Повелительница Рун - Торнстен Финк

внешним миром лишь тенью магической сети, и при всём его могуществе ему было подвластно лишь потянуть несколько нитей, осторожно направить некоторые призрачные фигуры в правильную сторону.

Помимо разных пустых докладов, на которые тратил понапрасну его время мастер Ортоль, он кое-что рассказал о Хорнтале, ведьме Рагне и её спутнике. По тону мастера ведьм повелитель понял, что тот даже не представляет, насколько силён ночной альв. Ортоль не догадывался, что Рагне и даже мастеру рун будет отведена особая роль в этой истории.

Но узник и не думал посвящать в это мастера ведьм. Казалось, хелия в своей неторопливой манере преследует какую-то цель. Её тень с трудом можно было распознать и направить, и узник решил не повторять старых ошибок. Он будет действовать осмотрительно, заботиться о том, чтобы тут и там фигурам приходили ночные озарения, время от времени разбрасывать знаки. Ему было на руку, что Рагне фон Биал поступала так же осторожно, как и он. Везение, но не единственная причина, почему именно этой колдунье он дал в помощники альва.

Тем не менее риск оставался. Узник и повелитель всех ведьм знал, что одно неверное слово, один поспешный шаг мог перечеркнуть все его планы. По этой причине он не объяснил Ортолю значения событий, о которых мастер ведьм сообщал с таким скучным видом. Однако главная причина была в том, что и сам узник ещё не знал, почему хелия сосредоточилась на Хорнтале. Было ясно, что она следовала какой-то цели и не готова была открыть ему то, что ею двигало.

Сквозь призрачную сеть её тени он разглядел лишь очертания повозки и силуэт странствующей девушки. Вероятно, они играют важную роль. Поэтому он пока затаится в тени и выяснит, почему выбор пал на них. И, выяснив это, сделает их такими же фигурами в своей большой игре.

Железная улица

Маберик из Хагедорна бросил взгляд на линии, которые вывел на пергаменте его ученик. Мастера знобило. В воздухе висели облачка пара от дыхания пасущихся лошадей. Маберик решил устроить день отдыха ещё и потому, что потерял след колдуньи. Повозка стояла за холмом, едва защищённая от холодного ветра, – её уже пора было ремонтировать. Но вместо этого он пытался растолковать Барену Сыну Ворона сущность рун.

Маленькой палочкой он указал на один из знаков.

– Он и вправду отдалённо напоминает руну скота, а вот этот рядом – день, просто не возьму в толк…

– Что именно, мастер? – уточнил Барен Сын Ворона.

– Как ты смог так твёрдо начертить руну в Хальмате, а сейчас с горем пополам царапаешь более простые священные руны, притом в совершенно искажённом виде.

– Везение, мастер?

– Невероятное везение, – пробурчал тот, – но, может быть, я жду слишком многого. Оставим руны и вернёмся к буквам, у тебя и с ними достаточно трудностей.

Он взял у ученика пергамент, положил перед ним новый лист и дал книгу.

– Я тебе уже объяснял. Ты запомнил?

– Старался, мастер.

– Видят боги, боюсь, тебе понадобится азбука! Перепиши-ка этот ряд, скажем, раз десять, может, тогда твоя рука обретёт твёрдость.

– Почему буквы так отличаются от рун, мастер?

– Ты всё-таки это заметил. Это потому, что буквы пришли к нам с востока, из империи. Руны же намного старше. Знаки, которые используют жрецы, созданы богами, но руны, которым я хочу научить тебя, происходят от драконов.

– Я думал, драконы только дышали огнём и пожирали людей, – пробормотал юноша. Он переписывал буквы, высунув от усердия язык в уголке рта.

Маберик считал Барена довольно смышлёным, хотя и не столь одарённым, как он надеялся. Но, к сожалению, Барен Сын Ворона был до ужаса невежественен.

– Это рассказал тебе жрец? – поинтересовался Маберик и, когда ученик кивнул, продолжил: – Меня это не удивляет. Таких, как он, всегда уязвляло, что драконы во многом превосходят богов. Ты же знаешь историю создания мира?

Барен с серьёзным видом кивнул:

– Боги убили ледяного дракона Иса и создали из него мир. Кости его превратились в горы, чешуя стала лесом и полями, а кровь застыла в морях и реках. Но его огненное дыхание сохранилось в извергающих пламя вершинах Серных гор.

– Так говорят жрецы, но мудрецы знают больше. Некогда жил Ис, создавший для себя и своих детей первый мир. Но драконы никогда не были довольны тем, что сотворили. Они постоянно разрушали ледяной мир Исдаль своим огнём и творили его заново, невзирая на человека и зверя, прячущихся в пещерах молодого мира перед лицом вечного ужаса. Боги решили покончить с хаосом. Они убили Иса и прогнали его детей, драконов и их союзников, великанов и альвов, в Удрагис – слабое подобие ужасно прекрасного Исдаля. Говорят, Удрагис всё ещё находится в постоянном рождении и разрушении. Из тела ледяного дракона боги создали Альдаль – многогранный мир, известный нам. Также они создали пропасть, разделяющую Альдаль и Удрагис, чтобы защитить людей от опасностей другого мира, но драконы были изобретательны. Они прорыли длинные переходы через всеохватывающее ничто, чтобы и дальше посещать человеческий мир.

– Пока король Грамгата не победил их и не прогнал.

– Драконья война, о которой ты говоришь, мой мальчик, произошла много веков спустя. Старые драконы обучали наших предков многим искусствам, но альвы, ночные создания, снедаемые завистью к миру людей, следовали за драконами и портили их работу. Там, где драконы приносили огонь в очаги, альвы учиняли пожар; там, где драконы давали людям плуг и серп, альвы учили ковать мечи и копья. Поэтому драконы восстали против своих прежних союзников и прогнали альвов из их царства.

– В Грисдаль, страну мёртвых, верно?

– Ах ты, боже мой, нет! Драконы не хотели вредить нашим досточтимым предкам. Они прогнали их в Мальгурис – суровый, тёмный мир. С тех пор альвы преисполнились ещё большей ненавистью, но, к счастью, они редко попадают в Идраль, как мы называем мир людей внутри Альдаля. Надеюсь, хотя бы это ты знал.

– Как всё запутанно, – в задумчивости пробормотал Барен.

– Не сложнее написания букв, которые ты должен разучить, пока я проверяю колёса.

– Дело же в ступице?

– Что?

– Ступицу нужно заново смазать, чтобы колёса лучше крутились, особенно заднее слева.

– Слева?

– Да, правое хоть и скрипит сильнее, но левое туже двигается. Думаю, колпак колеса там прохудился.

– Прохудился, возможно, – пробормотал мастер рун, судорожно пытаясь вспомнить, что значит «колпак колеса».

– Позвольте я смажу и проверю колпаки? Могу заодно проверить и оси. Вчера дорога была скверной, может, в повозке что-то повредилось.

– Оси?

– Я могу быстро забраться под повозку и проверить, мастер. – В ответ