Страж границ - Денис Агеев

– Как где? – усмехнулся Яков Всеволодович. – На планете с гордым названием «Земля», а если быть точнее, то в западной Сибири.

– Где? – Меня аж передернуло от такого заявления. Западная Сибирь – это ж черт знает где от моего города. Быть такого не может!

– В западной Сибири, в самой глуши. До ближайшего населенного пункта верст двести. Но ты не волнуйся, отправлю тебя домой в мгновение ока.

– Но как такое возможно? – поинтересовался я, надеясь, что дед всего лишь разыгрывает меня.

– Я тебя сам перебросил. – Яков Всеволодович вздохнул и тихо добавил: – Друг мой, я отлично понимаю твои чувства. Случись бы такое со мной много лет назад, я бы тоже не поверил.

– Что значит «сам перебросил»? Транспортировал на вертолете или самолете, что ли? Ведь самый быстрый доступ в Сибирь – воздушный.

– Правильнее было бы сказать – телепортировал, – поправил меня старец.

– Это все шутка, да?

– Нет. Во всем мною сказанном нет и толики лжи. Если не веришь, что находишься в Сибири, можешь выйти на улицу или хотя бы поглядеть в окно, но я бы тебе этого делать настоятельно не рекомендовал. Полтора месяца постельного режима порядком ослабили твой организм.

– Сколько? – Я вскочил от изумления и тут же рухнул на пол, больно ударившись коленями. Ноги отказались подчиняться, их словно набили соломой.

Неужели и впрямь я провалялся в хижине этого старого сумасшедшего столько времени?

– Я же предупреждал, да и не надо так бурно реагировать. Я хорошенько подлечил тебя, так что очень скоро ты придешь в норму. – Яков Всеволодович аккуратно поднял меня и усадил снова на кровать.

– Ну и новости, – печально изрек я и умоляюще посмотрел на старика. – Скажите правду.

– А ты упертый, – улыбнулся дед. – Чтобы было понятнее, расскажу все подробнее и, пожалуй, начну с объяснения того, кем являюсь я сам. Иначе тебе будет тяжело понять, как я оказался в твоем городе в момент нападения Темного.

– Отлично, Яков Всеволодович, я слушаю.

– Как уже говорил, я страж границ. – Ну вот, опять началось! – Это не профессия в обычном понимании, и не общественный титул, и не что-либо другое в том же духе. Это нечто вроде призвания, данного мне судьбой. А, может, и не судьбой вовсе, а банальной случайностью. Увы, но наверняка сказать никто не может. Каждый стражем становится по-своему. Но сейчас разговор не об этом… В общем, моя обязанность – следить за тем, чтобы в наш мир не проникали агрессивные существа из других вселенных. Видишь ли, наш мир не одинок, его окружает бессчетное количество иных вселенных. И в этих параллельных пространствах обитают далеко не самые дружелюбные существа. Некоторые так и норовят пробраться к нам и натворить невесть чего. Но благодаря работе стражей сделать этого они не могут. Сейчас мы закупорили все известные межпространственные бреши, поэтому разные твари из иных вселенных ищут новые лазейки… и порой, находят, как сделал это напавший на тебя Темный…

– Так-так, – прервал я Якова Всеволодовича. – Про параллельные миры я слышал, но это ведь из области фантастики. Нет, конечно, ученые не отрицают их существования, но и полноценно доказать ведь тоже не могут…

– Все правильно, Андрей, из области фантастики. И это, знаешь ли, даже к лучшему. Нечего большинству знать о параллельных мирах, к добру это не приведет. Настанет время, и люди все узнают. В средневековье тоже не верили, что в будущем будут существовать такие агрегаты, на которых можно будет перемещаться по воздуху, точно птицам. А сейчас люди не видят ничего удивительного в самолетах и вовсю пользуются предоставляемыми ими благами.

– В чем-то вы правы, но… – Возникшая было мысль тут же улетучилась.

– Так вот, – заметив, что я не противоречу и вопросов не задаю, старик продолжил рассказ, – в один прекрасный день я… в общем, получаю сигнал о том, что в наш мир прорывается иномирянин. Находит лазейку в пространстве и проникает сюда, на мою территорию. И я спешу туда. И что же я застаю на месте разрыва границ?.. Обитателя приближенного мира – Темного, весьма слабого, но вполне способного к самозащите и противостоянию. В общем, не буду я описывать нашу с ним битву. Заканчивается все тем, что прогоняю я эту тварь из нашего мира и запечатываю проход… И вот собрался я было уходить, как вдруг заметил, что недалеко от места стычки четыре трупа лежат. – Теперь ясна судьба тех трех хулиганов. – Тогда я подумал, что обычное это дело – после нападения Темных люди не выживают. Но тут я обнаружил, что один из трупов вовсе и не труп… Да, друг мой, это был ты. Ты еле дышал, был на краю жизни. И я решил тебя спасти. Забрал к себе в дом и выходил.

