Иисус против священников. Как возникла церковь и кем были первые христиане - Крейг Эванс

В последние двадцать лет (или около того) появилось много важных исследований, в которых делаются попытки поместить Евангелие от Матфея более полно в иудейско-еврейский контекст. Один ученый пришел к выводу, что Матфеева община по своей сути была сектой в рамках иудаизма, а родиной ее была Галилея (а не Антиохия).{110} Еще один исследователь полагает, что сам евангелист был иудейским учителем, боровшимся за умы еврейского народа после бедствий 70 года.{111} Третий толкователь во многом соглашается с первыми двумя, описывая общину Матфея как группу иудеев, веровавших в Иисуса.{112}

На мой взгляд, есть важная истина в этих соперничающих, но отчасти совпадающих точках зрения. Автор Евангелия от Матфея обращался к синагоге и иудейскому руководству, которые отвергли Иисуса как Мессию Израиля и время от времени преследовали веривших в него. Евангелист хотел показать, что Иисус и его движение исполнили иудейские ожидания и надежды и нисколько не подорвали авторитета Торы.{113} То есть евангелист надеется убедить скептиков таким образом, чтобы его группа учеников Иисуса смогла остаться в синагоге. Перечитаем некоторые его фразы, которые, кажется, подтверждают такое толкование.

Известная Нагорная проповедь начинается с описания «блаженств» – девяти или, возможно, десяти. Блаженства завершаются словами утешения:

Блаженны вы, когда будут поносить вас и гнать и всячески неправедно злословить за Меня. Радуйтесь и веселитесь, ибо велика ваша награда на небесах: так гнали и пророков, бывших прежде вас (Мф 5:11–12).

Здесь нужно отметить два особенно важных момента. Во-первых, речи, которые направлены против общины Матфея[58], ложны (это означает также, что гонения и преследования их несправедливы и незаслуженны). То, что говорят против учеников Иисуса, – попросту неправда. А что именно говорят? Контекст Мф 5 наводит на мысль, что учеников Иисуса обвиняют в нарушении закона Моисея. Вот почему матфеевский Иисус говорит с такой категоричностью: «Не думайте, что Я пришел нарушить закон или пророков: не нарушить их пришел Я, но исполнить» (Мф 5:17). Вероятно, оппоненты общины Матфея обвиняли ее в упразднении закона и заявляли, что именно этому их великий равви Иисус и учил. Если община Матфея упразднила закон, то, значит, она отвергла праведность. Отнюдь, – отвечает Матфей. – Иисус пришел исполнить закон и учил своих учеников, что их праведность должна превзойти «праведность книжников и фарисеев» (5:20).

Второй важный момент – сравнение с пророками. Ученики Иисуса должны радоваться, будучи преследуемы, ведь преследовались и прежние пророки. Преследование помещает его учеников в «хорошую компанию». Но больше того: сравнение с пророками, которые преследовались, как правило, своим собственным народом, наводит на мысль, что поношения и преследования, предсказываемые здесь, в заключительном блаженстве, уже поджидают друзей Иисуса. Это сравнение четко означает, что евангелист видит себя самого и свой круг учеников как преследуемых своим собственным народом, а не чужеземцами. Преследование Матфея и его учеников есть, так сказать, преследование внутри своей семьи.

Предупреждения Иисуса о суровых испытаниях, ожидающих Его учеников, согласуются с тем блаженством, которое он только что описал. Он говорит ученикам:

Вот, Я посылаю вас, как овец среди волков: итак будьте мудры, как змии, и просты, как голуби. Остерегайтесь же людей: ибо они будут отдавать вас в судилища и в синагогах своих будут бить вас, и поведут вас к правителям и царям за Меня, для свидетельства перед ними и язычниками (Мф 10:16–18).

Этот пассаж взят из «источника» (Quelle = Q)[59] учения Иисуса, из которого черпал и автор Евангелия от Луки (ср. Лк 21:12–13). Матфеева редакция этого материала заметно расширяет его иудейскую перспективу. Образ овцы, которой угрожают волки, восходит к Писанию и истолковывается здесь как еврейский народ, страдающий как из‑за нерадивого или тиранического иудейского начальства, так и из‑за языческих угнетателей (Иез 34:8–15; 1 Енох 89:12–76[60]). В любом случае самоидентификация как «овцы» наводит на мысль, что Матфей и его ученики считают себя иудеями.

