Шутка Вершителей (СИ) - Литвинова Елена

Для этого мне нужны были деньги. Когда вечером я вернулась к себе, то достала из-под половицы своё небольшое имущество и пересчитала его. У меня осталось двадцать серебрушек, что было не много и не мало. Еще пять я должна была получить у коменданта за свою работу. Согласятся ли за такие деньги Эльга и Тролат довести меня до границы или нет? А ещё они должны были укрывать меня в своём фургончике, пряча от любопытных глаз.

Я украдкой сумела взглянуть на карту Топии и Трофана: форд Хэней располагался недалеко от границы, если судить по изображению, но каковы тут расстояния на самом деле, я не знала. Но собралась попробовать!

Спрятав кошель с деньгами опять под половицу, я порадовалась, что муженёк сегодня ко мне не придёт. У маркиза сегодня намечалось празднование чего-то там, и весь цвет форта собрался в гостях у знатных молодожёнов. Девушки шептались, что Осталия заказала себе какое-то невероятное платье на этот праздник, видимо, собиралась окончательно пленить герцога своей красотой.

Поэтому я улеглась спокойно в кровать, накрылась с головой и крепко заснула, чтобы проснуться ночью от звука льющейся воды.

— Кто тут? — подскочила я и увидела рядом с собой табурет с сидящим на нём мужчиной, который наливал себе в стеклянный бокал вино из высокой бутыли. В неровном свете маленького свечного огарка было видно только тело в белоснежной наполовину расстёгнутой рубашке, а лицо прятала ночная тьма.

— Извини, жена, что разбудил, — пьяно сказал герцог, ставя бутыль на пол и отпивая из бокала вино. — Хочешь?

— Нет, благодарю Вас… Чем обязана?

— У-у-у… Какие мы… Строгие… — На меня повеяло неприятным духом выпивки, и я тут же отодвинулась от края, прижавшись к стене. — Боишься? Не бойся, сегодня не трону… — он опять налил из бутыли, практически перевернув её. Оттуда уже вытекли последние тёмные капли. — Там меня ждут… Веселятся, танцуют… А я тут… решил навестить тебя, тётка… Ты как? Не соскучилась ещё?

Я попыталась опять вжаться в стену и слиться с нею. Мне хотелось, чтобы этот урод, то есть, мой супруг, побыстрее ушёл!

— А я соскучился, — и он опять пьяно засмеялся. — Давай поцелуемся, что ли!

И эта пьяная рожа стала наклоняться ко мне всё ближе и ближе. Я зажмурилась. Но ничего не произошло. Только хлопнула дверь.

Облегчение накрыло меня. Ушёл! Слава Великой! И только в это мгновение я поняла, что мои пальцы дрожат.

Бежать! Только бегство меня спасёт от этого мужчины! С такими мыслями я вскочила с постели.

Я уже кинулась к серёжке, чтобы вернуться к Вратам, но потом взяла себя в руки и успокоилась. Время их открытия уже прошло, поэтому торопиться не имело смысла. Нужно было ещё навестить Трофан и его правителя. И если им окажется Гэйелд, то… Тут мои мысли сбивались. Я не знала, как мне заставить такого всесильного колдуна вернуть мою сестру обратно. В том, что быть пятой или десятой супругой правителя, нет никакой чести и Милада это уже осознала, я не сомневалась. Нужно было только добраться туда.

А утро встретило меня новостью, которая могла помочь мне в моих планах на побег из форта и муженька: ночью пришло послание от короля о том, чтобы гарнизон форта готовился к наступлению на границу.

Первой мыслью моей было напроситься с ними, а там уже перебежать на сторону непрятеля. Не будут же они трогать женщину? Но потом я поняла, что в военном лагере будет слишком много глаз, и наши отношения с герцогом станут известны многим. Поэтому лучше всего было дождаться отбытия воинов и попробовать сбежать, пока герцога в форте не будет. Я считала, что так меня сразу не хватятся.

Но про то, что в крепости лишь единицы знают, о том что происходит, я ошибалась. Меня тут же огорошили.

Молодая жена Лойя расплакалась прямо возле разделочного стола, мы начали по очереди утешать её, пока она повторяла:

— Я так боюсь! Вен, помоги!

Когда я подошла её приободрить, сказав:

— Не переживай! Всё будет хорошо! В этих сражениях мало кто погибает!

