Ученица скверного мага - Ольга Ярошинская

не возраст. Светлые густые волосы, голубые глаза, все говорили, что я похожа на мать, но мне не досталось ни ее шикарной фигуры, ни спокойной уверенности. Хотя кто знает, какой бы я могла стать, если бы Хэл не превратил меня в свою игрушку. Теперь у меня есть шанс это проверить.

Мы направились к дому, и с каждым шагом во мне словно прибывало сил.

Я знаю, что может произойти, и не дам этому случиться.

Уже через месяц младший сол Кхар выиграет турнир скверноборцев и получит в награду артефакт, который никак нельзя давать ему в руки, — я должна этому помешать.

Что же касается Хэла… В конце концов, я не обязана рассказывать ему все. Я могу намекнуть, разбросать приманки, направить его по верному пути.

С ним или без него, я все исправлю.

Глава 2

Тюль колыхался от ветра, словно водоросли в воде, и неясные тени плавали по стенам спальни Хэлвига Крэйга.

— Время — тоже своего рода координата. — Рука Хэла неспешно скользила по моей голой спине, как будто заглаживая старые шрамы. — Так что наши с тобой таланты в каком-то смысле схожи.

— Они совсем разные, — упрямо пробормотала я, хотя мне и не хотелось с ним спорить.

Тело было таким расслабленным и невесомым, что, казалось, если бы не рука Хэла, ласкавшая мою спину, я бы уплыла, подхваченная течением ветра. И если бы не ошейник, конечно. Этот якорь держал меня крепко.

— Ты можешь остановить время, растянуть или наоборот — ускорить, а я не меняю рельеф, — добавила я.

Рука Хэла поднялась выше, пальцы запутались в моих волосах, легонько массируя и почесывая затылок, как будто я кошка. Хотя это было приятно, и я прикрыла глаза от удовольствия.

— Тут ты права, — подтвердил Хэлвиг.

После секса Крэйг всегда на редкость покладистый. Однако я знала, что он не может просто так согласиться.

— Но когда ты перемещаешься, разве ты не сжимаешь пространство? — спросил он.

Так и знала, что будет какое-то «но».

— Я ничего не сжимаю, — проворчала я. — Это не так происходит.

— А как?

— Обычно я переношусь в место, которое хорошо помню и знаю. Нужны звуки, запахи, эмоции… Я просто прыгаю.

— Как белка, — вырвалось у него, и я сжала губы.

Больше не прыгаю. Белка была на гербе моего дома, которого уже нет, а я привязана к Хэлу как цепная собака. Он почувствовал перемену в моем настроении и убрал руку. Откинув одеяло, встал с постели и пошел на кухню. А я повернула голову, разглядывая из-под ресниц широкую спину, ямочки над ягодицами, крепкие бедра. Его запястье обхватывал серебряный ремешок часов, и, подняв руку, Хэлвиг сказал:

— Пора вставать, Лета, время не ждет.

Если только ты не хрономаг. В этом случае время становится податливым как размякшая глина.

— Время, — повторил Хэл, и его голос прозвучал куда выше. — Ты опоздала, детка. Пора вставать…

Солнечный свет залил спальню, и тени испуганно шмыгнули под кровать, а я увидела перед собой маму.

— Решила прогулять уроки? — спросила она, и я мигом вскочила с кровати.

Вчера мы с ней заболтались. Вернее, говорила она — обо всем на свете, а я слушала, поддакивала и задавала ничего не значащие вопросы, отогреваясь в ее взгляде и интонациях. Отец уехал во второй круг вместе с моими братьями, и я нацепила часы Этьена, с широким кожаным ремешком, спрятавшим метку. Мама решила, что я просто соскучилась по старшему брату, но за временем мы с ней не следили. В итоге я пошла спать далеко за полночь, и теперь опаздывала на занятия.

— А позавтракать? — возмутилась мама.

Но я наскоро умылась, оделась, поцеловала ее в щеку и перенеслась в академию скверны, когда звонок на урок уже прозвенел. Расписание внизу холла подсказало мне номер аудитории, и я влетела в нее последней.

— Каждое опоздание — дополнительный вопрос на зачете, — будничным тоном напомнил преподаватель, рисующий на доске схему магических потоков. — У вас, сола Лерман, если не ошибаюсь, их уже пять. Такими темпами я буду принимать у вас зачет целый час. Хотя нет, — он строго глянул на меня поверх круглых очков, — уверен, что срежу вас куда быстрее.

Я виновато улыбнулась, зашла в конец аудитории и села за последнюю парту.

— Куда ты вчера сбежала? — шепотом спросила Рори.

Голубые глаза чуть навыкате, губки бантиком, высокий лоб прикрыт рыжей жеребячьей челкой, а блузка спущена с плеч, оголяя их по моде этого года. Рори получила магию от моего дома, одаренка пятой степени. Дар слабый, зато характер что надо: хрупкая как воробышек, Рори превращалась в пиранью, когда обижали тех, кого она любит. Первую попытку побега от Крэйга мы провернули с ней вместе. Увы, неудачно…

— Он орал на тебя? — с предвкушением поинтересовалась Гленда.

Золотые волосы уложены гладкой волной, форма академии на ней едва не трещала. Это Гленда отправила меня вчера к Хэлу. Она выглядела как театральная дива, но придумывала шалости с энтузиазмом уличного босяка.

Через два года, если я ничего не исправлю, Гленда сол Анаиш будет стоять среди тех, кто придет посмотреть на казнь моего дома.

Впрочем, ее могли заставить. Кхары уничтожили нашу семью в назидание остальным, и не хотели, чтобы кто-то из солов пропустил это зрелище.

— С чего бы Крэйгу орать? — поинтересовалась я. — Я не так уж плохо танцую.

— А что ж ты удрала? — не отставала Гленда. — У тебя глаза какие-то опухшие. Ревела?

— Захотелось домой, а потом проспала, — сказала я. — Все, дай послушать, пока Брувик меня не выставил.

А объяснял он толково, расписав магию по всем типам.

— Корневые маги, — указка ткнула в первую схему. — В девяносто девяти процентах случаев старшие дети в семье. Абсолютно все энергетические точки запитаны, сила максимальна и никогда не иссякает.

Такой у нас на потоке всего один — Нико сол Дыш. Он приехал из дальней южной провинции Дышки, о которой прожужжал нам все уши.

— Корневой маг сам по себе является источником магии и… Впрочем, вы все отлично знаете, каким образом он может ею поделиться.

В аудитории засмеялись,