Подвиг пермских чекистов - Н. Щербинин

«...В октябре 1912 года я приехал в Котельнич бывшей Вятской губернии и поступил в частную столярную мастерскую, где познакомился со столяром Коломийцевым, возглавлявшим в то время кружок РСДРП. Кружок Коломийцева выписывал «Правду». Так под ее влиянием и воздействием Ленских событий я в конце 1912 года официально вступил в партию большевиков.

В июле 1915 года, в связи с преследованием со стороны полиции, переехал в Пермь и поступил на Пермский пушечный завод в модельный цех столяром.

За этот период, до начала Февральской революции, был пропагандистом, вел подпольную партийную работу, за что со стороны полиции подвергался в 1916 году неоднократным преследованиям. Со дня Февральской революции вел партийную работу в Мотовилихинской организации, был членом и секретарем цехового партийного комитета. В 1917 году был членом общегородского комитета большевиков в Перми и членом Совета, вел партийную и советскую работу до декабря 1917 года.

По организации Красной гвардии в Перми был избран начальником Красной гвардии городского района, а с 15 января 1918 года вместе с другими товарищами организовывал штаб Красной гвардии Советов и был членом его.

За время работы в Красной гвардии занимался организацией отрядов и принимал непосредственное участие в борьбе со всякого рода контрреволюционными выступлениями».

Участвовавший в заседании исполкома Федор Николаевич Лукоянов — один из организаторов Красной гвардии в Перми, первый председатель Пермской ЧК — рассказал присутствующим, что в октябрьские дни Малков вместе с рабочим Мотовилихи Васильевым создал красногвардейскую пулеметную команду из десяти пулеметов. Эта команда под их руководством охраняла Уралсовет на случай вооруженного выступления сторонников Керенского. Помимо этого, пулеметчики совместно с мотовилихинскими красногвардейцами охраняли почту, казначейство, пороховые погреба. Действовали оперативно и смело.

За кандидатуру Малкова высказался и Александр Лукич Борчанинов. Немногословным было его выступление:

— Знаю товарища Малкова по совместной работе на Мотовилихинском заводе. При царском режиме он активно боролся за интересы трудящихся, одним из первых стал на защиту завоеваний революции. Партийная организация Мотовилихи вполне ему доверяет.

Членам исполкома был предложен для ознакомления документ, характеризующий деятельность Малкова: выдержка из протокола конференции пермских городских райкомов партии от 2 декабря 1917 года:

«2. Организация Красной гвардии, доклад тов. Малкова. Тов. Малков знакомит собрание с постановкой дела в Мотовилихе. Там рабочие цеха выбирают из каждых 25 человек одного наиболее надежного и испытанного. Находя невозможным несение двух служб, его освобождают от работы, и 5 человек, выбравшие его, делая отчисления от своего заработка, платят ему то, что он зарабатывал. Возникновение Красной гвардии и там относится к дням погрома, но теперь дело поставлено гораздо лучше. В настоящее время в распоряжении Мотовилихи находится 600 человек в полной готовности. Устроены штабы, где все время производится дежурство красногвардейцев. Формирование гвардии продолжается, и в скором времени будут вооружены и обучены 1000 человек».

Председательствующий Борчанинов предлагает утвердить кандидатуру Павла Ивановича Малкова в качестве члена Пермского чрезвычайного комитета по борьбе с контрреволюцией, спекуляцией и саботажем. «За» голосовали все члены исполкома.

Большая ответственность легла на плечи этого, в сущности, совсем еще молодого человека. В свои двадцать шесть лет он прошел нелегкий жизненный путь, но работа в чрезвычайном комитете требовала особых качеств. Он был предан делу революции, имел острое классовое чутье, но как недоставало ему образования! Хорошо бы засесть за книги, подучиться. Но обстановка того времени не допускала медлительности, она требовала принятия решительных мер. Необходимо было пресечь погромную агитацию монархистов, ликвидировать спекуляцию и саботаж.

Времени на решение иных вопросов не оставалось, надо было действовать. Уже на третий день после утверждения Малкову выдается специальное удостоверение:

«Предъявитель сего удостоверения Павел Иванович Малков состоит членом Пермского окружного чрезвычайного комитета по борьбе с контрреволюцией, спекуляцией и саботажем и имеет право в любое время по собственной инициативе производить обыски, аресты лиц, реквизиции о конфискации товаров и имущества. Все организации обязаны оказывать ему содействие, предоставляя в его распоряжение нужные средства и технические силы. Все милиционеры и красноармейцы обязаны подчиняться всем распоряжениям товарища Малкова...

Председатель Пермского окружного чрезвычайного комитета Ф. Лукоянов».

Возможность контрреволюционных вылазок в то бурное и тревожное время обязывала руководство пермских чекистов быть постоянно наготове. Прочесывание ненадежных городских районов и целевые облавы для очистки города от подозрительных элементов сменялись операциями по разоружению «диких» воинских эшелонов, шедших через станцию Пермь II преимущественно на восток. Как правило, во главе их находились кадровые офицеры бывшей царской армии.

Одну из операций по разоружению подобной воинской части впоследствии описал Владимир Федорович Сивков — в 1918 году товарищ (заместитель) председателя губисполкома и председатель ротного комитета Чусовской роты:

«Часов в 11 вечера по тревоге, объявленной Чека, значительная часть нашей роты прибыла на Пермь II, где нас встретил Малков с группой сотрудников. Он изложил командиру роты Колупаеву и мне примерный план разоружения эшелона, в котором было больше тысячи хорошо вооруженных солдат.

Рота, разбившись, заняла назначенные места. Вскоре к вокзалу со стороны Вятки подошел поезд. Было в нем примерно тридцать вагонов. Главной приметой этого поезда было знамя, насколько помнится, зеленого цвета с изображением льва и солнца, укрепленное у дверей второго от паровоза вагона. А у полуоткрытых дверей третьего вагона на небольшом древке болталось подобие красного флага, означавшего, что тут находится командование эшелона. Сюда и забрался Малков. Назвавшись комендантом станции, он попросил заявку на снабжение прибывшей части боеприпасами и продовольствием и пригласил командира части для оформления заявки. Уход не ожидавшего подвоха командира части с комендантом был условным сигналом начала операции. Красноармейцы пошли вдоль состава, предупреждая солдат, чтобы они не выходили из вагонов в связи с эпидемией тифа, потом маневровым паровозом растащили состав на три разных пути станции и, отцепив вагоны, начали разоружение.

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});