Туманный край - Вацлав Вейгенкнехт

В ответ варвар только хмыкнул.

Он сделал глоток воды, совсем не похожей на озёрное сусло, впился зубами в хлеб, сплёвывая залетевшие песчинки, натянул штаны, потянулся за курткой и застыл. Снаружи донёсся какой-то чужеродный звук.

«Неужели женщина предала его?» — мгновенно подумал варвар и схватил меч.

В тот же миг голос Къяры раздался прямо внутри его черепа.

— У, рогатые дьяволы, давай! Они здесь.

Держа в руках обувь, киммериец выскочил.

Хотя туман неприступно окутал окрестности, укрывая от обзора детали, лишая возможности что-либо увидеть, он не заглушил доносившиеся отзвуки крадущихся осторожных шагов. К берегу кто-то приближался.

— Давай, — упрекнула Къяра, отвязывая веревку от кола и прыгая в лодку.

Без колебания варвар последовал за ней, не сомневаясь, что пришли гандеры и выбрав наименьшее зло, и парус с рыжеволосой. Он покинет её позже.

Когда киммериец добрался до лодки, она отчалила. Но не успела ещё отойти на безопасное расстояние, находясь на мелководье.

Возникшие из тумана неясные образы — размытые тени и колеблющиеся контуры, постепенно обретали чёткие очертания. Пепельные седые лица и черная броня, по окрестностям разлетелся дикий крик. Враги бросились к берегу, чтобы задержать лодку, прежде чем она достигнет глубины.

Конан поднял меч, чтобы это не выглядело бегством!

Повеял попутный ветер, и в одиночку справиться с веслами не составляло труда.

«Вряд ли преследователи смилостивятся в ожидании неравного боя. Однако даже сама демонстрация тем проклятым острого клинка оставит шрамы. Поскольку они намерены его погубить, забрать всех с собой на тот свет будет не плохо. С радостью нанесёт им раны, напомнив Венариум!»

Полыхнуло. Хотя это казалось невозможным, ведь до столкновения не дошло.

Над пещерой, где они провели ночь, вспыхнуло пламя. Одновременно ветер наполнил парус, и лодка заскользила по водной глади.

Побережье застилал густой туман. Из-за клубов тумана доносились только злобная брань гандеров. Добыча ускользала прямо перед их очами.

Конан посмотрел на Къяру, уже не сомневаясь, она — чародейка, а призраки и всё остальное ей подстроено!

— Всё прошло так, как и предсказывали старцы, — спокойно произнесла она, проходя мимо него на корму лодки, и погружая в воду весло, используя как руль. — Предсказали, что с приходом неприятеля возгорится пламя и вспыхнет, сгорая в камне всё, что в пещере, не давая гандерам провести магический обряд против нас — волосы, твой пот и семя на пушнине, и мои выделения. Более того, даже запахи, оставленные нами, ветер развеял по округе.

Варвар склонился над ней.

— Что это за старцы, о которых ты упоминаешь?

— Разве я ещё вечером не говорила, что не могу о них молвить. Не спеши. Сам встретишь их.

— Почему?

— Поводов более чем достаточно.

Киммериец всунул меч в ножны и сжал кулаки. Ответы ему крайне не понравились. Казалось, судьба затягивает его куда-то в неизвестность вопреки собственному желанию.

«Возможно, Къяра, подозревая о его намерениях уйти, использовала появление преследователей так, чтобы варвар заскочил в лодку?» — Продолжали терзать варвара недобрые сомнения.

Он перебрался в носовую часть. Ветер наполнял паруса и трепал его волосы, туман окутывал со всех сторон.

«Узнать, где находится ближайший берег и приказать женщине пристать к нему.» — решил варвар.

— Что это за озеро? — поинтересовался он.

— У него несколько названий, — ответила она. — Гандеры называют его «Вода мёртвых птиц», люди, побывавшие здесь в древности, называли его «Карасан».

«Карасан?» — Что это значит?

— Два слова объединились, слились в одно целое. Именно так звали повелителя местных глубин. Ужасное страшилище, которому потом обитатели регулярно приносили дары. Ублажали не только звериными, но и людскими жертвами, которые монстр под напевы жрецов разрывал длинными щупальцами и пожирал. В его пасти, вероятно, сгинуло огромное количество пленных.

Спину Конана словно царапнуло ледяным когтем от всплывших в воображении картин минувших трагических событий.

— Чудище постоянно живёт в озере?

— Утверждают, что это так. В мире, однако, нет сейчас человека, который бы с ним встретился. Сама я несколько раз пересекала озеро и ни разу ни с чем не столкнулась, его судьба остается покрыта тайной, — ответила Къяра. — И, словно почувствовав озадаченность Конана, спросила. — Почему ты интересуешься?

— Вчера после прихода к озеру мне показалось, что вдали над поверхностью появилось щупальце. Прежде, чем разобрал, что двигается, оно вновь погрузилось.

Къяра застыла. На лице отразилась смесь ужаса и удивления, она чуть не выронила весло. Такой он её ещё никогда не видел.

— Кровавые тени! Не лжёшь? Правда видел щупальце?

Варвар кивнул.

Женщина выругалась и всмотрелась в водную гладь. Однако клубящийся туман помешал ей что-либо разглядеть, казалось даже, что он сгустился.

Къяра проворчала. — Почему не сказал об этом раньше?

Конан усмехнулся.

— Не сказал тебе? Неужели об этом не поведали старцы? Ведь им же всё известно. Она гневно повела очами. В них сверкали молнии.

— И они могут заблуждаться. Нечто не предусмотрели, и что-то пошло не так, как и планировалось, но по неустановленной причине. Теперь я знаю. Сейчас лучше бросить якорь у берега. Встреча с Карасаном для нас много опаснее, чем возможная встреча с гандерами.

Конан внутренне усмехнулся. «Что если над ним смилостивятся боги и разрешат высадиться на берег? Отлично. Там он распрощается с женщиной и пойдёт своей дорогой. И если старцы с ним действительно хотят встретиться, пусть сами его найдут.»

Лодка повернула и направилась чуть правее, летя вперёд.

— Что если огромный Карасан действительно набросится? — поинтересовался варвар.

— Не знаю, — ответила женщина, на лице которой отражалась чрезвычайная сосредоточенность.

Хотя прежним событиям не удалось выбить её из колеи, на этот раз Къяра действительно опасалась. Своими силами и способами ей с этим не справиться, как не желай.

Из тьмы раздался рык, частично напоминающий хрюканье свиньи, частично рёв бакланов. Он пронёсся над поверхностью как посланник отвратительных вестей.

— Он тут! — вскрикнула Къяра, прикусив зубами губу.

Одновременно лодка закрутилась и двинулась в первоначальном направлении. Женщина ругнулась.

— Паршивец! Отрезает нам путь к ближайшему берегу!

Конан обнажил меч.

«Может благодарить богов слишком рано? Если монстра боится и чародейка, он явно внушает невыразимый истинный ужас. С древними тварями нельзя играть!»