Культурист - Б. Седов

– Влад.

– Игорь, – вяло сжав его ладонь своей, липкой, представился парень. – Че опаздываешь? До электрички всего пять минут осталось, а еще билеты надо купить.

– Успеем, – довольно хмыкнул Лютый, направляясь к кассам. – Главное – теперь вся шобла в сборе. Невский, отгадай загадку: один плюс один сколько будет?

– Ну, два, – помолчав секунду, протянул Влад. Прекрасно понимая, что в банальном вопросе Славки таится подвох.

– А вот хрен ты угадал! – весело хохотнул Лютиков. – Один плюс один равно три! Объясняю, специально для молдаван и жителей Крайнего Севера. У Марголина действует такое приятное правило: приводишь с собой на «видики» двух человек – и сам идешь бесплатно! Вот к нему все по трое и ходят. Ха-ха!

– Классно, – согласился Игорь. – Я бы до такого не додумался.

– Вот поэтому ты к нему червонец в зубах несешь, а не он тебе, – резонно заметил Лютый. – А щас давайте по двадцать копеек…

Через полчаса разогретая выпитым в электричке пивом троица с гомерическим смехом вывалилась на перрон станции Дзинтари. В нос сразу же ударил ни с чем не сравнимый, пьянящий аромат Юрмалы – запах соленого моря, песка и вековых сосен. Выбросив пустые бутылки, компания, ведомая Славкой, направилась через превращенный в парк сосновый бор к побережью Рижского залива.

– А вот еще один анекдот, – продолжал Славка. – Мужик с бабой в универмаге. Она говорит: «Пожалуй, я сегодня возьму второй тортик!». А мужик с радостью подхватывает: «А я тогда – вторую бутылку водки!».

В октябре на популярном курорте начинался «мертвый сезон», отдыхающие разъезжались по Союзу, и людей в городе оставалось совсем мало, в основном местные и приезжающие бухнуть в уютных юрмальских кабачках рижане. Миновали кегельбан, открытый концертный зал, свернули на самую последнюю перед дюнным холмом тихую улочку. Наконец Лютый остановился, бросил окурок, раздавил его каблуком, огляделся и, по-хозяйски толкнув кованую металлическую калитку в высоком кирпичном заборе, решительно направился по мощеной дорожке к огромной двухэтажной даче довоенной постройки. Идущий последним Влад бросил взгляд на тускло подсвеченные окна мансарды, и ему показалось, что за одним из них, крайним, слегка колыхнулась штора.

Поднялись по скрипучим деревянным ступенькам на широкое крыльцо. Лютый надавил кнопку звонка. Дверь открылась почти мгновенно. На пороге, держа за поводок злобно рычащего и скалящего пасть добермана, стоял приземистый и широкоплечий темноволосый парень лет двадцати, с покрытым жесткой щетиной лицом, в расстегнутом на груди дорогом бело-зеленом спортивном костюме «Адидас». На шее «спортсмена» поблескивала плоская золотая цепочка с кулоном в виде знака Скорпиона. На ногах белели мягкие кроссовки «Пума» на липучках. Весь этот прикид, как машинально подсчитал Влад, тянул тысячи на полторы, если не больше. Тоже не фигово.

– Привет, Ильич, – расплылся в широкой улыбке Лютый. – Это со мной. Как обычно. Надежные пацаны. Отвечаю.

Придирчиво оглядев Славкиных спутников, Марголин молча дернул поводок, и вышколенный доберман сразу же заткнулся, перестав клацать зубами и потеряв к визитерам всякий интерес.

– Заходите, – буркнул «киномеханик», освобождая дверной проем. И, обращаясь к новичкам, сурово добавил, – по лестнице, на мансарду. Народу уже под завязку, так что где сядете, там сядете. Хоть на пол. Без претензий. Курить только на балконе. Мусор и пустые бутылки – в свой карман. Туалет здесь, – Марголин кивнул на дверь в прихожей. – Мимо унитаза не ссать. Вопросы есть? Тогда гоните по червонцу. Больше никого не ждем. Вы последние…

– Ништяк, Ильич. Что за фильмы сегодня? – с видом завсегдатая спросил Лютый.

– Из новых – порнуха германская, «Сладкие восемнадцать». Ужасы, «Восставшие из ада», вторая часть. «Кобра» со Сталлоне. Только на прошлой неделе в городе появился. Фантастический боевик «Человек-схема». Ну, а остальное по заказу из списка.

– Неплохо было бы что-нибудь со Шварценеггером, – сказал Невский, вслед за Игорем протягивая Марголину десятку.

– С Арни только старые, «Хищник» и «Коммандос», – объяснил Ромка, пряча деньги в карман спортивной куртки. – Они уже всех достали за лето.

