Культурист - Б. Седов

Первый в жизни просмотр крутого порно произвел на Невского оглушительный эффект. Досмотреть фильм до конца, не имея возможности снять охватившее его сексуальное возбуждение, Влад не смог. Промучившись минут сорок, покрывшись холодным потом, испытывая острую боль во вздыбленном паху и мошонке, ощущая участившийся пульс каждой клеточкой тела, Невский рывком поднялся, торопливо протиснулся через толпу, обратив внимание на идиотски разомлевшее выражение лиц разместившихся позади зрителей, и вышел на балкон проветриться. Но уединения не получилось: на балконе, неспешно потягивая тонкую коричневую сигарету, уже стояла миниатюрная блондинка. На вид – лет восемнадцати. Бросив взгляд на Влада, едва ли не бегом вырвавшегося из наполненной громкими ахами-охами душной мансарды на свежий воздух, девушка широко и понимающе улыбнулась, покачала головой и непринужденно сказала, словно продолжая давно начатый разговор:

– Я не могу смотреть на то, как другие занимаются сексом. Эротика вообще не предназначена для толпы.

– Да уж, – изобразив некое подобие ответной улыбки, кивнул Влад, поразившись, каким хриплым оказался его голос. – Такое кино лучше смотреть… вдвоем.

– Я тоже так считаю, – поддержала блондинка. – Зачем зря дразнить себя, когда нет возможности сразу же заняться любовью? Это просто издевательство над организмом. Как тебя зовут?

– Влад, – сказал Невский, сжимая губами сигарету. – А тебя? – он чиркнул спичкой и закурил, машинально ощупывая блестящими глазами каждую впадинку, каждый бугорок на теле симпатичной незнакомки.

– Ира, – представилась девушка, снова улыбнувшись, отчего на щеках появились и тут же исчезли две привлекательные ямочки. – Ты, как я вижу, первый раз на «видиках»? – с ноткой снисхождения спросила она.

– Что, похоже? – усмехнулся почувствовавший себя неловко Невский.

– Конечно, – опустила веки Ирина. – Я столько раз была на просмотрах, что научилась безошибочно отличать новичков от бывалых видеоманов. У тебя такое смешное выражение лица… Впрочем, это быстро пройдет. Следующий раз так капитально уже не зацепит.

– А ты, значит, видеоманка? – вздохнул Влад, стряхивая за балконные перила столбик пепла.

– Хуже, – поджала нижнюю губку девушка. – Я – младшая сестра Ромки. Так что имею возможность смотреть все новые фильмы сразу же, как они появляются в городе. Совершенно бесплатно.

– Повезло, – усмехнулся Невский. Что сказать дальше, он не знал.

– Я вчера со своим парнем рассталась, – после затянувшейся паузы неожиданно сообщила Ира, излишне резкими движениями затушив сигарету в стоявшей тут же, на балконе, большой медной пепельнице в виде черепа. – Он фарцовщик. Его зовут Купер. Не слышал?

– Нет, – покачал головой Влад.

– Известная в городе личность. В кругах торгашей. Брат у него товар на реализацию берет. Мы семь месяцев встречались. А вчера я приехала к нему домой без звонка, открыла дверь – и застала его в спальне… вдрызг пьяного… с голым мужиком. Так обалдела, что даже не сразу поняла, что происходит. Сказать ничего не могла. Представляешь картинку?

– С трудом, – хмыкнул Невский, но тут же осекся: – Извини.

– А-а, фигня. Я сняла цепочку, колечко, бросила ему в лицо. Он даже не пытался оправдываться или остановить меня. Извращенец долбаный! В общем, я вторые стуки на нервах. Спать все равно не получится, если не напиться в хлам. Вот и решила на дачу приехать. Тем более Ромка обещал, что ему подгонят три новых фильма. Точнее, два. Порнуха не считается. Хоть как-то отвлечься.

– Понятно, – буркнул Влад. В отличие от большинства своих приятелей, при общении с девушками он частенько бывал скован, но та легкость и непринужденность, с которой сразу повела себя Ира, придали ему уверенности. Невский последний раз затянулся, затушил окурок и спросил: – У вас с ним, ну, с Купером этим, было серьезно или… так?

– Если ты хочешь спросить, хотела ли я выйти за него, то нет. Я вообще не собираюсь выходить замуж. Мне просто нравилось, что он старше. Ему тридцать два… Нравилось, что у него много денег, новая машина. А главное – он не вел себя, как малолетка. Не говорил глупостей. Не клялся в любви.

Его вообще в жизни интересуют только две вещи – секс и деньги.

– А тебя? – спросил Невский. Голос прозвучал глухо. Словно из трубы.

