Шутка Вершителей (СИ) - Литвинова Елена

— Ложитесь на лавку…

И я увидела в лекарской крепкую скамейку, застеленную простынёй, стол и стул. Я подошла и легла. Ну, посмотрим, что тут умеют доктора!

Медикус повозился в столе, пододвинул стул к лавке и присел рядом со мною. У него в руке оказалась штука, похожая на кристалл, благодаря которому я так влипла со своим замужеством. Только камень теперь был меньше, круглее, да и верёвка, на которой он висел, не была похожа на цепь сложного плетения, что была у герцога.

— Это — кристалл здоровья… Он поможет мне определить Ваши болезни…

Медикус стал раскачивать кристалл и круговыми движениями водить его над моим телом. Начал он с ног, потом задержался над бёдрами и промежностью, невольно вогнав меня в краску, а затем перешёл к груди и голове.

— Очень интересно… очень… Тибо, Вы же рожали уже двоих, не так ли?

— Да, Вы правы… э-э-э…

— Аррат Кенгор, госпожа… Вы были кашани, если меня не подводит мой артефакт… Двое детей от одного мужчины… И теперь интерес к Вам герцога…

— Господин Аррат, — сказала я, вставая. — Я не хочу распространяться о своей личной жизни, хотя бытует мнение, что от до… медикусов ничего нельзя скрывать… Лучше скажите мне, какие проблемы со здоровьем Вы увидели у меня?

Мужчина встал, переставил стул за стол, сел на него, взял в руки перо и начал писать.

— Отчёт о Вашем здоровье получит лично герцог, а Вы, как его… женщина, — это слово прозвучало у него, как "шлюха", — можете поинтересоваться у нашего командира! Осмотр окончен, можете быть свободны!

И когда я, злая, уже собралась со всей силы хлопнуть дверью, мне в спину прилетело:

— И попрошу Вас всегда являться на осмотры, когла Вас зовут! Иначе буду жаловаться лично господину Томарику!

Когда я вышла из помещения, мне показалось, что за угол стены форта, рядом с которой и располагались все постройки, промелькнула чья-то сгорбленная тень. Но солнце, ярко светящее мне в глаза, заставило меня в этом усомниться: блики от яркого света всегда давали тени по бокам. Мне могло просто померещиться!

На кухне уже шло обсуждение того, спит ли молодая маркиза с герцогом или ещё нет. Эдда неодобрительно косилась на сплетен, изредка поглядывая на меня, но я старалась не прислушиваться, зная, что большинство разговоров — либо преувеличение, либо неправда. Единственное, что я знала точно, герцог любил эту молодую вертихвостку, но его кристалл не признал её даже его тенни…

Мне же это пока принесло только неприятности. Странная была эта магия — магия кристаллов. У чужака же было нечто иное, то, что показывала Арьяна, но тут, почему-то, такого никто не видел и не знал, что было очень странно.

Эта ночь опять прошла спокойно, а день приподнёс мне сюрприз. После завтрака на кухню заявилось несколько знатных девушек, разодетых в белые муслиновые платья в цветочек, в маленьких шляпках и с солнечными зонтиками в руках.

— Что за гадость!

— Фу, как тут воняет!

— Посмотри, какие у этой… руки…

Девушки что-то щебетали друг другу, а я не понимала причины их посещения места, для таких знатных особ явно не предназначенного. Да и готовили тут не для них, а для работников и солдат.

Я в это время опять чистила клубни тремаха, только уже в рукавицах. Сидя на самой низкой табуретке, я особо не разглядывала гостий, только слушала их щебетание и завуалированные оскорбления, что они наносили работающим девушкам и женщинам.

И тут один голосок, более всех возмущающийся грязью и вонью, показался мне знакомым. Это была та самая Осталия. Только я не понимала, что ей тут нужно. Через несколько минут стайка юных леди добралась и до меня. Встав прямо за моей спиной, они опять начали:

— Посмотрите, какая у неё осанка, будто всю жизнь мешки таскала!

— А плечи! Как у папиного лакея!

— А одежда… У нищенок возле Храма и то лучше!

Я молча продолжала своё дело, жалея, что Эдда сегодня уехала по делам и весь день её не будет. Она бы не дала этим знатным девчонкам так себя вести в её королевстве!

