Школа Хизер Блоссом. Часть 2 - Рианнон Анатольевна Илларионова

Рианнон Илларионова

Школа Хизер Блоссом. Часть 2

❖ Глава восьмая. Ночная магия ❖

При настоящем противнике в тебя вселяется безграничное мужество.

Франц Кафка

∙•☽●═════════════════════════☽✪☾═════════════════════════●☾•∙

✧☽◯☾✧ 29 декабря ✧☽◯☾✧ Общежитие первого курса ✧☽◯☾✧ Коридоры школы ✧☽◯☾✧

Дни между Йолем и Хогманеем превратились в каникулы. Как Элинор уже поняла, старшим курсам это время отдали для ритуалов — одиночных, общекурсовых или внутри предварительных трикветров, первый же курс пока предоставлялся сам себе.

Элинор, получив возможность ложиться спать когда вздумается, быстро сбила себе график и практически жила ночью, успевая днем лишь пару раз поесть и выпросить у Тени Шекспира редкую книгу. Призрак обычно недолго сопротивлялся, ссылаясь на правила, но потом разрешал забрать что-то из читального зала в комнату, прибавляя, что это из-за добрых отношений между ним и Белиндой О'Ши. Элинор свою часть договора выполняла с честью и возвращала литературу в первозданном виде. Она уже понимала, что это время — лучшие каникулы в ее жизни.

К сожалению, это оказалось затишье перед бурей.

С подругами Элинор почти не виделась. Агнесс набрала подработок на кухне и покрикивала на Элли и Бри совершенно по-хозяйски, если они только пытались сунуть нос за раздачу. С Брианной же Элли не совпадала по времени сна, та была типичным «жаворонком». Элинор просыпалась почти в то же время, в которое Брианна укладывалась спать. Хотя, именно жизнь по ночам позволили Элли заметить странности, происходящие с соседкой по комнате.

Пару ночей Бри только слегка металась по постели, невнятно бормоча, ей снилось что-то пугающее, но почти накануне Хогманея произошло совсем странное — девушка неожиданно села на постели, протягивая руки вперед. Элли, боковым зрением заметив шевеление, подумала, что Брианна проснулась, и прикрыла книгу. Но глаза подруги оказались закрыты. Плавно двигаясь, она встала с постели и медленно, как бы плывя, прошла вперед.

— Бри... — тихо позвала Элли. — Что с тобой?

Брианна не ответила. Удивительно ловко двигаясь с закрытыми глазами, она приблизилась к двери и, повернув ключ, вышла в коридор. Это казалось настолько несуразно, что Элли даже не сразу сориентировалась. Осознание происходящего доходило до нее с опозданием:

«Брианна спящая... в коридоре... ночью... Блуждающие порталы!»

Элинор вскочила с кровати и осторожно выглянула в коридор. Брианна виднелась уже далеко, почти у поворота на лестницу. Элли стремительно обулась, радуясь, что одета хотя бы в домашнее платье. Брианна ушла в том виде, в каком и спала — в длинной белой рубашке и босая.

Готовясь покинуть комнату, Элли потеряла еще минуту. Когда она, сдерживая страх, выскочила наружу, Брианна уже исчезла. Элли огляделась и стремительно метнулась по слабо освещенному несколькими фонарями коридору. В голове пульсировала только одна мысль — что делать? До школы, чтобы разбудить кого-то из темных фэйри, еще нужно было дойти... Элли поняла, что не знает, какая комната в Южной Башне какому преподавателю принадлежит, а будить весь состав была не готова даже в такой отчаянной ситуации. У нее еще оставалась мысль, что у Бри просто приступ лунатизма, и никому не стоит об этом рассказывать.

Оказавшись у начала лестницы, Элли увидела у входа в общежитие Брианну. Она открыла тяжелую дверь и вышла на улицу. Теперь Элли уже не могла себя сдерживать — она вихрем слетела по лестницы и выскочила следом.

Ночной зимний холод схватил ее со всех сторон, выламывая суставы до стона. Вдалеке Брианна бежала к школе, ее рубашка развевалась, сияя в слабом уличном освещении окрестностей, Элли отчетливо ее видела. Она тоже побежала, прекрасно помня, насколько не спортивна по сравнению с легкой длинноногой подругой.

Брианна бежала босой, по колкой ледяной и жухлой траве, по обжигающим камням тропинок, Элинор не могла представить, что за злая сила могла звать подругу неизвестно куда. Она только понимала, что должна догнать Бри до школы. Внутри огромного замка она ее просто не найдет, а порталов там скорее всего больше, чем на улице. Элли немного замедлилась, отдыхая и чувствуя метания сердца и, чтобы оправдать себя за заминку, положила в карман несколько камней.

«В портал ведь нужно что-нибудь бросить», — подумала она.

Пытаясь хоть немного согреться в движении и с ужасом представляя, как холодно сейчас Бри, Элли побежала к школе, надеясь, что не влетит в блуждающий портал на полном ходу. У дверей Брианны уже не оказалось. Оказавшись в гулком холле замка, Элли беспомощно огляделась. Нарушать тишину ей всегда было сложно, начать звать Брианну в полный голос казалось невозможным, скорее, она бы согласилась идти будить учителей и снять с себя ответственность за поиски девушки. Но все же у нее еще теплилась надежда решить проблему без привлечения взрослых.

Дверь снова гулко хлопнула... в школу вошла Бренда Мэддокс. На ней красовалась ночная рубашка в крупный цветочек, глаза ее были закрыты, руки настороженно выставлены вперед. На лице девушки застыло выражение блаженства, как будто за опущенными веками она видела что-то бесконечно прекрасное для себя или слышала чей-то зов.

Пока Элли с нескрываемым ужасом наблюдала за однокурсницей, к той присоединилась еще одна девушка, уже Элли незнакомая. Они вслепую взялись за руки, продолжая свободными нащупывать дорогу перед собой, и пошли по коридору в сторону. Элли, на подгибающихся от страха ногах, двинулась следом. Перед тем, как звать кого-то, нужно выяснить, где закончится это жуткое путешествие.

Оно закончилось как раз в конце коридора, у ниши, в которой Элинор увидела большую, от пола до потолка картину. Вокруг стояли — Элли быстро пересчитала — ровно дюжина девушек.

Элли, уже окончательно смирившись, что ее не замечают и даже начиная этому радоваться, подошла ближе. В нише находилась иллюстрация к сказке «Спящая Красавица» или «Белоснежка», по странной прихоти нарисованная на холсте и заключенная в тяжелый резной багет. Художник изобразил девушку в прозрачном стеклянном гробу лицом к зрителю, глаза ее были закрыты, руки сложены на груди. Картина была создана с удивительным мастерством и напоминала фотографию, но не это оказалось самым чудовищным — в девушке на картине Элинор узнала себя.

Двенадцать спящих студенток встали напротив картины полукругом на колени и, словно повторяя чей-то, слышимый только им, голос начали повторять речитативом:

— Мы славим тебя, Светлейший Король, правящий безраздельно. Путь твои враги исчезнут, пусть твои соперники навсегда забудут себя. Пусть древний камень утонет в