В Мф 10:17 Иисус предупреждает их, что поведут их в «судилища»[61] (евр. «санхедрин», греч. «синедрион») и будут бить в синагогах (Деян 5:40; 22:19; 2 Кор 11:25: «Трижды меня били палками римляне»). Все это опять же означает, что Матфей предвидит, как его учеников-иудеев станут наказывать иудеи же. Даже в Мф 10:18, где матфеевский Иисус предостерегает своих учеников: «Вас будут отдавать в судилища и в синагогах своих будут бить вас, и поведут вас к правителям и царям за Меня, для свидетельства перед ними и язычниками», иудейские читатели, вероятно, усматривали множество праведных иудеев, представавших перед языческими царями и тиранами и подвергавшихся мучениям. Ученики Иисусовой общины Матфея однозначно отождествляют себя с угнетаемым еврейским народом.[62]

Матфеевский Иисус продолжает предостерегать своих учеников:

Предаст же брат брата на смерть, и отец – сына; и восстанут дети на родителей, и умертвят их; и будете ненавидимы всеми за имя Мое; претерпевший же до конца спасется (Мф 10:21–22).

Здесь мы видим чрезвычайно интересную традицию. Это речение – аллюзия на Мих 7:6: «Ибо сын позорит отца, дочь восстает против матери, невестка – против свекрови своей; враги человеку – домашние его». В контексте Матфея это пророчество цитируется как указание на предстоящие темные дни борьбы и скорби, когда вера подвергнется испытаниям, на времена перед вторым приходом Мессии (ср. Мф 10:23). Сравним эту аллюзию на Мих 7:6 в Мф 10:21–22 с той же аллюзией во фрагменте из Мишны[63]:

Пред пришествием Мессии дерзость увеличится и дороговизна даст себя знать: лоза будет давать плод свой, а вино вздорожает, империя примет ересь, и никто не будет усовещевать; дом собрания будет служить для блуда; Галилея будет разрушена, Голан (Гавланитида) опустошен, жители провинции будут ходить из города в город, и никто не сжалится; мудрость книжников испортится; богобоязненные будут в презрении; истина будет ограничена; юноши заставят бледнеть стариков; старики будут вставать перед молодыми; «сын позорит отца; дочь восстанет против матери, невестка против свекрови своей, враги человеку – его домашние» (Мих 7, 6); лицо поколения как лицо собаки: сын не стыдится отца своего. На кого нам опереться? на Отца нашего, что в небесах (m. Sotah 9:15).

То, что мы находим в Мф 10, равно как и в соответствующих материалах в эсхатологической речи в Мф 24, отражает точку зрения, сближающую эти пассажи с пассажем из Мишны (m. Sotah 9:9–15) – любопытным отступлением, которое следует за описанием ритуала с телкой (9:1–8). Описывается одно горе за другим, один за другим умирают известные раввины. Весь этот упадок завершается с приближением Мессии. Мф 10 дает раннее выражение того, что мы находим в более поздней и более полной форме в Мишне.{114}

У Матфея мы также находим достаточно позитивные оценки самой системы Храма. Один из пассажей явно предполагает законность храмового алтаря-жертвенника:

Итак, если ты принесешь дар твой к жертвеннику и там вспомнишь, что брат твой имеет что-нибудь против тебя, оставь там дар твой пред жертвенником, и пойди прежде примирись с братом твоим, и тогда приди и принеси дар твой (Мф 5:23–24).

Это наставление не только предполагает законность Храма и алтаря, но и вполне согласуется с раввинистическим учением, как выражено в Мишне: «День Искупления искупает преступления человека против Бога, но не искупает его преступлений против ближнего, пока он не примирится с ним» (m. Yoma 8:9).

Еще одно наставление предполагает законность и святость алтаря. Здесь мы видим резкую критику, направленную против «книжников и фарисеев» (Мф 23:13):

Также: если кто поклянется жертвенником, то ничего, если же кто поклянется даром, который на нем, то повинен. Безумные и слепые! что больше: дар, или жертвенник, освящающий дар? Итак клянущийся жертвенником клянется им и всем, что на нем (Мф 23:18–20).

Учение Иисуса в этом пассаже согласуется с законом Моисея: «Семь дней очищай жертвенник, и освяти его, и будет жертвенник святыня великая: все, прикасающееся к жертвеннику, освятится» (Исх 29:37; ср. 40:10). Та же мысль отражена и в раввинистическом учении: «Жертвенник освящает подлежащее ему» (m. Zevah. 9:1). Немалый интерес у раввинов вызывал также вопрос о клятве перед жертвенником (например, b. Pesah. 118b; Lam. Rab. 2:10 § 14).