Но сейчас я не могла рассчитывать на повариху. Нужно было как-то разогнать девушек отсюда, не оскорбляя их. Но сначала я подумала, можно просто дождаться, когда им это надоест.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Но девушки решили, что раз им никто не отвечает, то можно делать всё!

Я вдруг почувтвовала, как мне на голову льётся вода. Следом раздался громкий смех. Я резко поднялась, опрокинув стульчик, на котором сидела.

— Будешь знать, старая уродина, как игнорировать своих гопод! — заговорила тут малолетняя змея. Даже в худшие свои дни глупая сестрица Милада никогда бы не позволила так себя вести с посторонним человеком, особенно, со взрослой женщиной!

Я схватила висящую на столе поварёшку и взмахнула ей. Девушки отшатнулись.

— Какая я неловкая… старая женщина! Пальцы уже не разгибаются… Боюсь, сейчас она соскочит! Бегите же, леди!

И почти все девушки, завизжав, побежали к выходу. Я опустила поварёшку, взглянув на оставшуюся рядом со мной Осталию Бендерик.

— Грязная поломойка! И что он в тебе нашёл? — заявила она, и я была с ней согласна. Мне такого счастья было не нужно, пусть бы миловался с этой молодой и красивой змеёй.

Но уже ночью я прочувствовала всю силу "любви" герцога. Меня радовало только одно: похоже, противозачаточный артефакт медикус так и не обнаружил!

Часть вторая. Глава шестая. Побег.

Я растирала посиневшие запястья свежесваренной мазью. Герцог ночью связал мне руки, видимо, чтобы я его не царапала и не сопротивлялась. Хорошо, хоть кляп в рот не воткнул. Но я всё равно молчала, понимая, что просить о пощаде и жаловаться бесполезно. Кое-как вытерпев эту пытку, я принялась устранять неприятные последствия "любови" своего так называемого супруга.

Вспомнив, как тот лез своими губами меня целовать, нашёптывая нечто похожее на "милая, потерпи, скоро тебе понравится" или "как сладко", я передёрнулась от отвращения. Встала и пошла к кувшину, смыла с лица остатки ненавистной слюны. Мне было противно, но теперь я уже была готова к такому, поэтому заставлять себя двигаться уже было не нужно.

Месяц подходил к концу, и мне нужно было позаботится о своём исчезновении.

И я, наконец-то, узнала кое-что новое о колдовстве и колдунах.

Церковь Вензоса являлась единой организацией, несмотря на различные страны и народы, населяющие этот мир. Это продолжалось с создания этого мира, пока в одной из стран не появились так называемые раскольники или сектанты. Они отделились от церкви бога Вена, создав свою, поклоняющуюся ему же. Это произошло около полувека назад. Причиной тому послужили какие-то проблемы с деторождением, отчего раскольники или сектанты стали устраивать себе целые гаремы из жён.

И с тех пор с тем государством, Трофаном, и вели свои боевые действия нынешние Грельдийские короли. Правили там могущественные жрецы, владеющие запретными знаниями. Многожёнство, бывшее у них в ходу, не поощрялось церковью Единого Бога Вена. Но сейчас более всего жён было у нынешнего правителя Трофана, верховного жреца храма Судеб, как он себя называл. Этот титул показался мне смутно знакомым. Подозрения мои всё усиливались. Хоть имя этого правителя никто толком не называл, я уже догадывалась, кто это может быть.

Всю эту информацию я почерпнула из разговора коменданта с одним из офицеров форта, когда принесла ему отвар и случайно оказалась за приоткрытой дверью. Мне следовало всё проверить самой, и для этого нужно было чётко организовать свой побег до Трофана, а там, надеялась я, меня уже герцог не сможет достать! Ведь эти два государства находились в состоянии вялотекущей войны.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Я чистила овощи и вспомнила, что мне на прощание сказала Эльга Димарик. Через сороковницу они с мужем должны были вернуться сюда из своего торгового путешествия по Приграничью. Значит, мне нужно было разузнать о том, где находится на рынке место Рябого Тринка и там уже договориться с Эльгой и Тролатом о совместной поездке к границе с Трофаном.