– Я девушка. Мне не надо думать о деньгах. Пусть мужчины думают, – рассмеялась Ира. – Я хочу жить в свое удовольствие и не заморачиваться по пустякам. А еще терпеть не могу никаких обязательств. – Замолчав, она повернулась к Владу и окинула его долгим придирчивым взглядом. И вдруг спросила, с той щемящей ноткой придыхания, на которую так часто ловятся мужчины:

– У тебя девушка есть?

– С утра не было, – коряво пошутил Невский. Ира удивленно приподняла брови и промурлыкала нечто вопросительно-располагающее. Осмелев окончательно, Влад уточнил:

– Ты из любопытства спрашиваешь или…

– Господи, какой же ты смешной! – снова рассмеялась Ирина. – Уже и спросить нельзя. А пиво есть?!

– Есть пара бутылок, – кивнул Невский. – Хочешь? Я принесу.

– А ты ничего! – и на щеках девушки снова появились две милые ямочки.

Растолкав разгоряченных порнухой зрителей и стараясь лишний раз не смотреть на экран, хотя сделать это было очень трудно, Невский пробрался к пятачку в центре мансарды, достал из своего пакета две бутылки «Баускас Алус» и хотел уже повернуть назад, как развалившийся на ковре Лютый схватил его за руку. Притянул, заставив нагнуться, и прошептал в самое ухо:

– Ты где шляешься?

– На балконе курю. Лежи, дрочи.

– Что случилось? – не унимался Славка. – Неужто не вставляет?! Это же Чичолина! И Джон Холмс – самый огромный хрен в мире!

– Душно тут, воздуха не хватает, – резким движением плеча Влад освободился от цепких пальцев Лютикова и, расталкивая всех, ледоколом полез назад, к дожидающейся на балконе Ирине. К этой беспечной и невероятно привлекательной девчонке без комплексов, которая ему так стремительно понравилась… Бывает же! Сколько они знакомы? Три минуты от силы. А вот ведь как зацепило.

Маленькая – не выше полутора метров – коротко стриженная блондинка встретила его возвращение таким теплым взглядом и такой милой улыбкой, от которых у Влада снова сладко заныло в груди и в паху.

– Прошу вас, – лихо сбив пробку горлышком второй бутылки, Невский протянул пиво Ирине. – Стаканов, извини, нет.

– Ерунда, – отмахнулась девушка и с нескрываемым удовольствием приложилась к горлышку, сексуально обхватив его ярко накрашенными помадой губами. Сделала два глотка. – Ух, отпад! Владик, ты просто прелесть!

– Это не я, – дернул уголком рта Невский. – Это пиво. Свежак.

– Напрашиваешься на комплимент? – игриво приподняла брови блондинка. – Вредина.

– Комплимент – слишком много, – качнул головой Влад. – Я его не заслужил. Хватит номера телефона.

– Какой ты быстрый, однако, – звонко, от души рассмеялась Ирина. Но, заметив, как напряглось лицо парня, протянула руку и указательным пальчиком нежно провела по щеке Влада, от виска до подбородка.

– Ладно, ладно. Не хмурься. В конце концов, я теперь девушка свободная, с кем хочу, с тем и флиртую. Правда?

Влад достал сигарету, размял в пальцах, закурил. Вопросительно посмотрел в глаза девушки. То, что он там прочел, вселяло пусть осторожный, но все-таки оптимизм.

– Тебе сколько лет хоть? – в голосе Ирины в который раз появились снисходительные нотки. Таким тоном взрослые опытные женщины разговаривают с не в меру прыткими безусыми юнцами. Прежде чем мягко, но недвусмысленно их отшить.

– Шестнадцать, седьмого сентября исполнилось, – не моргнув глазом соврал Невский, накинув себе лишний год и отлично зная, что выглядит взрослее своих пятнадцати.

– Знаешь, я бы дала больше: семнадцать! – улыбнулась Ира и совсем уж покровительственно потрепала Невского по волосам. По ее выражению лица и голосу было невозможно понять – искренне она говорит или прикалывается. – Как ты думаешь, сколько мне?

– Столько же, – схитрил Влад, втягивая сигаретный дым. На мансарде послышались громкие голоса, смех, началось явное оживление. Порнуха закончилась.

– Увы, – поджала губки блондинка. – Есть такая поговорка: маленькая собачка до старости щенок. Я просто выгляжу младше, из-за маленького роста и миниатюрной фигуры. У меня прозвище в школе знаешь какое ласковое было? Дюймовочка. На самом деле через неделю мне исполняется двадцать. Я младше Ромы всего на год. Такие дела, Владик.

– Значит, телефон не дашь? – сжав губы от обиды, как можно нейтральнее выдавил Невский. Получилось неважно. Было заметно, что он расстроен, как наивный ребенок, которому пообещали сладкую конфету, но жестоко обманули.