Ночь длинных ножей - Виктор Кузнецов

11 мая 1933 г. Геринг назначил Далюге начальником прусской полиции, а Далюге, в свою очередь, помог Герингу превратить политическую полицию Пруссии в личный инструмент власти. Однако это пришлось не по вкусу рейхсфюреру СС Гиммлеру, который хотел контролировать всю имперскую полицию и был убежден, что Гитлер, в конце концов, согласится с его планом прекратить постоянные стычки между конкурирующими органами полиции как на региональном, так и на имперском уровне.

Гиммлер попытался вразумить Далюге. Однако последний упирался, поскольку отныне стал фактически независим от рейхсфюрера. В результате ловких манипуляций своих сотрудников и влекомый собственным тщеславием, Далюге попытался использовать связи с Гитлером, Герингом и другими лицами для того, чтобы самому возглавить имперскую полицию. В марте 1933 г. он даже отказался принять приехавшего к нему из Мюнхена в качестве посланника Гейдриха — «правую руку Гиммлера». Гиммлер решил сместить Далюге с поста руководителя берлинских СС, чтобы заполучить находящиеся у них документы. Далюге ответил возмущенным письмом, в котором отметил, что пользуется особым расположением Гитлера[60].

Однако в декабре 1933 г. Далюге стал замечать куда дует ветер. Министр внутренних дел Вильгельм Фрик тоже стремился заполучить контроль над всей имперской полицией, и постоянная борьба за власть создала в полицейских управлениях невыносимую атмосферу интриг. Положение усложнялось тем, что Эрнст Рем, начальник штаба СА, и его многочисленная организация становились непокорны и предъявляли к Гитлеру свои требования. Основываясь на опыте отношений со Стиннесом, Далюге, должно быть, догадывался, что Гитлер использует гиммлеровские части СС для того, чтобы устранить опасность, исходившую от СА. Он начал заигрывать с Гиммлером, причем в начале 1934 г. помог перевезти штаб-квартиру СС из Мюнхена в Берлин и снабдил рейхсфюрера СС материалом, который тот собирал против Геринга.

В апреле 1934 г. Геринг передал прусскую тайную государственную полицию в руки Гиммлера и Гейдриха, которые создали единую политическую полицию для всего рейха — гестапо. Несколько недель спустя Далюге, с согласия Гиммлера и Фрика, стал шефом остальной полиции Германии. Несмотря на это сближение с Гиммлером, Далюге не был посвящен в планы, направленные против СА, которые разрабатывали Геринг, Гиммлер и Гейдрих. Возможно, они не хотели, чтобы успех предприятия был приписан и ему; возможно, также, они опасались, что он станет просить Гитлера пощадить его старых товарищей-штурмовиков. 30 июня 1934 г. Далюге растерялся и возмутился тем, что Геринг через его голову распоряжался частью подчиненных ему полицейских отрядов. Впоследствии, когда он узнал о масштабах кровавой бани, то подумал, что хотели покончить и с ним. Находясь под этим впечатлением, он обратился к тайным организаторам «путча Рема». Узнав, к своему облегчению, что его жизни ничто не угрожает, Далюге решил, что его прежние друзья действительно затеяли опасный заговор против Гитлера. Оробевший было Далюге снова воспрял духом, когда Гитлер, в обход Гиммлера, присвоил ему чин обергруппенфюрера СС. Он заключил союз с Фриком, который все еще надеялся убедить Гитлера назначить Далюге шефом всей немецкой полиции, включая гестапо, которому поручается и контроль над рейхсминистром внутренних дел.

Далюге представил этот план Гитлеру в феврале 1936 г. Но, поскольку 17 июня 1936 г. была создана единая немецкая полиция, фюрер назначил ее шефом Генриха Гиммлера. Однако фюрер настоял на том, чтобы Далюге был номинальным заместителем Гиммлера и руководителем одного из двух вновь созданных управлений полиции, а именно, полиции порядка (орпо). Таким образом, отныне под его началом находились все полицейские части в форме, а также все пожарные части Германии. Однако Далюге пришлось уступить криминальную полицию Гейдриху, поскольку его полиция безопасности (зипо) включала криминальную полицию и гестапо. Тем самым Гейдрих получил большую власть, чем Далюге, хотя последний был выше чином. Этот относительный успех Далюге поразил многих. В марте 1936 г. его поразил инфаркт, вызванный врожденным сифилисом. В кругах СС ходили слухи, что бездетный Далюге в 1937 г. был объявлен врачами бесплодным, с тем, чтобы его жена могла взять приемного сына. После этого Кете Далюге смогла произвести на свет троих собственных детей, после чего разговоры о его импотенции стихли. Однако гипотеза, что болезнь подействовала на его душевное здоровье, существовала долгое время.

