Дипломатия Кланов - Владимир Пламенев

за все годы в этом мире ещё никто не распознал, ни маги восприятия, ни артефакты.

Гвардеец кивнул.

— Не двигайтесь, пожалуйста, — гвардеец вытянул руку, на которой была перчатка распознавания магии.

Очень простая штука: на тыльной стороне был начертан специальный магический круг, в центре которого был бесцветный кристалл. Если загорался красным, жёлтым или оранжевым — магия обнаружена. Если светился тускло-голубым — Дара нет.

На меня он не отреагировал никак.

Гвардеец нахмурился.

— Господин, Вы не используете подавителей магии?

— Совершенно никаких. Можете обыскать меня, если Вам угодно. Или взять мою кровь на анализ, чтобы убедиться, что ни капли магической силы в ней нет.

Он хмурился только больше, не понимая что ему делать.

— Проверь батарею, — предложила помощница.

— Уже, — он ткнул пальцем в прикреплённый в нижней части перчатки кусочек металла, пронизанный энергетическими линиями. Они активно светились. — Видите? Заряд полон.

— Проверь на мне, — предложила она. И гвардеец навёл на неё перчатку. Вспыхнул тускло-голубой огонёк. Тут и помощница стрельнула в меня недоверчивым взглядом.

Гвардеец быстро переглянулся со своими коллегами, стоявшими в разных частях коридора. Они напряглись. Любое неверное слово или движение могло привести к тому, что меня попробуют уложить лицом в пол.

Нехорошо. Надо было немедленно разрядить обстановку.

Тогда я поделился с ними маленькой тайной:

— Несколько лет назад я пережил болезнь, после которой у меня исчезли любые зачатки магии. Возможно, реакция перчатки связана с этим. Мой потенциал был уничтожен в возрасте, когда должен был раскрыться в виде Дара.

Именно тогда я очнулся в своём новом теле… и уже через пару недель начал видеть Связи. Как это взаимосвязано? Без понятия. Но это точно было не совпадение.

Повисла тишина. Такая, когда никто не мог принять решение.

Прервал её я:

— Уточните у его Величества.

Гвардеец не стал спорить. Он подошёл к двери, чтобы постучать в неё кулаком, как из-за неё послышалось:

— Да запускай уже, Гриша! Ты дотошный, точно как моя матушка, покой её праху!

Гвардеец остался внешне невозмутим. Но кончики его ушей заалели.

Двери отворились и мы зашли внутрь.

— Виктор Добрынин! Как я Вас ждал! — с распростёртыми объятиями мне навстречу двинулся мужчина. Чуть старше сорока, с аккуратной светлой бородой. Прекрасно одетый. На плечах его красовался синий плащ, с вышитыми на нём золотыми львами.

Князь Адриан Зринский.

Он сказал секретарше:

— Милая, оставь нас.

Та с вежливым поклоном удалилась и закрыла за собой дверь.

— Ваше Величество, — я выполнил вежливый, но умеренный поклон.

— А, отбрось формальности! — он отмахнулся, подошёл ко мне и по-дружески хлопнул по плечу. — Я за простоту! В искусстве, работе и любви!

И засмеялся.

Интересный… он себе выбрал образ.

Нет, я знал, что он старается быть поближе к народу, но чтобы вести себя панибратски с человеком, которого видит впервые в жизни?

Князь Адриан махнул рукой, зазывая идти за ним.

— День сегодня хлопотный. А я, между нами, терпеть не могу всю эту возню. Её и так слишком много в жизни князя. Хотя я и вовсе не должен был им становиться, ты знал? Эта морока предназначалась моему старшему брату. Да упокоят его душу предки, — он вздохнул, остановился и неожиданно серьёзно посмотрел на меня. — Женщина или власть?

— Что?

— Что выберешь: женщину или власть?

Я ухмыльнулся.

— Вопрос с подвохом, в котором нет правильного ответа. Женщину выберет подкаблучник, а власть — тиран. Ни один из них мне не подходит.

— А какой подходит? — в его глазах мелькнул весёлый огонёк.

— Я бы задал встречный вопрос.

— Так задавай! — засмеялся он.

— Что за власть и что за женщина?

— А ты въедаешься в самые детали, правда? — он хмыкнул. — На твой вопрос я могу ответить как угодно. Поэтому не отвечу никак. А вот ты на мой уже ответил, по-своему, а значит — верно.

Вот ушлый лис.

— А кого бы выбрали Вы?

— Я? — он задумался с умиротворённым видом. — Я бы отказался и от того, и от другого. Потому что у меня это всё уже есть. Мне другого уже и не надо. А вот ты, мой дорогой друг, совсем другое дело, — лукаво улыбнулся он. — Теперь поговорим о деле.

— О деле, — кивнул я.

Мы присели за большой дубовый стол. Отполированный до блеска и пропитанный приятно пахнущим маслом.

Князь Адриан переменился в лице, его голубые глаза стали серьёзными.

— Есть идеи, зачем ты мне нужен?

— Их слишком много, чтобы я перечислил все.

— Начни с той, которая кажется тебе считается наиболее вероятной.

Он решил меня проверить.

Каков мой ход мыслей и на что я способен.

Прежде чем сам раскроет свои карты.

— Ваше Величество, для Вас будет уместна прямота?

— Разумеется. Она лучше словесных игр. По крайней мере, между двумя людьми, которые могут принести друг другу пользу. Особенно наедине. Мы же не на официальных переговорах.

Так будет проще.

— Княжество… в непростой ситуации.

— Да что уж там, в дерьме!

— Кхм… — я аж закашлялся.

Он усмехнулся.

— Ты сам предложил говорить начистоту.

— Действительно, — я вернулся к теме: — У княжества Иллирия проблемы с французами. После вашего решения вывести две их военные базы и закрыть порт Сплита для их эскадры, они заморозили военно-техническое сотрудничество и наложили на княжество Иллирия более двухсот санкций. А немцы, с которыми вы должны были заключить соглашение вместо них…

Он замер, словно пойманный с поличным.

Я сдержал ухмылку.

Конечно, ведь в новостях о немцах не было ни слова. А сами переговоры с Рейхом проводились тайно, через посредников в третьих странах.

Я не должен был этого знать. Никак.

Но у меня были свои источники.

Миг спустя князь Адриан вернул себе серьёзное выражение и сказал:

— Продолжай, пожалуйста.

— Но немцы вас «кинули». А французы восприняли ваш разворот к Рейху, как предательство.

Он стиснул челюсти и процедил:

— Это поганые лягушатники меня предали, когда укрыли убийц моего отца и брата! Они думали, что я это проглочу⁈ Нет! Никогда! — он начал закипать от злости. Но потом глубоко вздохнул, взял себя в руки и откинулся на спинку кресла.

— Теперь у вас остались только два возможных союзника: турки, с которыми очень напряжённые отношения из-за территориальных