Я буду просто наблюдать за тобой - Мэри Кларк

— Мама, давай договоримся. Когда будем возвращаться, я завезу тебя в гостиницу. Ты займешься делами, а я отправлюсь искать ответы. Обещай мне, что ты не будешь рассказывать ничего из того, что я узнала вчера от Сайруса Грэхема. Помни, это всего лишь его предположение, что женщина и девочка, с которыми он видел отца десять лет назад, были его женой и дочерью. Отец не сказал ему ничего определенного, когда представлял их, кроме того, что звали их Фрэнсис и Анни. Но, пока мы не проверили это сами, давай не будем снабжать прокурора еще одним основанием для того, чтобы запятнать репутацию отца.

Меган и Кэтрин были незамедлительно препровождены в кабинет Джона Дуайера. Он ждал их вместе со следователями Бобом Марроном и Арлин Вайсе. Меган села на стул рядом с матерью и накрыла ее руки своей ладонью, словно защищая их.

Вскоре стало ясно, что от них хотят. Все трое, прокурор и следователи, были убеждены в том, что Эдвин Коллинз жив и вот-вот выйдет на прямой контакт с женой и дочерью.

— Телефонный звонок, цветы, теперь его машина, — констатировал Дуайер. — Миссис Коллинз, вам было известно, что ваш муж имел разрешение на ношение оружия?

— Да, было. Он получил его примерно лет десять назад.

— Где он держал свой пистолет?

— Под замком в офисе или дома.

— Когда вы видели его последний раз?

— Я не видела его уже несколько лет. Меган не вытерпела и вмешалась:

— Почему вы спрашиваете про пистолет отца? Он что, найден в его машине?

— Да, найден, — тихо сказал Дуайер.

— В этом нет ничего необычного, — быстро проговорила Кэтрин. — Он и был нужен ему для поездок в автомобиле. С ним произошел ужасный случай в Бриджуотере десять лет назад, когда на него напали во время остановки перед светофором.

Дуайер повернулся к Меган.

— Вы целый день находились в Филадельфии, мисс Коллинз. Возможно, что вашему отцу известны ваши передвижения. И, зная, что вы выехали из Коннектикута, он мог предположить, что вы будете находиться в своей квартире. У меня к вам настоятельная просьба. Если мистер Коллинз все-таки свяжется с кем-нибудь из вас, вы должны убедить его прийти сюда и поговорить с нами. В конечном итоге это будет самым лучшим выходом для него.

— Мой муж не свяжется с нами, — твердо заявила Кэтрин. — Мистер Дуайер, разве никто не пытался покинуть свою машину в тот вечер на мосту?

— Полагаю, что пытались.

— А разве не была сбита и чуть не сброшена с моста женщина, которая выскочила перед этим из своей машины?

— Да, был такой факт.

— Тогда задумайтесь вот над чем. Мой муж тоже мог покинуть свою машину и попасть в мясорубку, а на его машине мог уехать кто-то другой.

Меган видела, как на лице помощника прокурора появилось раздражение, смешанное с жалостью. Кэтрин тоже увидела это и встала, чтобы уйти.

— Сколько времени обычно требуется миссис Блэк, чтобы получить сигнал о пропавшем человеке? — спросила она.

Дуайер переглянулся со своими следователями.

— Она его уже получила, — проговорил он без особого желания. — Она полагает, что муж ваш давно мертв и что тело его лежит в воде.

Кэтрин закрыла глаза и зашаталась. Меган инстинктивно схватила ее за руки, опасаясь, что она потеряет сознание.

Кэтрин дрожала всем телом. Но, когда она открыла глаза, голос ее прозвучал твердо:

— Я никогда не подозревала, что такого рода известие может нести в себе успокоение, но здесь, слушая вас, я действительно нахожу в нем успокоение.

После истеричного интервью Стефани Петровик в средствах массовой информации преобладало мнение о том, что ее шансы на получение наследства своей тетки близки к нулю. Брошенное ею в адрес клиники Маннинга обвинение в возможном убийстве ее тетки было отметено как необоснованное. Клиника принадлежала группе частных инвеститоров и возглавлялась доктором Маннингом, репутация у всех была безупречной. Доктор по-прежнему отказывался от встреч с прессой, но и без этого было ясно, что лично для себя он не извлекал совершенно никакой выгоды из того, что Элен Петровик завещала на исследования в области эмбриологии, проводимые в клинике. Сразу же после своего скандального интервью Стефани была приглашена в кабинет одного из старших сотрудников клиники, который не стал комментировать состоявшийся разговор.

Адвокат Элен, Чарлз Поттерз, был вне себя от ярости, когда прочел об этом эпизоде. В пятницу утром, перед панихидой, он заехал в дом убитой и с плохо скрываемым негодованием высказал все свои претензии Стефани.