Желая доказать, что он вполне трудоспособен, Далюге работал изо всех сил над организацией и модернизацией орпо. Благодаря его хорошим отношениям с Гитлером, Гиммлер поручил ему во время ежегодного финансирования выбивать деньги не только для орпо, но и для зипо. Далюге принимал участие в перевооружении Германии. Начиная с 1933 г. он создал воинские части, замаскированные под региональных полицейских, которые в 1935 г. влились в состав вермахта. Теперь он располагал батальонами орпо, которые ничем не отличались от вермахта.

Перед аннексией Австрии, Судетской области и «остальной Чехии», а также перед нападением на Польшу и Россию Далюге разработал точные планы, в рамках которых частям орпо предписывалась определенная роль. Подразделения орпо выполняли полицейские задачи, охраняли пленных, захваченное добро и «усмиряли» гражданское население, причем подавляли сопротивление с помощью «вспомогательной полиции», которая набиралась из местных национальных меньшинств, недовольных прежней властью, вооружалась, а затем распускалась или систематически использовалась для того, чтобы ликвидировать евреев и других неугодных штатских. Части орпо в Восточной Европе пользовались дурной славой. Уже в феврале 1940 г. командование немецких войск потребовало вывести из Польши все соединения орпо и заменить их другими частями. На территории рейха орпо выполняли такие задачи, как охрана угнанных на принудительные работы рабочих и военнопленных, обслуживание зенитных батарей и расчистка развалин после бомбардировок. В феврале 1943 г. части орпо насчитывали почти 3 млн. человек.

Подразделения орпо принимали активное участие в уничтожении евреев. Перед войной Далюге как убежденный антисемит выступал за неукоснительное применение нюрнбергских законов. Он участвовал в планировании и разработке погромов во время «Хрустальной ночи», а также в последовавшем разграблении имущества немецких евреев. В октябре 1941 г. он подписал первый приказ о депортации немецких евреев в Польшу. С этого момента орпо занялись геноцидом, в Германии и оккупированной Европе сгоняя евреев с их насиженных мест. Начиная с 1941 г. батальоны орпо систематически расстреливали сотни тысяч евреев и других «нежелательных лиц»[61].

27 мая 1942 г. в Праге было произведено покушение на Гейдриха, который был не только шефом зипо, но и заместителем рейхспротектора Богемии и Моравии. Далюге и Гейдрих успели договориться, что если с одним из них что-то случится, то второй сохранит его пост в руках СС (Гейдрих, который был моложе и во всех отношениях более подходящим, рассчитывал первым воспользоваться этой договоренностью). Далюге полетел в Прагу, и Гитлер назначил его временно исполняющим обязанности рейхспротектора. Таким образом, он стал могущественнейшим лицом в Богемии и Моравии, поскольку номинальный рейхспротектор, барон Константин фон Нейрат впал в немилость и был отправлен в отпуск. К досаде Карла Германа Франка, заместителя Гейдриха в рейхспротекторате, который рассчитывал стать его преемником, после того, как в начале июня Гейдрих умер от ран, Далюге был назначен его постоянным преемником.

Роль Далюге в расследовании покушения на Гейдриха и сопутствующих репрессалиях не вполне ясна. Как следует из частной переписки Далюге, он разделял (справедливое) предположение гестаповского служащего Гейнца Паннвица, что террористы были подосланы чешским правительством в изгнании, однако (ошибочно) полагал, что они опирались на поддержку местного населения. Поскольку он опасался восстания, то использовал многочисленные отряды орпо и войск для гигантской операции по обыску домов и дал себя убедить Франку (который, очевидно, пошел навстречу Гитлеру, желавшему использовать Далюге как прикрытие), настоявшему на принятии драконовских мер, например, казнить всякого, «кто одобрял покушение». Это нисколько не облегчило поиск террористов.

Дело дошло до массовых арестов и казней согласно определенной системе. Две деревни, жителей которых заподозрили в предоставлении крова диверсантам, были сравнены с землей. Их мужское население было расстреляно на месте, женщины отправлены в концлагерь, а часть детей последовала за матерями, другая часть была передана для усыновления в семьи эсэсовцев. Паннвиц утверждает, что Лидице, самая большая из двух деревень (около 400 жителей), была выбрана Карлом Беме, начальником «зипо» в рейхспротекторате, после чего Гитлер дал указание Франку, чтобы тот провел операцию по ликвидации Лидице[62]. О каждом случае расправ Далюге узнавал лишь после проведения акции, однако именно он подписывал все последующие приказы и распоряжения.