Контрабанда - Владислав Выставной

Гильза послушно расписался в тетрадке и направился к выходу. В это время раздался звонок. Дверь знакомо щелкнула, и вошел новый посетитель – молодой человек, какой-то щуплый, бледный, с неряшливыми длинными волосами, закрывающими пол-лица. Из-за них настороженно выглядывали глубоко посаженные заспанные глаза. При этом одет он был во вполне приличный костюм, почему-то темный, словно человек хотел подчеркнуть свою бледность.

Гильза бочком обошел очередного странного посетителя, мечтая побыстрее сбежать из этой конторы. Из-за спины донеслось приглушенное «вам должны были передать для меня…» – и дверь закрылась. Облегченно вздохнув, курьер не без труда запихнул пухлый черный пакет в сумку и поспешил прочь.

На проспекте, в толпе озабоченных делами людей, он снова замедлил шаг. Внимание привлек передвижной ларек, торгующий хот-догами. Яркие рекламные наклейки изображали аппетитные горячие сосиски и сногсшибательные соусы, и пройти мимо было просто невозможно.

Гильза справедливо решил, что полдела все-таки сделано и он имеет право на небольшую паузу. Зашел под навес, задумчиво разглядывая меню над головой продавщицы. Миловидная женщина улыбнулась: наверно, ей понравился парень. Как он «другой» повел бы себя в подобной ситуации? Неужели также торопливо сделал бы заказ и покраснел? Продавщица же нарочито долго выбирала лучшую сосиску, конструировала бутерброд, не жалея горчицы, майонеза и кетчупа, не забывая при этом бросать на покупателя многозначительные взгляды. Гильза не знал, куда деваться от смущения. Расплатившись, схватил хот-дог, колу и отошел в сторону. Здесь немного расслабился и, активно жуя, стал любоваться городским пейзажем.

Что ему никогда не надоедало, так это созерцание человеческих потоков. Когда нечего было делать – а кроме работы, ему, в сущности, нечем было заняться – он шел в кофейню, садился на высокий табурет перед большим окном и часами пялился на улицу. Иногда он раскрывал свой блокнот и как-то автоматически рисовал прохожих – на полях, между строк, иногда на целые страницы. Он не знал, откуда у него эта тяга к рисованию. Умел ли он рисовать «до пули», или эта потребность возникла как следствие травмы? И он просто сидел, смотрел, рисовал…

Однако на этот раз насладиться созерцанием ему не дали. Перед глазами возникло худое бледное лицо с остро торчащими скулами и синяками под лихорадочно бегающими глазами. Гильза замер с набитым ртом, пытаясь вспомнить, где он мог видеть эту заспанную физиономию.

– Отдай посылку, – тихо сказал незнакомец, и сразу же вспомнился последний посетитель детективного агентства. – Отдай!

Гильза с усилием проглотил недожеванное и проговорил:

– Какую еще посылку?

– Дай сюда! – ядовито прошипел парень и вдруг схватился за торчащий из сумки край черного пакета.

Курьер выронил хот-дог и рванул сумку к себе, но незнакомец намертво вцепился в пакет и продолжал тянуть его в свою сторону. Завязалась тихая борьба, из которой победителем вышел Гильза: он был повыше, покрепче и к тому же не собирался окончательно портить свою репутацию, потеряв на полпути то, что необходимо было доставить в офис. Это стало бы последней каплей в сегодняшней череде неудач.

– Ты чего?! – возмущенно воскликнул юноша, отстраняя от себя назойливо наскакивающего психа. – Отстань от меня!

Прижимая к себе сумку одной рукой, второй он с силой оттолкнул парня. Тот отшатнулся, потерял равновесие и упал на асфальт. На Гильзу он глядел с неподдельной злобой.

– Лучше отдай по-хорошему… – прочеканил он.

– У тебя что, тоже пуля в голове? – пробормотал Гильза. – Лечиться надо!

– Смотри, тебе же хуже будет! – бросили ему уже в спину.

Гильза быстро направился в сторону подземного перехода. Обернувшись на всякий случай, он увидел, как парень, все еще сидя на асфальте, тычет ему вслед пальцем и что-то яростно кричит в мобильник. Гильзе стало немного не по себе. Не замедляя шага, он спустился в переход и направился в сторону входа в метро. Смешавшись с толпой, вздохнул спокойно, решив, что на сегодня приключения кончились.

Однако не тут-то было. К стеклянным дверям сломя голову, тяжелой медвежьей поступью неслись двое в мешковатых спортивных костюмах. Гильза вдруг с ясностью осознал, что эти крепкие ребята высматривают в толпе не кого-то, а именно его. Он остановился как вкопанный, и, как назло, один из этой парочки его заметил.