– Что ж, интересная история, мистическая и фантастическая, только ни чуть не правдоподобная. Я бы скорее поверил в рассказ о том, что то темное облако было всего-навсего каким-нибудь газом, от которого я потерял сознание и впал в кому. Правда, не понятно, как я оказался в Западной Сибири…

– Ну уж, верить или нет – дело твое. Я не собираюсь тебя убеждать. Правда, рассказал я все это не спроста. У меня есть к тебе кое-какое предложение, но прежде чем его обдумать, тебе сначала нужно принять действительное.

– Да ладно, говорите.

Яков Всеволодович не спешил. Он пристально глядел мне в глаза, будто пытаясь прочитать в них мои мысли. Но вскоре он вновь заговорил:

– Я уже говорил о твоем уникальном свойстве, что помогло тебе выжить после атаки Темного?

– Да.

– Так вот, это довольно-таки редкий случай. Я подробно изучил твой организм и кое-что нашел. Кое-что необычное…

– И что же это? – Мне почему-то захотелось отшутиться. – Я теперь стал пуленепробиваемым или приобрел быструю регенерацию?

– Нет, кое-что более полезное, чем перечисленные тобой мелочи. Стать непробиваемым или заставить регенерировать раны может любой маг… при определенных усилиях. Ты же приобрел нечто более важное – неуязвимость к атакам дремоавцев. Не полную неуязвимость, конечно, но все же. Это, знаешь ли, уникальный дар.

– Да уж, даже не знаю…

А правда, к чему мне этот дар? Вряд ли я еще раз в своей жизни встречу этого Темного. Уж и верно, заживление ран было бы куда полезнее.

– Конечно, ты не можешь оценить свою новую способность по достоинству… и вот тут я хотел бы тебе кое-что предложить.

– Ну так говорите уже.

– Будь моим учеником.

– В смысле?

– Стань учеником, получи все мои знания и в конце концов стань стражем границ.

– Я не знаю. Я уже не школьник, чтобы чему-то учиться, да и не люблю я это дело.

– Твой возраст самый подходящий. Стражей границ обучают отнюдь не так, как детей. Став стражем, ты очень многое поймешь, взглянешь на мир другими глазами. Я тебя не принуждаю, решать тебе, но знай, многое в твоей жизни изменится.

– А кто такие стражи границ? Я же о них ничего не знаю…

– Как я уже говорил, мы охраняем границы миров. Но тебе это ни о чем не говорит, верно? Я понимаю. Это все равно, что объяснять неопытному юнцу премудрости алхимии. Все постигается в процессе обучения. А чтобы ты имел хоть какое-то представления о нас, то я скажу тебе, что страж границ – это мудрец, колдун, воин и ученый одновременно. Мы обладаем огромным багажом знаний и умений, как ныне существующих, так и давно забытых. Мы участники легенд и мифов. Мы существуем только в определенном кругу, но круг этот намного важнее всех других тебе известных. Мы держим этот мир в равновесии.

– И всему этому можно научиться?

– Научиться можно абсолютно всему. Дело лишь в желании самого ученика. Так что, решай. – Лицо Якова Всеволодовича стало серьезным.

– Хорошо, я подумаю. Не легко так все взять и с бухты-барахты решить.

– Подумай, я тебя не тороплю.

– А вообще, зачем вам ученик? Вы разве сами не справляетесь?

– Справляюсь, но я не вечен. Нужен человек, чтобы продолжить мое ремесло, а ты со своим новым даром более чем идеально подходишь на эту роль. Я досконально изучил твою ауру, заглянул даже в глубины твоего сознания, и могу с уверенностью сказать, что у тебя есть все необходимые предпосылки для познания и самосовершенствования. А для стражей границ это очень важно.

– Ну и что для этого требуется?

– Ты должен жить вместе со мной и учиться. Не волнуйся, дом у меня большой, места хватит.

– То есть, я должен буду переехать к вам навсегда?

– Да. Оставить свою прежнюю жизнь и начать новую.

– Я не могу так, – замотал головой я. – У меня своя жизнь, пусть не самая лучшая, но она моя. Я живу по своей воле, делаю, что считаю нужным. Не знаю, что вы там разглядели в моем сознании, но я наверняка знаю, что учеба – это не по мне, тем более сейчас, когда треть жизни уже позади.

– Ты заблуждаешься, друг мой, – сдержанно улыбнулся Яков Всеволодович. – Ты живешь далеко не по своей воле. И называешь жизнью жалкое существование. Ты даже не представляешь, какой насыщенной она может быть.

Я молчал. Не знал, что сказать. Голова пошла кругом, в глазам потемнело. Слишком многое на меня сегодня навалилось.