Артефакт острее бритвы - Павел Николаевич Корнев

— Да это понятно! — отмахнулся я. — Куда нас дальше-то?

— До конца лета здесь останемся, а потом раскидают кого куда, — подсказал Огнич. — Мужик в соломенной шляпе — тайнознатец, будет нас натаскивать. Купчишка здесь от администрации, а майор в пробковом шлеме — комендант гарнизона. Говорит, за любое нарушение — плети и штрафы. Дуэли только по лицензии и для офицеров, нам и думать нельзя. Иначе вовек по долгам не рассчитаемся.

Ну а дальше меня от фургонщика оттёр Вьюн, к которому тут же присоединились Лоб и Ёрш. Босяки насели с расспросами, пришлось отшучиваться. Попутно обратил внимание на непонятные приготовления учеников школы Извечного полдня. Закончив рисовать на брусчатке какую-то сложную схему, четверо парней встали попарно друг против друга и наставили руки на солнце, а потом резко согнули их, приложив ладони к сердцу.

И будто лучи дёрнули! Мягкое тёплое свечение потекло и подсветило магическую схему. Вспыхнуло и погасло ослепительное сияние; я кое-как проморгался и через слёзы в глазах разглядел возникшие невесть откуда силуэты. Вроде бы — женские.

Что за чёрт⁈

Но никто из стрельцов не хватался за оружие, не стал раньше времени паниковать и я. Протёр глаза и обнаружил, что перенеслись во двор форта две молоденькие барышни и девица года на три их старше. Все с нашивками школы Извечного полдня, все приложили ладони к груди и склонили голову, приветствуя соучеников.

— Симпатичные, — цыкнул зубом Лоб. — Нам таких в плавании очень не хватало.

— Поэтому их сразу сюда и перебросили, — решил я и повернулся к изумлённому до крайности книжнику. — Даря, это как вообще?

— Чтоб я знал! — честно сознался тот. — Какой-то секретный аркан, наверное.

— Странные они, — скривился Вьюн. — Себя ревнителями солнца называют, ни с кем не водятся. И зазнайки почище водоворотов. Хлебом не корми — дай пыль в глаза пустить!

Тут тайнознатец в соломенной шляпе хлопнул в ладоши и объявил:

— Подходи по одному!

Началась суета, к дядьке моментально выстроилась длиннющая очередь, и первыми в ней оказались, разумеется, представители школы Бирюзового водоворота. Если б не хмурый взгляд майора, наши бы точно полезли в драку, ну а так обошлось без мордобоя. Я и вовсе на солнцепёке прожариваться не стал, ушёл в тенёк и утянул за собой Беляну. Сели на лавочку и откинулись спиной на стену, а затем к нам присоединился и Дарьян.

Вскоре все угомонились и перестали толкаться и пихаться локтями, вислоусый тайнознатец глянул на первого и назвал его по имени, после чего писарь отыскал нужную строчку в реестре и проставил там галочку. Так дальше и пошло. Неожиданность случилась лишь однажды, когда два юнца из школы Призрачных волков вдруг оказались барышнями. Одну поименовали Лаской, другую — Лиской.

Все зашушукались, а Лба так и подкинуло.

— Да как так-то⁈ — возмутился он. — Не было среди них девчонок!

Парочка прибившихся к босякам деревенских увальней уставилась друг на друга круглыми от удивления глазами.

— Мы же с Лисом на руках боролись! — выдал один.

— И он тебя переборол! — заржал другой.

Ну а там и до нас очередь дошла.

Огнич Сломанная подкова. Дарьян Мертвослов. Беляна Скатень.

Ну и я — Лучезар Серый.

Облегчать задачу тайнознатцу я не собирался и намеренно закрыл метку, вот только чужая воля легко проникла через искажения духа — показалось даже, будто дядька и не заметил моих потуг вовсе. То ли использовал какой-то специальный аркан, то ли так проявлялся его атрибут. Думать, что он просто превосходит меня на голову, не хотелось.

Большей части вновь прибывших предстояло остаться в форте и заселиться в казармы, но кое-кто сподобился и персональных назначений. Так в городскую больницу отослали всех учеников школ Багряных брызг и Мёртвой руки, а вместе с ними велели двигать и обескураженному таким поворотом Дарьяну.

— Увидимся! — отсалютовал я ему на прощание, но лишь этим неожиданности на сегодняшний день не закончились: Беляне велели отправляться в некий «Большой дом».

— Это что ещё? — насторожилась девчонка.

— Главная усадьба, милочка, — снизошёл до пояснений комендант гарнизона. — Будь любезна привести себя в порядок и одеться подобающим образом. Там замарашкам делать нечего.

Захотелось вырвать трость и переломить её ударом о голову, но пробковый шлем выглядел крепким, а я был сыт по горло заточением в четырёх стенах и к тому же намеревался позабыть о своём праве именоваться боярином из какого-то там рода, так что совладал с эмоциями и вызвался проводить девчонку на её новое место службы.

Но сначала — купальни. Отмывался долго и с немалым удовольствием, заодно простирнул одежду. Отжал, надел влажную, и та высохла даже раньше, чем отстоял очередь к цирюльнику. Мастер бритвы и ножниц оказался из числа стрельцов, но сбрил отросшую за время плавания щетину он мне без единого пореза, да и подстриг далеко не так ужасно, как того стоило ожидать. А там и Беляна появилась.

Пост на воротах мы миновали без каких-либо вопросов со стороны караульных, разве что скучавший там молодой человек в форме и с револьвером в кобуре при виде Беляны так и подобрался. Выпятил грудь, попытался подкрутить жиденький ус. Откашлялся даже, привлекая внимание к такому бравому себе, но обратиться напрямую к барышне не решился.

Всё же не офицер, а приданный в усиление служивым тайнознатец.

— Как погляжу, тут у тебя от кавалеров отбоя не будет, — отметил я с некоторым даже раздражением.

— Это плохо? — лукаво глянула в ответ черноволосая пигалица и рассмеялась. — Да ты никак ревнуешь!

Но нет, дело было отнюдь не в ревности. Просто я уже чуял скорые неприятности.

Что моё — то моё, всё так. Только моё ли?

— И барышень тут не так уж и мало! — отметила Беляна, не дождавшись никакой реакции на свои слова. — Да ты сам погляди!

Мимо, разбрызгивая колёсами грязь и расплёскивая лужи, проехал экипаж с двумя разряженными красотками, дальше попалась навстречу дама с солнечным зонтиком, за которой следовала парочка крепких охранников. Ещё куда-то со смехом пробежали молоденькие девчонки — судя по небогатым нарядам чьи-то служанки. Попадались на глаза и женщины в возрасте. Вроде как самый обычный город, а не поселение у чёрта на куличках.

Правда, приходилось прилагать немало усилий, дабы не глазеть на антиподов, встречавшихся почти столь же часто, как и выходцы из Поднебесья. Одни отличались смуглой