Осенние костры - Валерия Комарова

Меня зовут Рейлина, но сама я давно сократила это непроизносимое имя до краткого и меткого прозвища — Рей[1]. Мне двадцать лет. Встреть вы меня в толпе, не обратите никакого внимания — обычная девчушка, разве что на голове вместо традиционного венца невесты тонкий воинский обруч, но, если приглядеться получше, обманчивое впечатление сразу исчезнет. Мои волосы, обрезанные по плечи, лишь кажутся каштановыми, на самом деле они разноцветные — в густой волнистой гриве сплелись все оттенки листопада, от кровавого багрянца до тусклого золота осеннего солнца. С глазами мне повезло, точнее, повезло с их цветом. Не будь они ореховыми, золотой ободок вокруг зрачка бросался бы в глаза первому встречному, а так — почти незаметно. Кожа у меня тоже золотистая, но это легко можно списать на загар или примесь степной крови. Остальное: как узкие губы, удлиненные пальцы, чуть вытянутое лицо и тонкая кость — могло бы принадлежать и человеку…

Могло бы…

Только вот я не была человеком.

Я — фейри, выросший среди смертных.

За четыре года, прошедших с того момента, когда начались необратимые изменения в моём теле, я научилась скрывать своё происхождение. Клыков у меня, благо, нет, а когти скрыты в фалангах и по желанию вылезают из костяшек пальцев, а не заменяют ногти. Первый год я считала себя полукровкой, слишком уж подозрительно было отсутствие прочих неотъемлемых признаков фейри, но потом, покопавшись в летописях, узнала о том, что такие, как я — самый страшный кошмар любого охотника.

Я была не просто чудовищем, я была княгиней фейри, владыкой, непонятно как попавшей в этот чужой и враждебный мне смертный мир… Это было странно, ибо даже взрослые высшие не переступали Врат. Даже в те времена, когда фейри были разумны и нейтральны по отношению к своим смертным соседям, лишь трижды князья выходили за Врата. Конечно, я понимала, что эти три визита были официальными, поэтому и запомнились. Кто знает, сколько таких вот как я, замаскировавшихся под людей, князей бродило по смертным землям в годы мира? Почему-то мне казалось, что много. А сейчас? Сейчас — никого, это я знала точно, просто чувствовала.

Быть единственной в своём роде — значит быть обречённой на одиночество.

Отправиться за Врата, к «своим»? Не смешите меня. Кто знает, не ждёт ли меня там худшая участь? Кому нужна потерявшаяся в смертных землях княгиня, которая давно привыкла считать себя человеком?

— Рейка! Ты заснула там? — Виттор перегнулся через стол и потряс меня за плечо. — Ты чего на этого убогого так вылупилась?

— Это охотник, — машинально поправила парнишку я. — У него на плаще знак Академии, не видишь что ль?

Теперь на пришельца уставилась вся таверна. Хозяин медленно сползал под стойку; пальцы Брана замерли над струнами; наш старшина не донёс до рта кружку, и пена потекла по узловатым пальцам. Охотник обвёл взглядом притихших людей.

— Я знаю, что ты здесь, падаль, — раздался из-под капюшона глухой, простуженный голос. — Выйди, нет смысла прятаться. Я накинул на зал сеть.

Я вздрогнула, так вот как он решил меня поймать. Выходить я, конечно, не собиралась. Пусть хоть сутки тут торчит! Не станет же он проверять цвет крови у всех присутствующих. Жаль только, что он, наконец, сделал правильные выводы из своих неудач. Не знай он, что я княгиня, не стал бы вести светские беседы. Общеизвестно, что лишь высшие фейри сохранили разум и способны понимать человеческую речь.

Все молчали, охотник тоже молчал. Прошла минута… две… Глухой смешок охотника заставил меня, и не только меня, поёжиться. Нехороший такой смешок, ехидный…

— От своего же шанса отказываешься, трупоед. — Угу. От шанса. Когда это охотники давали нам, фейри, шанс?! — Но если ты не выйдешь…

Заунывный вой оборвал его на полуслове. Все головы присутствующих резко повернулись в сторону огромного, на полстены, окна.

— Призрачные псы… — прошептал кто-то, впрочем без особого испуга. Здесь давно смотрели на фейри как на привычное зло, их не боялись.

Охотник выругался сквозь зубы и рванул к дверям. Нет, всё же мне не повезло — он не просто упорный, он ещё и честный, с таким не договоришься. Ну чего ему стоило не обратить никакого внимания на напавших на деревню низших?! Как вовремя они напали, однако… Леди Удача благосклонна сегодня к непутёвой дочери своей…

Самое же страшное — уже в дверях охотник скинул капюшон, и я мельком увидела его профиль…

— Рейлина, ты только посмотри, какую Кэссару лошадь подарили! — Старший брат улыбается, словно это он гордый обладатель роскошного жеребца.

— Не лошадь, а коня, — огрызается в ответ светловолосый мальчишка с разными глазами. — Прокатишься, Лина?

— А мы обгоним ветер? — Я счастливо улыбаюсь и спрашиваю это, уже запрыгнув в седло позади своего лучшего друга.

— Конечно! — Он смеётся и бьёт босыми пятками в бока жеребца…

Я знала, что поступаю глупо…

— Нека, — я повернулась к старшему, — мне надо идти. Мою долю придержи, может, вернусь ещё…

Не обращая внимания на недоумение, плавно перетекающее в испуг, я подхватила с пола заплечный мешок и ножны. Миг поколебавшись, натянула поверх рубахи ещё и куртку, ночи-то холодные. Кивнув замершим аки жертвы камень-взгляда бывшим соратникам, я поёжилась и, затаив дыхание, вошла в ночь, раздираемую сверкающими вспышками ядовито-зелёных молний. Бой шёл на окраине, около покосившейся церквушки. Судя по моим ощущениям, свора была средненькая, пять-шесть шавок. Будь на месте этого сумасшедшего хотя бы нормальная связка «охотник-гончая», они бы расправились с низшими за несколько секунд.

Но Кэс был один, у него не было гончей, а стихийный маг против бестелесных призраков — это прутик против доброго стального клинка.

Нет-нет, я совсем не дура, чтобы идти на верную смерть! Пойду-ка я через лес, дорога на Вольград всего в дне пути, если напрямик. Если этот охотник сумасшедший, чтобы в одиночку связаться с призрачной сворой, я ему не помощница! Надо ноги уносить, пока Кэс занят! Пока он, не дай Бог, не вспомнил, почему лицо девушки, затесавшейся среди звероловов, показалось ему странно знакомым… Пока…

Нет, я не собираюсь ему помогать! Я просто постою в сторонке, посмотрю, как псы его разорвут!

Нет, нет и нет! Я совершенно не хочу ему помогать!

А, чёрт с ним… и я с ним! Эти псы покусились на моего личного охотника! Если его убьют, взамен отправят кого-нибудь более удачливого. А это мне нужно?

Вот и я так думаю…

Я остановилась под прикрытием крылечка. Сражение шло всего в десятке метров от меня, рядом с колодцем. Я хмыкнула, вот уж место выбрал: он, что, думал святой водой их залить? Несмотря на то, что единобожие в Роси цвело и пахло как маков цвет, мало кто верил в Единого Всепрощающего по-настоящему. Какой там Бог, если под боком целая орда демонов? Где он, когда так нужен?! Я же верила… Нет, не в образ, созданный людьми, а в кого-то позабытого, но существующего. Однажды этот «кто-то» спас меня от участи, что хуже смерти — от безумия. Он (она? оно?) дал мне веру в чудо и в то, что любой грех можно смыть…