Школа Хизер Блоссом. Часть 2 - Рианнон Анатольевна Илларионова

«Вам же могу, — оскорбилась Геката. — Или думаете, что я с вами словами разговариваю? Ту девочку я помню. Она не хозяюшка, но тоже хорошая».

Кошка отрывисто замяукала и снова перешла на мысленную речь:

«Видите же разницу? Образы я посылаю. Может, и другие смогу. Только объясните понятней, я ведь зверюшка», — кошка хитро блеснула глазами и распушила хвост.

Она подбежала к Робину и ткнула его лбом в ладонь.

«Отнеси-как меня домой, а по дороге поговорим».

Робин повернулся ликующим лицом к Тени:

— Может, и правда?

Тень недоверчиво глянул на кружащую вокруг ног пака кошку.

— Смотрите, осторожней Беды не наделайте. Я тоже мыслью пораскину, что придумать можно.

✧☽◯☾✧ Ночь с 31 мая на 01 июня ✧☽◯☾✧ Школа «Хизер Блоссом» ✧☽◯☾✧ Общежитие первого курса ✧☽◯☾✧ Комната Грэма и Доминика ✧☽◯☾✧

Грэм тяжело метался на постели, переворачивался с боку на бок, путая длинные волосы. Искал прохлады, прижимаясь щекой к подушке, но густая духота уже надвигающегося лета покрывала тело испариной. Но не было ли то иллюзией, ведь на соседней кровати спокойно слал Доминик, и совсем не страдал от жары? Грэма же жгло пламя.

Будто сама кровь кипела в венах. А смутно знакомый, мягкий и приятный голос разговаривает с ним, только усиливая ужас и бессилие:

Как же ты неподатлив, сокровище. Я требовал огня давно, слишком давно, даже по человеческим меркам. И ты подчинился так неохотно и нескоро. А темная тварь совсем не страдала. Или ты хочешь, чтобы я сам занялся ею?

Грэм не понимает и половины смутно разобранных слов, но веки жжет то ли огнем, то ли непролитыми слезами. Какая-то часть его готова сражаться, но с кем? Какая-то готова униженно просить пощады, для себя ли?

За зажмуренными веками медленно проявляется смутный образ мужчины в серебристо-белом одеянии. Длинные волосы его почти сливаются с тканью, кожа бела, словно лепестки лилий, единственный яркий цвет — это глаза, салатовые, невозможные для человека. Нежно-розовые, как у девушки, губы улыбаются пленительно, но от этого еще страшнее.

Что же дает тебе столько сил, даже теперь?

Грэм ответил бы, но и сам не знает. У него нет ни амулетов, ни древнего дара. Он человек, человек. Слово бьется в разгоряченном мозгу, словно оправдание. Если бы не сон, он бы уже кричал его.

Мне не нравится, что ты ставишь против меня барьеры несуразным колдовством своего мира, — продолжает голос. — У него не может быть такой силы. Я так много тебе дал, а дам еще больше, только перестань сопротивляться и выполняй мои желания.

Грэм не понимает, о чем говорит голос, не понимает даже, в чем заключается его сопротивление, а из смертельно пересохшего горла не может вырваться ни звука. Он безнадежно глотает слюну — тщетно.

«Я больше не могу, — появляется первая четко оформленная мысль. — Это должно закончится. Это все неправда».

Ничего не заканчивается. Кажется наступает новый виток пыток. Мужчина, так похожий на Светлейшего Короля Благого Двора, берет его за руку, мягко и невесомо и уводит прочь. Грэм даже во сне пытается сопротивляться, и не может.

Теперь вокруг лес. Юноша озирается, не в силах понять в сновидении он еще или уже похищен древней силой? Себя Грэм почти не видит и не осознает, будто растворился в магическом тумане, а Король напротив становится зрим и осязаем. Тонкие пальцы фэйрийского правителя нежно гладят его по щеке, губам, лбу… хочется отстраниться с брезгливостью, но рука Короля так восхитительно прохладна. Грэм и не понимает, что сильнее прижимается к ней сам.

Король приглаживает его темные волосы. Они, еще недавно влажные от пота и спутанные, становятся шелковистыми и гладкими, и уводит за собой в гущу тумана. Часть разума Грэма стремится назад, в мир смертных, но все же он послушно идет следом за Королем.

Правитель с интересом посматривает на него, будто ожидая чего-то, но пока молчит. А Грэм понимает, что сейчас любые вопросы и просьбы окажутся неуместны, и нужно просто подождать, когда все кончится само. Ведь это всего лишь сон, не так ли?

Дворец появляется посреди леса внезапно. Вырастает из небытия, или они сами. Король и юноша, переносятся к нему. Становится прохладней. Жар в крови больше не мучителен, он уходит вглубь, перестает сжигать кожу, а только горячит изнутри. Грэм глубоко вздыхает и пытается осмотреться.

Как и в обычном сне все вокруг преломляется и искажается образы возникают и тают, превращаясь во что-то совершенно иное, но фэйрийский Король рядом остается неизменным. Грэму не хочется встречаться с ним глазами, но приходится. Юноша только надеется, что взгляд его достаточно решителен.

«Я не поддамся, — думает он, не до конца понимая, чему именно должен сопротивляться. — Я не выполню его приказы. Я уже победил его, и он ушел».

Он не замечает, как входит во дворец, и обнаруживает себя уже в тронном зале, с хрустальными прозрачными стенами, за которыми высится сплошной лес, зеленый и яркий, каких не бывает в смертном мире. Король сидит перед ним на высоком троне и, кажется, ловит глазами его взгляд, но Грэм упрямо и хмуро смотрит в сторону. Король тянет к себе магнитом, чарует и гипнотизирует. Юноша скользит глазами по ступеням трона, по одежде правителя, по его рукам... и смотрит прямо в глаза. Король улыбается, будто получил, что хотел.

Подойди, — приказывает он безмолвно, и начинается новый виток сопротивления. — Какой же упрямец!

Грэм сжимает зубы до желваков, понимая, что Король дразнит его. И все меньшего верит, что происходящее всего лишь сон. Фэйри поднимается и сходит по ступеням трона, одеяние стелется за ним, и кажется, что Король плывет по воздуху. Магия это или сновидение — зрелище завораживает, и Грэм вновь теряет связь с реальностью.

Он приходит в себя на ступенях трона у ног Короля. Порывается вскочить, до чего мерзко чувствовать себя слугой или того хуже, и не может шевельнуться. Внутри снова разгорается пламя. Король с интересом наблюдает за его гримасами.

Ты чувствуешь? — с любопытством спрашивает он. — Моя кровь борется с твоей, человеческой и смертной, бесполезной.

— Что ты сделал со мной? — Грэму хочется говорить гневно и гордо, но сам он едва слышит свой шепот. — Это твоя благодарность за спасение?

Король в который раз улыбается ему.

А разве нет? Ты был человеком, сейчас ты перерождаешься. Ты был бесполезным и слабым, я даю тебе