Флинкс на распутье - Алан Фостер

— Этот сложный организм можно выращивать до больших размеров, а можно как угодно компоновать его части, в зависимости от конфигурации помещения. Нужную ему влагу он поглощает из воздуха. Его жизнедеятельность основана не на фотосинтезе, поэтому ему не нужно постоянное освещение. Когда по нему ступаешь, такое чувство, будто ты паришь в воздухе. Кроме того, от него исходит слабый аромат цветущей мальвы. — Голос Флоры звенел, как натянутая струна, а голубые глаза горели огнем. — Но разве он создан природой для того, чтобы служить половиком для изнеженных толстосумов?!

— В своем естественном состоянии, — добавил Паук, — сплетение съеживается под давлением, но отнюдь не приобретает дополнительную упругость. Этот же мутант — отродье дьявола и не имеет права на существование.

Из нагрудного кармана комбинезона Флора достала пузырек из-под духов и вылила его содержимое на живой коврик. Паук бросил миниатюрную зажигательную капсулу. Мох-мутант вспыхнул и на глазах умолкнувшей шестерки превратился в горелую корку, но никому и в голову не пришло, что экспонат мог страдать от сожжения гораздо сильнее, чем от хождения по нему. Разве это главное? Он же не творение природы, а всего лишь плод извращенной фантазии экспериментаторов. Стоит ли задумываться о его страданиях? Впрочем, с неменьшей легкостью и тоже не задумываясь о чужих страданиях, заговорщики уничтожили бы и тех, кто породил мутанта. Сплетение, как и его создатели, не заслуживало ни сочувствия, ни снисхождения.

В комнате плавал едкий дым. Еще до того, как он рассеялся, человек, носивший кличку Ящерица, вскочил и заговорил.

Он был худ, но не костляв, а лицо его выглядело таким же изможденным, как у Щепки. По возрасту Ящерица был младше большинства своих товарищей. Внешность он имел довольно заурядную — среднего роста и такого же среднего телосложения. Однако эта заурядность делала его самым опасным в группе. Она позволяла незаметно растворяться в толпе, выведывать чужие секреты, не привлекая к себе никакого внимания, и казаться воплощением невинности и добродетели. Его профессия была не более примечательна, чем внешность. Даже жена не заподозрила бы в нем члена тайной организации. А если бы узнала о его подлинной роли, то наверняка испугалась бы, ведь она пребывала в убеждении, что компания мужа — не более чем невинное сообщество скучающих предпринимателей.

Когда речь заходила о вопросах, тревожащих каждого члена организации, Ящерица преображался на глазах. Его лицо становилось суровым, а под левым глазом играл нервный тик, усиливаясь или ослабевая в зависимости от того, сколько чувств этот человек вкладывал в свое выступление.

Однако сейчас Ящерица вполне сносно владел эмоциями. Раз уж организация решила заявить о себе развращенному человечеству, ей, как никогда, нужны трезвые головы.

Ящерица был создателем грандиозной картины, что сейчас мерцала во всю стену позади стула, на котором восседал Паук. Ни стол, ни стены, ни пол вроде бы не скрывали в себе голографического проектора. Здесь проявился еще один талант Ящерицы — умение маскировать приборы в любом интерьере.

Картина показывала небольшую часть Галактики. И как только шестерка заговорщиков обратила на нее внимание, она уменьшилась до таких размеров, что в поле зрения остались лишь звезды, составляющие Содружество. Затем перед взорами заговорщиков предстала одна-единственная звезда, ничем не приметная, вокруг которой обращалось пять планет.

После того, как кубик указателя вобрал в себя третью планету, закружилось, подобно балерине на сцене, изображение чужого мира.

Ящерица снова заговорил, щедро осыпая своих товарищей статистическими выкладками.

Все краем уха слушали рассказ о диаметре планеты и ее гравитации. Зато сведения об уникальной и почти нетронутой экологической системе вызвали настоящий восторг.

— Это Длинный Тоннель, — говорил Ящерица, указывая на изображение. — До сих пор исследована лишь крохотная часть планеты. Но и этого вполне достаточно, что-бы убедиться: этот мир таит настоящие природные чудеса. Атмосфера вполне пригодна для дыхания, но климат крайне суров и неприветлив. Здесь особо не разгуляешься.

— Слава богу, что существуют хотя бы такие утешительные мелочи, — прошептала Ормега.

— К сожалению, таких мелочей очень мало, — нахмурился Ящерица. — Вам известно, что из себя представляют наши общие враги. Если запахло барышами, их не остановит никакая погода.

Ящерица снова привлек внимание своих товарищей к голопроекции.

— Пока что там существует только одна колония, по численности небольшая. — Ящерица водил пальцем, и изображение, послушное его теплу, менялось. На стене проступил небольшой фрагмент поверхности планеты; сверху толстым слоем — клубящиеся облака. — Мы особенно обеспокоены деятельностью компании, которая не является филиалом ни одной из крупных торговых фирм. — В глазах докладчика блеснул огонь, а в голосе послышались язвительные нотки: — Однако, несмотря на свои скромные размеры, ей удалось нанести значительный ущерб природе планеты за очень недолгий срок. Доказательством тому служит прыть, которую продемонстрировали владельцы компании, выбросив на рынок этот гнусный «вердидион».

После этих слов все стали возмущенно перешептываться.

— Пока что сфера коммерческого применения этого изделия достаточно ограничена. Но, к сожалению, на рынке нет ничего, даже отдаленно напоминающего сплетение. Следовательно, по мере роста известности его потребительских качеств будет увеличиваться и спрос на него. Те, кто заказывает сплетение, либо не знают, что популярная новинка — плод чьих-то преступных действий, либо им это безразлично. Разве мы собрались бы здесь, если бы речь шла о естественном биологическом организме? Но «вердидион» — самый мерзкий продукт из всех известных нам, полученных в ходе незаконных генетических манипуляций. И фирма, создавшая его, только и занята попытками подчинить себе десятки других форм жизни. — Голос Ящерицы звучал все более страстно, а тик под левым глазом усиливался. — Сплетение «вердидион» — лишь очередное чудовищное надругательство над природой. Беззащитные формы жизни, населяющие планету, как нельзя лучше подходят для генетических опытов. Те же, для кого бессовестная эксплуатация невинных организмов стала привычкой, нашли здесь поистине золотую жилу!

Только сейчас Ящерица сообразил, что сорвался на крик, и поспешил снизить тон:

— Мне уже попадались на глаза заявки на новые биоинженерные продукты, которые они собираются получить путем генных манипуляций с местными формами жизни. Большинство этих продуктов — детища одного-единственного ума, блестящего, но глубоко порочного. Это глава биоинженерного отдела фирмы, винтик в ее механизме, которому хозяева, по-моему, вряд ли смогут найти замену. Мастерство в генной инженерии ценится дешево, зато интуиция — на вес золота.