Брак без выхода. Мне не нужна умная жена (СИ) - Тес Ария

- Толкнул…успел?

- Что? - глупо переспрашиваю, - Что вы сказали?

- Я…тебя толкнул. Успел? Ты пострадала?

В голове медленно складываются пазлы. Вот как он оказался рядом со мной, ведь был же на другой стороне фойе! Боже…а ведь я могла бы умереть, если бы не он? Да?

- Как вы узнали? - с губ срывается вопрос, но он молчит.

Наверно, сейчас объяснять это — не самый подходящий момент. Лили, твою мать!

Слегка мотаю головой, потом пару раз киваю.

- Я не ранена. Спасибо…

- Имя. Твое. Как тебя зовут?

- Лили.

Он слегка улыбается, и теперь это не глюк. Точно улыбается…

- Лили…

Неожиданно ощущаю крепкую хватку на своем загривке, меня рвут вперед, а через мгновение на губы обрушивается короткий, но уверенный поцелуй.

- Мой талисман.

Он закрывает глаза, его рука падает и ударяется о полку, а я замираю. Мне так страшно, что сейчас услышу протяжный, отвратительный писк аппарата, который скажет, что его сердце остановилось, но нет. Этого не происходит. Напротив, он показывает ровный, уверенный ритм.

- Ты посмотри… - посмеивается врач, переворачивая другую его руку, чтобы поставить капельницу, - При смерти, а целоваться лезет.

- При смерти?!

- Не волнуйся. Выживет. От таких Старуха бежит, сверкая пятками…

«Предатель и шлюха»

Лили; сейчас

Я приезжаю домой раньше обычного, дико усталая, поэтому, когда паркуюсь на подъездной дорожке, выходить не спешу. Тру глаза, пару мгновений ловлю Дзен. Спать хочу дико! Сегодня всю ночь провела с доченькой — у Нади болел животик, и она никак не могла заснуть. Отравилась, как сказал наш семейный врач. Наверно, в зоопарке, подумала я.

Чертов зоопарк…

Мне еще повезло, что сегодня в моей галерее почти не было клиентов. Не знаю, как бы разговаривала с ними, но едва ли у меня хватило бы сил делать это так же вежливо, как обычно.

Откидываюсь на спинку кожаного сидения своей машины и слегка сжимаю руль. Наш особняк выглядит иногда достаточно пугающе. Хотя нет. Он всегда выглядит пугающе, а сейчас особенно. На дворе осень, рано темнеет, часто идет дождь и небо серое-серое. При таких декорациях любая постройка будет казаться отчужденной, а наш особняк тем более. Ко всему прочему еще и зловеще… Огромный дом на холме, как в фильмах ужасов. Здесь живет Дракула по всем канонам, а я слегка улыбаюсь. На самом деле, нет. Здесь живет наша семья, которая, разумеется, не похожа на майонезную, но вполне себе счастливая.

Я не очень люблю этот дом, конечно, но он уже принадлежал мужу, когда мы познакомились. Менять его он не захотел, да и я не слишком настаивала. Мне дали добро на смену внутреннего убранства, этого было достаточно, чтобы утолить свои порывы.

Наконец, киваю, беру свою сумочку с пассажирского сидения и выхожу. Пора. Надо посмотреть, как там Надя, потом зайду к Малику. Может быть, мы проведем время вместе? Его машина стоит с другой стороны круглой, небольшой площади перед домом. Поистине "царское величие", конечно…

Стучу шпильками, пересекая ее. Кошусь на фонтан, который меня немного раздражает. Иногда мне кажется, что слишком это как-то, но Малик считает иначе. Он рассуждает так:

«Все вокруг должны знать, с кем имеют дело»

Полагаю, фонтан и огромный дом, в комнатах которого иногда можно потеряться — это способ показать «с кем они имеют дело». Кто бы под этим местоимением ни прятался…

Нажимаю на холодную ручку входной двери, потом толкаю ее и делаю шаг внутрь, как вдруг со спины раздается отчаянный крик чайки. Оборачиваюсь на автомате, но на птицу не смотрю. Даже не пытаюсь ее найти глазами, меня больше интересует кое-что другое: рядом с огромным Гелендвагеном мужа стоит симпатичный, красный спорткар. Плавные линии, сексуальный, красный цвет.

У нас гости?