– И все-таки, – сухо произнес Влад, заглянув Марголину в глаза.

– Мне по фигу, что крутить, – все так же небрежно протянул хозяин. – Как толпа скажет. Вы не одни. Поднимайтесь. Я щас, позвонить надо…

Просторная мансарда дачи обилием непринужденно рассевшихся и развалившихся во всех возможных местах – от диванов и стульев до подоконников, – галдящих и смеющихся пацанов, среди которых затесались и пара-тройка девчонок, напоминала обычную вечеринку из разряда «родители на даче». С той лишь разницей, что все обстояло с точностью до наоборот. Все без исключения, разбившись на кучки, были возбуждены в предвкушении запретного зрелища, многие уже успели приложиться к принесенным с собой бутылкам с пивом и вином. Где-то в углу звякали стаканы. Несмотря на запрет Марголина курить в помещении, в воздухе витал сладковатый дымок «травки». Словом, наверху Влад увидел именно то, что ожидал. И лишь дюжина облезлых табуреток, специально принесенных в мансарду хозяином дачи, придавала помещению вид домашнего «кинозала». Но даже они не спасли положения: народу набралось человек тридцать, все сидячие места были заняты. Свободным оставался лишь небольшой пятачок на ковре перед стоящими на двухъярусной подставке видиком и широкоформатным импортным телевизором «Сони». Недолго размышляя, Лютый с видом завсегдатая вышел в соседнюю комнату – видимо, спальню, – вернувшись оттуда с тремя декоративными подушками, которые тут же бросил на пол:

– А у нас билеты в первый ряд. Падайте, чуваки, – после чего, подавая пример, первым во весь рост растянулся на ковре, подложив под голову подушку и едва ли не упершись ногами в подставку. В результате им троим достались пусть не самые комфортные, зато самые близкие к телевизору места. Последнее свободное пространство было занято. Вскоре пришел Ромка, с деловым и, как показалось Невскому, слегка растерянным видом. В руках у него была стопка видеокассет. Марголин обвел глазами собравшуюся толпу и в привычной ленивой манере сообщил:

– Короче, люди. Тут маленькая проблемка нарисовалась. Ко мне к десяти часам должен был приехать кореш с новыми кассетами. Но у него возникла нестыковочка. Он обещал появиться только к трем часам ночи. В общем, первые два фильма придется выбирать из того, что есть в наличии. Кто не согласен – я не держу. Забирайте деньги и проваливайте. Никто не заплачет. А есть у меня вот что… – и, не обращая внимания на отдельные недовольные реплики, небритый «киномеханик» начал с олимпийским спокойствием перечислять фильмы из своей коллекции. Тут же поднялся гул. Начали поступать самые разные предложения. Желающих уйти, забрав мятый червонец, в результате не нашлось.

– Порнуху давай! – подал голос Лютый. – С негритянками! Ту, что в прошлые выходные была! У меня потом три дня от одних воспоминаний колом стоял! Ха-ха!

– Лучше «Звездные войны»! – оживился Игорь. – Фантастику!

– С Арни давай! – крикнул Влад. И тут же несколько громких голосов горячо поддержали его в желании увидеть бесстрашного супермена с железными мускулами. Что касается Невского, то он сам до сих пор лишь слышал об этом голливудском монстре, но ни разу не видел его, даже на фотоснимках из журналов. В самой фамилии Шварценеггер было что-то притягивающее, почти мистическое. Когда поднявшийся гомон начал постепенно стихать, а выслушавший рекомендации толпы Марголин объявил список фильмов на сегодняшнюю ночь, возражений не последовало. К радости Влада, вторым по счету, сразу после разогревающей порнухи, большинством голосов решено было крутить «Коммандос». Лютый легонько толкнул одногруппника локтем в бок, дескать, я же обещал. Уладив проблему, Ромка вытащил первую кассету из коробки и вставил в видик.

– «Школа девственниц», – гнусаво промычал из телевизора голос заикающегося переводчика. – В главных ролях: Илона Сталлер, Джон Холмс…

– Доктор Ватсон! – удачно вставил Лютый. Толпа довольно заражала.

– …и другие актеры, – закончил перечисление толмач. На широком экране появилась белоснежная вилла с мраморными колоннами, у подножья которых застыл голубой зеркальной гладью большой бассейн. Когда неспешно вышедшая из виллы мулатка сбросила с плеч прозрачный розовый пеньюар и нырнула в бассейн, все без исключения мужики сдавленно охнули. Было от чего: увидеть такие сиськи на улицах Риги – самого «западного» из советских городов – в конце восемьдесят пятого было практически невозможно. Ввиду полного отсутствия в столице Латвии клиник пластической хирургии и силиконовых имплантатов. Видеомарафон начался.