Горничная немого дома - Ольга Сурмина

никого не было. Молодой человек беспрепятственно вышел, прошел по безлюдному коридору и тихо поднялся к себе на этаж, прямиком направившись в ванную. Хотелось поскорее смыть этот позор и забыть о неловком инциденте.

Нона усилием воли переставляла ноги, поднимаясь наверх. К Ран было еще рано, стоило зайти к себе в комнату, надеть новую, свежую униформу.

Как ни странно, на этаже никого не было, хотя это время по праву считалось тут самым людным в поместье. Открытая дверь легко отварилась, и девушка вошла к себе. Все было, в общем-то, как обычно. Холодная закрытая кровать, задвинутые шторы, меж которых сочился яркий, дневной свет.

Вдруг Сальровел застыла - под небольшим столиком что-то блеснуло. Она сдвинула брови и опустилась на колени. Странно видеть даже какую-либо мелочь, ведь она часто убирала свое жилое пространство. К ее удивлению, это был небольшой, металлический ключ, точно такой же, какой она держала у себя. Каким отпирала комнату, и запирала, если это было нужно. Служанка невольно сглотнула и поежилась, ведь странно все это.

Она сунула копию в карман ко второму ключу. Теперь, в идеале, их стоило повесить на шею, на цепочку, или хотя бы на веревочку. Так было бы безопаснее, и шанс потерять один из них стремительно снижался к нулю. Нона прошла в глубже помещение, открыла шкаф и извлекла оттуда новую, чистую и отглаженную форму прислуги. Пара минут - и вот, она уже сидит на ней, как влитая, осталось закинуть старую в стирку и повязать на шею синюю ленту. Вроде-бы, стоило взять случайную, но на секунду девушка застыла. Одна из них была мятой. Не могла же она забыть, и повесть ленту от старого комплекта на место? Подумав еще немного, она сняла ее и кинула в корзину с грязным бельем, хотя тут же вновь застыла, повернулась, и стала считать оставшиеся. Вывод, к которому пришла Нона, совершенно ее не обрадовал - та лента не была лишней. Скорее всего ее просто кто-то трогал.

Это даже не выглядело странным, ведь девушка опрометчиво не заперла дверь на ночь. Кто-то рылся в ее вещах? Но зачем, они же не держат с собой почти ничего личного, да и комната выглядит обычно... «Синяя» устало вздохнула и взяла расческу. Еще более странным выглядел валяющийся под столом точно такой же ключ. Напрашивался вопрос — кто ее настолько ненавидит? Кто пытался найти не неё... компромат?

Быть может, это не так опасно, ведь человек, казалось, не слишком умен, раз позволил себе такую глупостью с ключом и лентой. А, быть может, его подкинули специально? Тогда это совсем чудно, или даже дико, потому как ни одна логическая цепочка не крепилась ко всем этим ненормальностям. Здесь кто-то был. Кто, и зачем, сказать трудно.

Еще раз вздохнув, Нона вышла из комнаты, и на этот раз ее заперла. Сегодня, судя по всему, тоже придется обойтись без душа, но вечером точно нужно будет занять, ненадолго ванну. Она прислуга, и должна выглядеть уместно. Пахнуть, кстати, она тоже должна уместно. Сейчас это не заметно, а вот завтра все точно поймут, что «синяя» служанка многие часы не дотрагивалась до воды.

В конце коридора стояла, отчего-то, взволнованная Ран. Увидев «синюю», она мягко улыбнулась, и жестом подозвала ее к себе:

- Как ты? Выспалась? Боль не мешала?

- Э, нет, ваши таблетки просто творят чудеса, спасибо. — Сальровел кивнула, и попыталась изобразить на лице что-то типа удовольствия и благодарности.

Отчасти, у нее это даже получилось.

- Смотри, у тебя синяки под глазами. Точно хорошо спала? — Дружелюбие управляющей постепенно сменялось подозрением.

- Они тут всегда были, не обращайте внимания. - Девушка набрала побольше воздуха в легкие, демонстрируя, что бодра и готова к работе.

- Ну ладно. Смотри, сегодня дежуришь по кухне, а вечером, или, если не успеете, завтра утром... поможешь «желтой» снять шторы в коридорах, их нужно будет почистить. Уже сто лет этого не делали. Она зайдет на стремянку, а ты поддержишь, а потом почистите вместе. Лучше, все-таки, завтра с утра...

Справитесь?

- Конечно! Нет проблем. На кухне меня уже ждут, да?

- Да. Беги. — Ран похлопала «синюю» по плечу, вновь улыбнулась и проводила ее уходящий силуэт взглядом. Не было ночью в комнате. А где была? Быть может, это не так уж и важно, но все же стоило поговорить об этом с хозяином, который так глупо и странно заметил это первым.

Нона любила дежурить на кухне. Можно расслабиться, подумать о своем, пока шинкуешь овощи и разделываешь куриные тушки. Добрый, дружелюбный повар все время травил какие-то байки, смеялся и жалел своих подопечных. Он часто шел горничным навстречу, иногда даже в ущерб себе. Отпускал раньше, и прикрывал, если те задерживались. Мужчина все понимал, каждая девушка была для него, в своем роде, дочкой. Вот и сейчас, он с упоением рассказывал свое армейское прошлое, и совсем не обижался, если вдруг понимал, что его перестали слушать.

«Синяя» улыбалась, покачивая в такт головой песне, игравшей на случайном канале радио. За окном было светло и тихо, а сквозь приоткрытое окно иногда слышались далекие птицы. В саду в тот момент, как обычно, работала «фиолетовая», иногда поправляя наушники, которые, то и дело, слетали с головы.

Сальровел помахала ей рукой, но Идана не заметила, изо всех сил пытаясь срезать странный сук, мешающий ходить по одной из троп.

Нона про себя улыбнулась и лишь пожала плечами. Все заняты своим делом, и она тоже. Впервые за долгие дни у девушки было приятное, легкое настроение. «Ран знает, что меня не было ночью в комнате» - вертелось у нее в голове. Может это она заходила? Хотела поинтересоваться, как здоровье, но не нашла «синюю» на месте. Но зачем ей тогда трогать ленты? Это не стыковалось, и звучало совершенно глупо.

Холгарт сидел у себя в кабинете, сосредоточенно изучал записи с камер наблюдения. Вот он видит самого себя, медленно поднимающегося наверх по лестнице. А, буквально, через пару секунд на этаж поднялась мерзкая «синяя» горничная и, как ни в чем не бывало, направилась к себе в комнату. Если посмотреть, что она делала в комнате... то все становилось намного хуже, чем могло бы быть. Она находит второй ключ, переодевается, и замечает, что с одной из лент что-то не так. Не известно, к какому выводу она пришла, но на одном отрезке создалось впечатление, что она считала их. Сконфуженно-злой хозяин потер виски и стал отматывать