— А если ранят? — она подняла на меня взгляд испуганной лани и вдруг произнесла: — А ты пойдёшь провожать герцога? Пусть он тебе не муж, но вы же делите с ним ложе?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— С чего ты это взяла? — отшатнулась я, оглядевшись. Мне стало понятно по взглядам работниц, что разговоры обо мне и герцоге уже начались. Поговорка: "Что известно двоим, то известно каждому псу" прозвучала в моей голове набатом.

Я молча присела на свой стульчик и продолжила чистить тремах. С некоторых пор я приловчилась к чистке этого овоща и предпочитала эту работу любой другой. Было время всё обдумать.

— Отряд уже выступает, Тибо… Это — наш обычай! Женщины желают своим мужчинам гладкой дороги и просят Вена благословить их от смертельных ран! — наклонилась ко мне Эдда. — Ты должна выйти во двор и проводить его…

Я подняла глаза: все работницы, кроме тех, кто были тенни, смотрели на меня во все глаза. Жёны уже ушли на проводы. Одна я сидела на своём стульчике. Стояла оглушительная тишина. Женщины ждали от меня чего-то, поступка, который совершить я была не готова!

Но я встала и пошла: нужно было соблюсти традиции, не мною придуманные давным давно. Пройдя наш маленький дворик, я услышала в главном крепостном дворе голоса, храпы лошадей, лязганье металла, а ещё смех и голоса девушек и женщин, провожавших своих мужчин на войну.

Я осторожно подошла к деревянной покосившейся калитке, что отделяла эти два двора друг от друга, и посмотрела сквозь щель. Сначала я увидела множество всадников в форме на конях, они тихонько переговаривались, а некоторые обнимали своих женщин, стоя рядом с лошадьми.

Герцога я сначала не заметила, но потом высокая светловолосая фигура командира привлекла моё внимание. И я решилась.

Я начала открывать калитку, выходя на широкий двор. Уже моя нога была занесена за порог, как я увидела, что в сторону герцога движется яркая, вся в розовом, фигурка девушки.

— Ольфен, милый! Позвольте и мне проводить Вас!

— А Ваш муж не позовёт меня на поединок чести?

— Ну, что Вы! Это же традиция!

И я увидела, как герцог нагнулся с лошади, а молоденькая соблазнительница с низким вырезом на груди потянулась к нему за поцелуем.

Я закрыла калитку и пошла обратно. Слава Великой, традиции было кому соблюсти и без меня.

— Проводила? А где все девушки? Они уже уехали? — посыпались на меня вопросы.

Врать я не стала, просто промолчала. И когда провожающие пришли через короткое время, меня оставили в покое, чему я была очень рада.

Только вечером Эдда сказала мне:

— Зря ты так, Тибо… Ой, зря… Ты не поделилась с мужем благословением Вена. Могут быть последствия…

— Ничего, выживет! — усмехнулась я.

На следующий день я стояла перед дверью коменданта, пытаясь поймать неуловимого хозяйственника, чтобы получить свои законные деньги за службу на кухне.

— Тибо? Что тебе? — остановился тот на мгновение, проносясь мимо меня в очередной раз.

— Деньги за работу…

— Деньги? — удивление мужчины было неподдельным.

— Деньги… — тихо произнесла я, уже чувствуя очередную неприятность.

— Ты теперь не на довольствии форта… Когда ты вышла замуж, — зашептал мне мужчина, — ты перешла на мужское обеспечение. Деньги тебе должен выдавать твой супруг.

Меня зашатало. Я просто не представляла себе ситуацию, при которой я подойду к герцогу и попрошу у него денег на расходы! Даже не учитывая того, что сейчас его не было в форте!

— Но наш договор, — попыталась настоять на своём я, — я же выполняю его условия… Продолжаю работать…

— Ты работаешь там, потому что это дозволяет твой миор, Тибо… Только поэтому… Если он не захочет, ты и порога кухни не переступишь!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Не захочет… Как же! Куда только он меня тогда денет? Вот это было реально очень плохо… Очень и очень! Всё-таки, на эти деньги я расчитывала!

— Если тебе нужно срочно, то я могу занять тебе, сколько надо, а потом господин Томарик мне их отдаст… — как-то неуверенно сказал комендант, и я окончательно отказалась от мысли просить деньги у своего мужа.