След менестреля - Андрей Астахов

дурака держат? – Джарли посмотрел на меня с изумлением. – Сначала объявляют фантастическую награду за твою голову, ищут тебя по всему Элодриану, а потом, не пойми с какого перепугу, объявляют тебе liberum propiteaberis и дают это кольцо. На что Валленхорст рассчитывает? Что нормальный человек поверит в его искренность и не заподозрит подвоха?

- Я не верю ему, если честно. Но не только во мне дело. Валленхорст заинтересован в том, чтобы ты продолжил войну с Вальгардом. Более того он желает союза против Вальгарда между Роэн-Блайном и саратханскими ши. – Я принял у герцога кубок с вином. – Интересно, правда?

- То есть, старый живодер знает, что я не погиб при штурме Роэн-Блайн и продолжаю войну? И хочет, чтобы земля в Брутхайме загорелась под ногами вальгардцев? Тебе это не кажется странным, Кириэль?

- Кажется. Но Валленхорст сказал, что желает поражения своему королю. И он не только о тебе вспомнил. Один человек сказал мне, что курьер Валленхорста приезжал к барону Бришу с письмом, предлагающим союз.

- И Бриш согласился?

- Бриш был недавно убит в пограничной стычке.

- А человек, о котором ты сказал?

- Его зовут Ромбранд Люстерхоф, он бывший орденский ловчий. Он был тяжело ранен и сейчас поправляет здоровье на заимке у Медвежьего ручья в окружении своих людей.

- Я знаю о них. Мои разведчики докладывали, что видели близ Айи какую-то вооруженную ганзу. Я еще думал, не отправить ли их всех в ад.

- Люстерхоф ненавидит Звездный Орден. Дознаватели Ордена казнили в Норте женщину, которую он любил.

- Это он сам тебе рассказал? – Джарли посмотрел на меня с интересом. – Иногда ты восхищаешь меня своей поистине детской наивностью, Кириэль.

- Однажды Люстерхоф спас мне жизнь.

- И поэтому я должен взять его в свое окружение, ты это предлагаешь? Он вальгардец, а я брутхаймец. Между нами не может быть мира. Я никогда не буду сражаться рядом с человеком из этого племени палачей и захватчиков, на совести которых смерть моего отца. Если ему так хочется, пусть ведет свою войну с бывшими подельниками. Без меня.

- Я понял тебя. Однако Люстерхоф сообщил мне кое-что важное. Подтверждающее ту информацию, которую я уже получил от Валленхорста. В Звездном Ордене произошел раскол. Собственно, вот причина, почему Валленхорст впал в немилость к Готлиху и лишился – или почти лишился – своей власти и жезла гроссмейстера. Власть в Ордене по факту захватили маги, и это Валленхорсту очень не по душе. Он приверженец старых рыцарских способов ведения войны и боится этих магов. Мол, Орден всю свою историю боролся с магией, а теперь сам сделал ее оружием. Как у нас говорят: «За что боролись, на то и напоролись».

- Да пусть они там от чумы сдохнут и друг друга сожрут – почему нас это должно волновать? Наоборот, любая грызня между нашими врагами нам только на руку.

- Разумеется, - я позволил Джарли налить мне еще вина. – Но давай попробуем увидеть перспективу. Чем закончился первый этап Нашествия? Вальгардцы захватили большую часть Элодриана, установили на ней свои порядки, обратили крейонов и прочих в рабов и стали жить-поживать за счет покоренного населения. Население при этом платило подати, Звездный Орден следил за тем, чтобы не было никакой магии, пугал новоиспеченных рабов своими оборотнями, и такой власти ему было достаточно. Богу богово, кесарю кесарево. Но теперь все меняется. Основа армии Вальгарда уже не рыцари, а нанятые за золото наемники и разный сброд, который лютует так, как высоким лордам и не снилось. Лорды сгоняют крестьян с пахотных земель и превращают их в пастбища – я сам видел людей, лишившихся всего по прихоти своих господ. Прежняя модель грабежа больше не работает, Джарли. Вальгардцам нужны деньги, а не рабочие руки. Король Готлих собирается захватить Сартахан и покончить с непокорными ши, а что будет дальше? Боюсь, это будет война не на порабощение, как раньше, а на полное уничтожение. – Я едва не добавил «как в моем мире». – И вместо гроссмейстера Валленхорста, жестокого, фанатичного и властного, но все же придерживающегося каких-то понятий о рыцарской чести и благородстве, Орден возглавят маги вроде Лёца, для которых не существует ничего святого. Я знаю, чем это закончится – уничтожением ши, как расы. Этого нельзя допустить.

- Я герцог Роэн-Блайн, Кириэль. И меня заботят мои земли. Я хочу только одного – вышвырнуть отсюда вальгардский сброд и сесть на трон моего отца в Герцогском зале Роэн-Блайн как суверенный повелитель своих земель и своего народа. Знаешь, когда я слушаю тебя, у меня возникает ощущение, что ты продался вальгардцам.

- Понимаю. Но даже если ты победишь в этой войне, вальгардцы вернутся. Дух разрушения рано или поздно возьмет свое.

- О каком духе разрушения ты говоришь?

- Чтобы остановить гибель Элодриана, нужно найти одного человека. Именно это я пытаюсь сделать. Он невольный виновник происходящего. Сейчас этот человек, если верить Валленхорсту, находится в замке Вальфенхейм.

- И кто же он?

- Его зовут Вильям де Клерк. Я ищу его с самого первого дня своих странствий.

- Ты предлагаешь мне напасть на Вальфенхейм и освободить этого человека?

- Нет. Я вопреки всему думаю, не воспользоваться ли мне любезным приглашением Валленхорста. – Я поставил кубок на стол. – Ты сейчас скажешь, что я сумасшедший идиот. Однако давай попробуем подумать: по словам Валленхорста в замке стоит подконтрольная ему Золотая хоругвь, и нет магов. Он дал мне гарантии неприкосновенности, и как благородный рыцарь, не станет их нарушать. Во-вторых, Валленхорст, по его словам, в тяжелом положении, он впал в немилость к Готлиху и вот-вот лишится своего положения, а может, и головы. И он ищет союзников. Много ли потенциальных союзников захочет иметь дело с клятвопреступником, заманившим в ловушку Кириэля Сергиуса?

- Все это хорошо, мой друг, но ты забыл главное: Орден охотится за тобой. Тынанес им самый болезненный и жестокий удар, убил Вечного, а такого вальгардцы не простят никому. И они расправятся с тобой любой ценой, а уж потом будут думать, кто и что по этому поводу скажет. Ха! Я бы поступил именно так.

- Словом, ты не советуешь мне отправляться в Вальфенхейм?

- Я твой друг и потому говорю «Нет, не советую».

- Тогда один вопрос: а что собираешься делать ты?

- Как что?