Опять? Закатываю глаза и уйти бы, но я продолжаю смотреть на машину, будто меня к ней прилепило. Почему-то кажется, что она женская…

Неприятное, липкое ощущение оседает где-то внутри. У нас часто бывают гости, Малик — деловой человек. К нам приезжают и его бизнес-партнеры, и просто друзья, его родственники, но женщины?…Нет, они тоже приезжают, разумеется, только никогда не делают в одинокого, а сейчас мне почему-то кажется, что это именно так…

Странно…

Все-таки отрываю взгляд от машины и захожу в дом. Ставлю сумочку на небольшой столик и сразу срисовываю другую. Не мою. Дорогая и дерзкая Биркин, а рядом моя небольшая Шанель. Почему-то ощущается дикий контраст, хотя по идее мне стесняться нечего. Моя ни чуть не хуже. Просто она другая…

Ежусь от чего-то неприятного внутри. Не понимаю этих эмоций, но будто я не к себе домой пришла, а максимум в гости. И то, при лучшем раскладе. При худшем — в дом к своему работодателю, в которого влюбилась, но куда мне? Сельпо против суки-жены на спорткаре с Биркин подмышкой.

Какой бред…

Малик, конечно, скупой на эмоции. Правда. Он до зубного скрежета прямолинейный, строгий и серьезный. Не любит «пустое сотрясение воздуха», то есть говорить о чувствах. Все, что касается этого — для него потеря времени, а значит, потеря денег. Деньги он терять не любит. У него крупная фирма, которая занимается перевозкой грузов, так что приходит он домой поздно, часто усталый, еще чаще с телефоном наперевес, по которому позволяет себе громко кричать и выражаться. Не люблю, когда он выражается, но за время отношений уже вроде как привыкла. Иногда это меня даже заводит, но сейчас неважно. Хотя…почему неважно? Свою любовь Малик показывает либо через подарки, либо через секс. Поэтому у меня полная шкатулка потрясающих украшений и нет необходимости получать удовольствие в ванной с лейкой душа.

Берусь за пуговицы на своем пальто, а сама слегка улыбаюсь. Мой муж— превосходный любовник. Что есть, того не отнимешь, конечно. Он знает, как вести себя с женщиной, и пусть мне сравнивать не с кем — я понимаю, о чем говорю. Все-таки живу не в куполе и часто слышу от своих подруг или коллег про неудачи на этом поприще. В таких разговорах я, конечно, обычно полный провал. Мне нечего сказать. Малик знает, на какую точку надо надавить, чтобы твое тело будто и не тебе принадлежало, а ему. Вот и все…

- Лилия Антоновна? - слышу голос нашей экономки и оборачиваюсь с легкой улыбкой.

Она сразу сползает с лица, правда, когда я вижу, как Марьям спешит ко мне, чтобы помочь раздеться. И нет, не потому что я и сама могу, о чем сто раз говорила. А потому что выглядит она так, будто разбила одну из дорогущих ваз, которых у нас дома несметное количество.

- Что случилось? - сразу же спрашиваю, не давая ей, и дойти до меня, - Что-то с Надией?!

- Что? Нет-нет. Малышка в порядке, она спит. Все хорошо.

- Тогда в чем дело?

- Что? - нервно усмехается она, - Ни в чем, Лидия Антоновна, просто вы рано. Давайте помогу.

Очередная неприятная волна нерва прокатывается по позвоночнику, как каток, равняющий лед. Прищуриваюсь, не сопротивляюсь, когда она забирает у меня пальто и несет его в гардеробную. Что за бред?! Она выглядела напуганной и удивленной, — неприятно удивленной, — что я приехала домой. С чего вдруг?!

Так, ладно. Что я в самом деле? Слишком загоняюсь. Придумываю. Накручиваю. В конце концов, может быть у нее личные проблемы, а я тут пристаю. Надо будет спросить попозже, аккуратненько.

- А где Малик?

Марьям Маратовна замирает. Ее взгляд тут же отправляется в непонятно-неприятное путешествие по изучению дизайна помещения, блин! Будто ответ на этот вопрос приклеен к ковру, столику или вазе с цветами на нем. Это бесит, и я хочу что-то сказать, но обрываюсь.

Ответ на этот вопрос действительно приклеен к части интерьера, но чужой его части. К дерзкой сумочке Биркин, которая так нагло и по-хозяйски притягивает все внимание мерзким, красным пятном.

Внутри происходит мини-взрыв.

Все складывается в отвратительную картину, а я моментально ощущаю себя обманутой. Потому что когда я начинала собирать этот пазл, мне на коробке обещали совсем другое! А, значит, вот так…