Ноги будто сами включились, мигом настроившись на режим «погоня». Гильза мчался по переходу, неуклюже лавируя между прохожими. Оглянулся – преследователи с силой расталкивали людей – и тут же налетел на молодого человека «модной» наружности. С того разом слетели темные очки и огромные наушники, а Гильза вмиг запутался в длинном проводе, умудрившись выдернуть из глубины чужих карманов какое-то устройство.

– Ты, смотри, куда прешь! – заорал молодой человек, отчаянно вцепившись в шнур от наушников. Устройство полетело в стену и с треском разлетелось на множество деталей. Молодой человек взвыл и разразился проклятьями.

Гильза метался, как попавший в силок кролик, таща за собою на проводе злосчастного меломана. Все-таки выпутался и бросился по лестнице вверх – к свету и спасению. Он отчетливо слышал, как громко топают и тяжело дышат за спиной, и совершенно не представлял, куда бежать. Его просто гнал древний, как само человечество, инстинкт самосохранения. А потому он и сам не понял, как успел прошмыгнуть в уже закрывающиеся двери троллейбуса. Машина дернулась с места, оставив позади перекошенные, пунцовые от бега лица преследователей.

Ничего не соображая, Гильза долго бился с полированной трубой турникета, пока не сообразил, что нужно заплатить за проезд. Наконец присев на край сиденья, он смог отдышаться – и подумать. Но ничего толкового на ум не приходило. Единственное, что было понятно, – его пакет нужен кому-то еще. И эти «кто-то» готовы силой забрать то, что ему поручено доставить в офис «Линии».

Гильза плохо представлял себе, что может находиться в заветном пакете, но вдруг с ясностью осознал: он должен доставить это по назначению любой ценой. То была не просто красивая фраза. Впервые за всю свою короткую жизнь «после пули» юноша понял, что может сделать что-то действительно важное.

Нет, нельзя сказать, что он был не доволен своей работой. Конечно, быть на побегушках – не самое интересное занятие, но и Гильза понимал: ему с его пулей нечего больше ловить в жизни. По крайней мере, пока не вернется память. Да и, сказать по правде, не очень-то хотелось большего. И без того он работает в очень серьезной организации, к нему хорошо относятся, хоть иногда и подшучивают.

Но сейчас вдруг стало ясно: он должен, просто обязан доказать, что Хорос не зря за него поручился.

Краем глаза он заметил, что на него странно косятся, и понял, что сидит, как дурачок, на краешке сиденья и улыбается во всю ширь, уставившись прямо перед собой. Поерзал, устраиваясь поудобнее, обхватил сумку руками и отвернулся к окну.

Через пару остановок следовало бы выйти и пересесть на метро. А там – как можно скорее, в офис. Лучше всего было бы позвонить на ВДНХ по мобильному телефону, рассказать о случившемся. Опытные сотрудники наверняка дали бы ему совет или даже примчались на помощь. Беда в том, что курьеру не положено иметь мобильник. Да и звонить в офис можно не всякому. Вообще связь была ахиллесовой пятой «Линии»: то ли из соображений секретности, то ли по еще более глубоким причинам.

Ведь известно, что сотовая связь – это побочный продукт жизнедеятельности колонии эфирных сущностей из далекого-далекого мира. Они разрастаются вместе с расширением зон действия сети, как гигантская, невидимая грибница, обильно питаясь информацией телефонных разговоров и стремясь захватить как можно большую территорию. «Грибница» эта также выделяет ядовитую субстанцию, оказывающую наркотическое действие на носителей сотовых телефонов, что заставляет их говорить все больше и больше и пользоваться новыми услугами. Иными словами, насыщать трафик, откармливая «сотовых тварей».

Говорят, все хозяева операторов сотовых сетей – богатые иномиряне, привезшие этих сущностей на благодатные равнины Земли и ловко торгующие их личинками под видом «sim-карточек».

Природа «сотовых тварей» была до конца не изучена, и оттого в «Линии» не принято без особой нужды пользоваться мобильниками – во избежание «эфирных спор» и опасных зависимостей. Под видом мобильников сотрудники «Линии» зачастую скрывали совсем другие приборы. Пользоваться же предпочитали спецсвязью.

… Последнюю мысль он додумывал уже в воздухе. Даже не успел удивиться, когда услышал грохот, звон бьющегося стекла и ощутил удар. Он очень удачно вылетел в проход, совершенно не пострадав.

Гильза поднялся на ноги и ошеломленно огляделся. Вокруг отчаянно кричали, стонали, звали на помощь. Картина предстала впечатляющая: полсалона теперь занимала помятая кабина «урала» песочного цвета.