Горячий Ключ - Валентина Мельникова

Рыжков проводил женщин взглядом и повернулся к Артему:

— Как быстро человек привыкает к любой ситуации. А женщины везде остаются женщинами.

Нам просто повезло, что среди пассажиров не оказалось ни одной грымзы. — Он улыбнулся. — И профессор меня удивил. Боже мой, арбалеты в наше время!

— Аркадий Степанович, — Артем кивнул в сторону пещеры, — займите, пожалуйста, место Павла. Я сейчас спущусь к реке, посмотрю, как там Дима, а вы поглядывайте внимательно, в случае опасности я дам вам знать. Тогда сразу же предупреждайте остальных и отходите в тайгу. Вы стреляли когда-нибудь из автомата?

Зоолог пожал плечами:

— Пришлось. Лет этак тридцать назад.

— Ну тогда сообразите, что к чему. Но без нужды стрельбу не открывать.

— Слушаюсь, товарищ командир, — вскинул ладонь к виску Рыжков. — Разрешите заступить на пост?

— Заступайте. — Артем помахал рукой и, прихватив второй автомат, направился к реке.

Незванов был просто счастлив.

— За два с половиной часа они не положили ни одной доски! Бегают от штабеля к грузовику и обратно, как крысы, и все.

Артем, устроившись рядом с ним в камнях, рассказал обо всем, что произошло на военном совете.

— Арбалет? — изумился Незванов. — Это ж какая-то средневековая дикость!

— Поначалу я тоже думал, что у профессора поехала крыша, но он уверяет, что идея вполне осуществима.

— Юрий Федорович — прекрасный человек, но он думает о сиюминутных проблемах. А нужно смотреть вперед. Предположим, мы задержим этих скотов и не дадим им восстановить мост, а дальше? Будем сидеть и ждать помощи? А вы уверены, что она придет вовремя, до того, как нас всех перестреляют, как кроликов?

— Ты прав, нужно смотреть вперед. Пока же мы у них на крючке.

— В том-то и дело. В принципе мы можем отсидеться здесь некоторое время, но нельзя забывать о тех, кто сейчас находится в яме. Условия у них, прямо скажем, с жизнью мало совместимые.

— Мы сделали все, что могли. Спустили им лапник, одеяла, тюфяки, дрова. Теперь они могут разжечь костер. Даже кое-какой одеждой поделились.

Но там постоянная сырость, от которой и костер не спасает.

— А что с охранниками? Оклемались?

— Оклемались. Евгений приковал их наручниками к тому пруту, за который они Сергея цепляли.

— Вот тебе еще два иждивенца, — вздохнул Дмитрий, — правда, у нас достаточно продуктов, недели на две должно хватить. Жаль, конечно, что нет хлеба, но это не смертельно. — Он глянул в сторону моста, удостоверился, что там по-прежнему спокойно, и неожиданно попросил:

— Дайте-ка мне вашу карту, Артем Егорович.

Артем вынул из кармана карту, и они разложили ее на камне. Журналист вгляделся в изгибы реки, черные линии горизонталей и покачал головой:

— Эти река и ущелье — ловушка для нас.

— В то же время они — наша защита, — возразил Артем, — не будь этого препятствия, нам бы давно уже перерезали горло.

— А что им мешает подняться вверх по течению до другого моста и перерезать нам горло несколько позже? Где гарантия, что он разрушен паводком?

— Гарантии никакой нет, — согласился Артем, — но до моста пилить добрых полсотни километров, и, учти, пешком. Грузовик там не пройдет. Это минимум четыре дня. Заметь, к тому же у них не так уж много людей. Они просто побоятся разделиться. Они ведь не знают, сколько у нас человек и как мы вооружены. На мой взгляд, они ничего не предпримут, пока надеются починить мост.

Палец журналиста переместился по карте к западу.

— Остается идти через горы. По реке до староверов километров сто, а напрямую через хребет — не больше пятидесяти.

Артем обернулся и посмотрел на каменную стену, на вершинах которой до сих пор лежал снег. Он растает к июлю, а сейчас всего лишь конец мая…

— В принципе мы с Шевцовым уже обсуждали этот вопрос. И Евгений предложил отправить Павла, как местного жителя, и Агнессу.

— Только не Агнессу. Кто-то более сильный и выносливый должен пойти через горы и привести сюда помощь. Агнесса просто не выдержит темпа.

Все-таки она женщина, и, извините, не первой молодости. — Он ткнул пальцем в карту. — Смотрите, здесь есть перевал, всего две сто над уровнем моря. Я ходил через перевалы в три тысячи метров и выше.

— Где именно?

— На Памире, в Гималаях…

— Ты был в Гималаях? — удивленно и недоверчиво спросил Артем.

— Да, участвовал в двух восхождениях на Эверест, правда, на вершине не побывал. Первый раз отморозил руку еще в промежуточном лагере, а во второй раз пришлось заниматься спасработами.

Группа японцев попала в лавину.

— Ну ты даешь! — изумился Артем. — А что ж молчал до сих пор?

Дмитрий пожал плечами:

— До сих пор это было не важно.

— Ты пойдешь один?

— Нет, я все продумал, пока лежал здесь. Вторым я возьму Павла, как предлагает Шевцов.

— Все-таки Павла? — Артему показалось, что он ослышался. — Этого великовозрастного балбеса?

— Вы зря считаете его балбесом, — возразил Незванов, — он парень неглупый и сообразительный, к тому же служил в Таджикистане, ходить по горам умеет.

— В Таджикистане? — Артем был на грани шока.

За два года совместных полетов он, оказывается, так ничего и не узнал о своем втором пилоте, считая его безответственным пижоном и раздолбаем. — А может, все-таки вам лучше пойти с Шевцовым? Мне кажется, он и выносливее, и ответственнее.

— Шевцов? — усмехнулся Незванов. — А вы знаете, кто такой Шевцов?

— Естественно, — ответил Артем, — он сказал, что много лет служил государству, потом — МЧС.

— А не хотите ли вы знать, что у него звание генерал-майора? Он — Герой России и в недавнем прошлом один из высших офицеров погранвойск, но сейчас действительно уже несколько лет работает в МЧС.

— О, черт! — опешил Артем. — Откуда ты это знаешь?

— Я ведь журналист все-таки, — улыбнулся Дмитрий, — и не парашют у него не раскрылся, а просто их вертолет грохнулся в горах Таджикистана, когда они летели из Душанбе на погранзаставу. Он один из немногих, кто остался в живых.

— О, черт! — вторично выругался Таранцев. — А я-то пыжусь, изображаю из себя начальника гарнизона…

— Ничего, у вас это неплохо получается. — Дмитрий опять посмотрел на мост. — Скоро у вас будет хлопот полон рот.

А Артем никак не мог прийти в себя от услышанного. Покачивал головой и, удивленно хмыкая, соображал, каких еще сюрпризов ему ожидать от людей, за жизнь которых по воле судьбы он должен теперь отвечать Внезапно к рокоту реки добавился какой-то новый звук. Дмитрий тут же перевернулся на живот и с пристальным вниманием принялся наблюдать за происходящим на противоположном берегу, потом в недоумении сказал: