Люби меня вечно - Джоанна Линдсей

— Вот именно, к страшной скуке.

Он поднял взгляд к потолку.

— Смею ли я напомнить тебе, что это может также привести к полному согласию и, следовательно, к счастью?

— Нет, не смеешь!

— Ты единственная упрямица в нашей семье. Ты же прекрасно знаешь… что…

Начатая досадливым тоном фраза оборвалась: Девлин пристально смотрел в окно. Меган проследила за его взглядом и увидела, что Кимберли вернулась с ранней прогулки верхом в обществе нескольких солидных дам. Она сияла молодостью и жизнелюбием, особенно на фоне своих солидных спутниц. Этим утром она выглядела великолепно в новой амазонке из рубиново-красного бархата, которая прекрасно подчеркивала ее стройную фигуру.

Меган про себя улыбнулась. Прежде чем миссис Кэнтерби начала обшивать Кимберли, Меган предупредила ее, что все наряды надо будет сделать чуть-чуть тесноватыми, чтобы как можно выгоднее показать великолепную фигуру девушки. Кимберли так ничего и не заподозрила, наверное, решила, что немного поправилась.

Внимание Девлина привлек Говард Кэнстон, который вдруг возник у конюшни и жестом отослал грума, направившегося к Кимберли, чтобы помочь ей спешиться. По мнению Меган, это была старая уловка. Благодаря ей джентльмен, заинтересовавшийся какой-то леди, мог обнять ее за талию. И хотя большинство джентльменов отпускали даму в ту же секунду как ее ноги касались земли, некоторые не были столь порядочны.

Говард явно относился к последним: он держал Кимберли за талию все время, пока она что-то ему говорила и пока он ей отвечал, — гораздо дольше, чем допускали приличия. Это было нехорошо с его стороны — спутницы Кимберли, Абегайл и Хилари, были записными сплетницами. С другой стороны, он мог это делать вполне намеренно, чтобы его интерес к Кимберли стал известен всем.

Но внимание Девлина скорее всего привлекло не это. Он смотрел на шотландца, который при появлении Кимберли резко прервал разговор и стал пристально смотреть на нее. Он резко выпрямился, когда подле нее возник Говард, а стоило виконту протянуть руки, чтобы помочь Кимберли спешиться, как поза Лахлана стала откровенно агрессивной. А уж когда Говард не сразу ее отпустил, Лахлан двинулся к ним, не пытаясь даже скрыть своей ярости.

Видимо, Девлин подумал о том же, что и Меган, потому что сказал:

— О Господи, но он ведь не собирается… не станет…

Продолжать не было смысла, потому что Лахлан стал. Как только он оказался рядом с ни о чем не подозревавшей парой, его кулак опустился у правого глаза Говарда Кэнстона. Удар сбил беднягу виконта с ног. Теперь он лежал плашмя на земле и даже не делал попытки встать — возможно, потерял сознание.

Стоявший у окна Девлин зарычал. Меган поспешно ухватила его за лацкан сюртука, чтобы не дать выбежать из дома. Когда он резко повернулся, сюртук съехал с плеча.

Но он все-таки вернулся от двери и приподнял черную бровь, словно говоря: «Отпусти меня, или я уволоку тебя следом за собой».

Меган расправила мужу сюртук и рассудительно проговорила:

— Ну же, Девлин, нет смысла вмешиваться.

— Вот как? — рявкнул он. — Говард Кэнстон — мой гость!

— Ах, перестань! Ты только и искал повода выставить шотландца за дверь, а теперь решил, что наконец нашел. А на самом деле — нет. В этой ссоре участвуют два твоих гостя — даже три, если на то пошло, — и она касается только их. Никто из них не станет благодарить тебя, если ты вмешаешься. Кроме того, подбитый глаз нисколько виконту не повредит. Дамы начнут над ним ахать и охать, и он будет только доволен.

— Это к делу не относится…

— Может быть. А относится то, что один из мужчин нарушил приличия, а второй — не справился с ревностью. И хозяину дома тут не следует вмешиваться.

— Ага! Вот истинная причина, по которой ты не хочешь, чтобы я в это дело вмешался. Ты в восторге оттого, что решила, будто Макгрегор ревнует.

Меган торжествующе улыбнулась.

— Нечего тут решать. Это была великолепная сцена ревности, и ты это прекрасно понимаешь. Почему бы нам не продолжить наблюдение? Если они действительно попытаются друг друга убить, тогда у тебя будет основание вмешаться.

— А что если леди попытается убить одного из них? — сухо спросил Девлин.

— Что?!

Меган стремительно повернулась к окну и увидела, как зонтик, который висел у Кимберли на руке вместо хлыста, теперь погнулся от соприкосновения с головой Лахлана и был безнадежно испорчен. Голова скорее всего выдержала.

— Ах, это было нехорошо с ее стороны, — разочарованно проговорила Меган.

— Уверен, что он с тобой согласен, — отозвался Девлин, невольно рассмеявшись.

— Вовсе не смешно! Ей надо было восхититься и почувствовать себя польщенной.

— С чего это, если ей этот тип не нравится?

— Ах! Ты никогда не хочешь со мной согласиться, да?

— Конечно. У меня руки чешутся отлупить его хорошенько.

— Продолжай сдерживаться, ладно? После того как пара внизу обменялась несколькими гневными фразами, Лахлан возмущенно отошел, а Кимберли наклонилась, чтобы поахать и поохать над Говардом, — по крайней мере Меган так решила. Ужасно досадно, что они с Девлином оказались так далеко; ей смертельно хотелось узнать, что только что сказали внизу, но, видимо, придется подождать, пока Абегайл и Хилари не перескажут всю историю. А они не преминут это сделать, как только кого-нибудь встретят.

Глава 22

— По-моему, это та-ак романтично!

— Но я считала, что леди Кимберли и маркиз почти помолвлены!

— Видимо, нет, иначе…

— Ну, а я слышала…

— Просто варварство, по-моему…

— Шотландцы всегда…

— Ну а вот с этим я не могу согласиться. Двоюродный брат моего отца и сам из горной Шотландии. Они даже в гольф играют, знаете ли — признак высокой цивилизованности.

— Я имела в виду — сломать зонтик об его голову. Жаль, хороший зонтик.

— Ну я слышала, что…

— А по-моему, это довольно забавно.

— Ну ты-то, естественно, так считаешь, Абегайл. Ты ведь сломала о своего Элберта не меньше пяти, правильно?

— Только два, милочка.

— А я слышала, что он!!!

— Боже правый, Мэйбл, ну к чему так кричать? Что ты слышала?

Послышалось невнятное бормотание:

— Ну вот, теперь забыла.

Смешок.

— А вот я слышала из верного источника, что она уже три раза ему отказала.

— Кому? Маркизу?

— Нет, глупышка. Шотландцу.

— А как же насчет виконта? Прекрасный жених — и явно увлечен.

— Кэнстон? Он вечно увлекается, но что-то не женится, понимаешь?

— Ну-ну, Хилари, не надо ехидничать. Только потому, что виконт ухаживал за твоей племянницей несколько месяцев назад и из этого ничего не вышло…