зеркало и удивился. На него смотрел преуспевающий, знающий чего хочет, человек. Чугуев сделал пьяную улыбку. Смотрелось убедительно.

Зябликов, как и обещал, прилетел пулей.

– Вот, пожалуйста! Помидорчики, колбаска. Ваша любимая, кстати, икорка! Ну и пивко! Правда, в баночках не было, так я три бутылочки взял.

– Очень хорошо! Очень! – Чугуев пошатнулся, упал на стул возле холодильника, мотнул рукой в сторону стола. – Садись!