— Что бы там ни обнаружилось в ее прошлом, ваша тетя была предана своей работе в клинике. И ваше поведение привело бы ее в ужас. — Увидев отчаяние на лице молодой женщины, он смягчился. — Я знаю, что вам нелегко. После панихиды у вас будет возможность отдохнуть. Думаю, что кто-нибудь из подруг Элен побудет с вами.

— Я отослала их назад, — заметила Стефани. — Я почти незнакома с ними, и мне лучше, когда я одна.

После того как адвокат ушел, она подложила подушки и легла на диван. Все тело было таким измученным, что устроиться удобно было невозможно. Поясница теперь болела постоянно. Одиночество становилось невыносимым. Но в то же время ей не хотелось, чтобы вокруг были эти старухи, наблюдающие за ней, осуждающие ее.

Хорошо еще, что Элен оставила конкретные указания о том, что после смерти ее тело без всяких поминок должно быть сразу отправлено в Румынию и похоронено в могиле мужа.

Она задремала и была разбужена телефонным звонком. "Кто это еще может быть? ", — мелькнуло в ее затуманенной голове. В трубке прозвучал приятный женский голос:

— Мисс Петровик? — Да.

— Я Меган Коллинз с третьего канала Пи-си-ди. Мне не пришлось присутствовать в клинике Маннинга, когда вы были там вчера, но я видела ваше заявление в одиннадцатичасовом выпуске новостей.

— Я не хочу говорить об этом. Адвокат моей тети очень недоволен мной.

— Мне бы хотелось, чтобы вы поговорили со мной. Возможно, я смогу помочь вам.

— Как вы можете помочь мне? Как вообще можно помочь мне?

— Помочь можно всегда. Я говорю с вами из автомобиля и направляюсь в церковь на панихиду. Давайте после этого пообедаем вместе.

«Голос у нее такой дружелюбный, — подумала Стефани, — а мне так нужна подруга».

— Я не хочу еще раз оказаться на телеэкранах.

— Я не прошу вас об этом. Я прошу поговорить со мной.

Стефани заколебалась. «Когда закончится служба, — думала она, — я не хочу оказаться с Поттерзом или с теми старухами из румынского общества. Все они сплетничают обо мне».

— Я пообедаю с вами, — согласилась она.

Высадив мать возле гостиницы, Меган понеслась в Трентон с такой скоростью, на какую только могла отважиться.

По дороге она еще раз воспользовалась радиотелефоном и сообщила Тому Уайкеру о том, что найдена машина ее отца.

— Известно ли кому-нибудь еще о том, что машина нашлась? — быстро спросил он.

— Пока нет. Они стараются не распространяться об этом. Но мы же знаем, что шила в мешке не утаишь. — Она пыталась придать своему голосу небрежное звучание. — Но, по крайней мере, третий канал получит преимущество в освещении всего этого.

— Дело превращается в крупную историю, Мег.

— Да, я знаю.

— Мы запустим сообщение об этом немедленно.

— Для этого я и звоню вам.

— Мег, мне жаль, что все так происходит.

— Не стоит. Всему этому есть какое-то простое объяснение.

— Когда у миссис Андерсон должен родиться ребенок?

— Ее кладут в больницу в понедельник. Она согласна, чтобы я в воскресенье побывала у нее в доме и сняла на пленку, как они с Джонатаном готовят комнату для новорожденного. У нее сохранились снимки Джонатана, сделанные сразу после его рождения, которые мы можем использовать. Когда родится ребенок, мы сможем сравнить их.

— Занимайся этим, по крайней мере, пока.

— Благодарю, Том, — сказала она, — и спасибо за поддержку.

В пятницу во второй половине дня Филлип Картер большую часть времени был занят тем, что отвечал на вопросы об Эдвине Коллинзе, с каждым разом становившиеся все более тенденциозными. Он постепенно терял терпение.

— Нет, у нас больше не было случая, когда бы поднимался вопрос о подлинности документов. Наша репутация была безупречной.

Арлин Вайсе спросила о машине:

— Когда она была обнаружена в Нью-Йорке, на спидометре у нее было двадцать семь тысяч миль, господин Картер. Как явствует из техпаспорта, последний раз она проходила обслуживание в октябре, чуть больше года назад. В то время пробег составлял двадцать одну тысячу миль. Сколько миль в среднем Коллинз накручивал на своей машине за месяц?

— Я бы сказал, что это полностью зависело от графика его работы. Мы пользуемся служебными автомобилями и меняем их каждые три года. Когда их обслуживать, мы определяли сами. Я к этому относился довольно скрупулезно, тогда как Эдвин был несколько небрежным в этих вопросах.