Российский колокол №3-4 2019 - Альманах Российский колокол

лет назад знакомили с одним очень известным лидером националистов. С романтическими целями. Не буду называть имя лидера этого – его все знают. То есть это же точный сюжет из «Красоты по-американски». Ярая гомофобия часто является признаком латентной гомосексуальности: человек сам в себе боится подобных проявлений, потому и проявляет агрессию.

– Слушай, давай закончим этот разговор. Мне на самом деле всё равно, кто гей, а кто не гей… В ваши клубы я не пойду никогда. Мне женщины нравятся. Точка.

Очень мне запомнилась одна история, которая произошла с нами на отдыхе в Турции месяца через три. После неё я лучше стал понимать Дениса, Славика и им подобных.

В Турцию я приехал с семьёй: женой и сыном, Славик же приехал с Денисом. Ну так вот. На дискотеке при отеле мы с Денисом прилично выпили. Жена с маленьким сыном ушла спать; Славик, сославшись на головную боль, тоже отказался поддержать нашу компанию. Мы продолжали алкогольные возлияния вдвоем за столиком.

Народу на дискотеке было много, все столики оказались занятыми. Через какое-то время к нам подсели две очень симпатичные девчонки, и мы продолжили уже вчетвером. Ближе к полуночи одна из них, уже прилично выпив, решила со мной пооткровенничать.

– Ты знаешь, мне очень понравился твой друг, и я хочу провести с ним ночь, – прошептала она мне на ухо.

– Дохлый номер. Ничего не получится.

– Это почему же? – обидчиво спросила она.

– Он здесь не один.

– С подругой, что ли?

– Нет.

– С женой? С мамой? – не унималась она.

– С другом он. И ему не изменяет, – с издевкой констатировал я.

Надо было видеть её лицо! Девчонок как ветром сдуло.

Я был изрядно пьян и решил поговорить с Денисом за жизнь:

– Ну что, гей малолетний, тебе девчонки не понравились? У тебя что, было трудное детство или тебя изнасиловали? А может, у тебя не было секса с девушкой и ты не знаешь, как это хорошо?

Денис на удивление спокойно и очень осмысленно ответил мне:

– Ничего такого. Я вырос в нормальной семье, и никто меня в детстве не насиловал. Да и с физиологией у меня все нормально, меня может даже фонарный столб, наверное, возбудить, если я захочу: включил фантазию – и вперед! И секс с девушкой у меня был. Но он для меня противоестественен. Сам факт того, что мужчина возбуждён, не говорит о том, что он желает близости, – физиология и эмоции имеют разное выражение. Поэтому в какой-то момент я принял решение, что мне нравятся только мужчины. И секса я хочу только с ними.

Я не стал ничего отвечать. Залпом выпил стакан виски, встал и ушёл. П…., одно слово…

С девчонками мы потом целую неделю случайно встречались то на пляже, то в ресторане, но, едва завидев нас, они убегали, как от прокаженных.

Славик оказался умным, начитанным парнем. В отличие от меня, любившего по выходным попить пивка и поваляться дома у телевизора, они с Денисом вели активный образ жизни. Ходили в театры, на концерты, в музеи и на всевозможные выставки. И ежедневно посещали спортзал. Со Славиком у нас завязались приятельские отношения, в точности повторяющие слова из песни Юрия Лозы:

Мой приятель мил со всех сторон,

Он приятен и начитан он.

Мой приятель ласков и умен

Всем понятен, дружелюбен он.

Он ухожен и хорош собой,

Ну и что же, что он голубой?

К своей ориентации Славик относился с юмором. Он легко мог рассказать анекдот или забавную историю из жизни геев и посмеяться над ними.

– Работал я в одной крупной международной компании, – рассказывал он мне однажды. – Фирма была ну очень большая. Головной офис находился в Голландии. И вот однажды самое высшее руководство решило провести аттракцион неслыханной толерантности. Постановили устроить гей-фестиваль, и чтобы участвовали представители всех офисов, из всех стран. В наш российский офис пришла разнарядка: прислать трех геев. Менеджмент крепко задумался. Что делать? Кто в России добровольно признается, что он гей? Созвали собрание, помозговали. И придумали! Вышло постановление: руководители, чьи подразделения покажут самые низкие результаты за квартал, поедут в Голландию на гей-парад. Такого производства, продаж, маркетинга, рекламы компания не видела никогда. Производительность повысилась на 100 процентов минимум! И менеджмент добился своих результатов, и прибыль получили, и п….ов выбрали, – задыхаясь от смеха, закончил Славик.

– Ты небось и поехал? – поинтересовался я.

– А что, по-твоему, я п…р?

– Да нет, – в свою очередь улыбнулся я.

С самоиронией у Славика все было в порядке. Помню, как вернулись они с Денисом из поездки по Европе.

– Представляешь, – сокрушался Славик, – прилетаем в Рим, едем в гостиницу, мы в ней не раз останавливались. Приезжаем – а там цены за номер взлетели в три раза. У них, оказывается, международный гей-парад. Мы берём машину, едем во Флоренцию. Там такая же история. Перебираемся в Милан – все одинаковое. И скажи мне, кто они после этого? Ну не п…ры?

Сарказм Славика однажды чуть не сыграл с нами злую шутку и мог иметь серьёзные последствия.

Переговоры с ребятами из Тюмени я вёл давно. Дело было прибыльное, но требовало кучу согласований на самом высоком уровне. Как известно, Славик работал помощником депутата и мог помочь мне в этом вопросе. Мы обсудили с ним условия сотрудничества, и я предложил ему очень приличный процент от суммы сделки, если она состоится. Он согласился и с энтузиазмом взялся за дело. Сказать, что получить положительные резолюции было делом непростым, – это не сказать ничего. Но Славик задействовал все свои связи и с успехом выполнил возложенную на него задачу. Я сообщил своим партнёрам из Тюмени о положительном решении, и мы договорились о встрече.

Через несколько дней в Москву прибыл тюменский десант в лице двух серьёзных мужчин. Пудовые кулаки, бычьи шеи, обрамленные золотыми цепями с ну просто огромными крестами, а также манера речи говорили о их явной принадлежности к криминалитету. Общаться с такими людьми мне приходилось не впервой, но напрягало присутствие Славика. В офисе мы быстро подписали договор, и я достал специально припасённую к этому случаю бутылку дорогого коньяка, разлил по рюмкам. Славик поначалу отказывался, так как практически не пил, но, поймав на себе укоризненный взгляд тюменцев, присоединился к нам. Бутылка закончилась быстро, учитывая габариты и закалку парней из нефтяной столицы.

– И это всё? А где банька? Вот приедешь к нам в Тюмень – мы покажем