Два часа до конца света. Том II - Виктор Маршанский

ты не сопротивляешься? — Спросил Исполнитель, когда Гетера оказалась зажатой в слоях бетона и стали.

Скованная со всех сторон ведьма пребывала в состоянии покоя. Давление оказываемое на неё тяжестью Комплекса было лишь немногим выше, чем давление воды на дне океана.

— Потому что я исчерпала все попытки тебя остановить. — Честно ответила Гетера. — Бегство не может длиться вечно, в силу малых размеров планеты. Жонглирование силами природы оказывает весьма непродолжительное воздействие, и оборачивается гибелью для окружающей среды. Прямое столкновение теперь невозможно из-за того состояния, в которое ты себя вогнал.

— Тебе следовало убить меня раньше. — Заметил колдун. — Сейчас я слишком силён, и будь уверена, я найду способ сломать твою броню. Твоя смерть от моих рук — лишь вопрос времени.

— Да, — ответила ведьма, в очередной раз окидывая внутренним взором километры, намертво впаянные в бетон. — Но у тебя уйдут на это сотни лет. К тому времени человечество успеет разобрать твой «Тартар» по камешкам.

— Человечество⁈ — Надменно грянул голос колдуна. — Не смеши меня. На что вообще способны эти смертные? Разве сравняться их поделки из пороха и железа с моим разумом, рвущим пространство в клочья? Я способен снять с каждого из них кожу одним движением мысли.

Одна из бровей Гетеры оказалась чуть выше другой.

— Докажи.

— Что?

— Сделай это. Продемонстрируй силу.

На минуту в пространстве повисла тишина, — то ли Исполнителя вновь настигла кратковременная кончина, то ли он просто не находил слов для ответа.

— После того, как я уничтожил почти весь твой народ, ты просишь меня убить ещё и этих людей? — С недоумением переспросил колдун. — Очевидно, от горя и безысходности, ты утратила рассудок.

Если бы вокруг Гетеры существовал воздух, Исполнитель обязательно услышал бы долгий вздох человека, уставшего объяснять простые истины раз за разом.

— Когда я вошла сюда, то нащупала с полсотни аномальных механизмов, сдерживающих твой потенциал. А сейчас, обрати, пожалуйста, внимание на это, — к поверхности твоей тюрьмы движется один из представителей моего народа.

Сдвинув своё тяжеловесное внимание на верхнюю часть Комплекса, Исполнитель увидел Эрион.

— Всего лишь? — Небрежно бросил он, отдав приказы Ординаторам о захвате. — Её схватят уже через пару часов.

— А ты не заметил более ничего странного?

Башня мыслей, составляющая ум колдуна вновь повернулась к Гетере.

— О чём речь?

— Там наверху люди уже выстроили целое здание и оцепили твой каземат множеством орудий.

— Пусть развлекаются. В конце их всех постигнет мучительная участь твоего народа.

* * *

11 сентября 2019, Комплекс «Рост», 04:00

Продираясь сквозь железные корни, прорастающих в слоях старого асфальта, тощее тело Эрион яростно стремилось к поверхности. Обширный пласт бетона и обезвоженной земли расступался под натиском автономной колонии, не в силах противостоять ударам сверхъестественной плети.

Мёртвая дочь сестры Полночь, чья форма была доведена до консистенции порошка усилиями ординатора Звягинцева, вновь обрела целостность спустя всего несколько недель. Обнаружив себя в состоянии пыли, сверхъестественный рой упрямо сливался воедино, пожирая тех тварей, что по трагической случайности оказались у него на пути. Чудовища, чьи камеры оказались открытыми в результате взрыва, выходили на свет, чтобы тут же стать едой для прожорливой колонии.

Когда тело Эрион вернулось к первоначальной форме, что-либо выяснить о состоянии её рассудка уже было невозможно. Если до встречи с Верой её и тянул запах матери, связанный с чёрной бессильной ненавистью, то теперь к этому примешалось глубокое отвращение к реальности, в которой она пребывала. Отвращение, навязанное тем легионом потусторонних существ, что она успела сожрать во тьме лабиринтов Комплекса. Впитав в себя вонь глубинных этажей «Роста», мраморно-серая кожа срослась единым полотном на скелете чертовки, и Эрион устремилась вверх. Прорубая себе путь тауматургическим кнутом, выкрикивая проклятья в адрес всего сущего, бестия выгрызала себе путь на свободу.

Ощутив себя в нескольких метрах от поверхности, кипящая чёрная кровь, наполняющая жилы дочери, вошла в реакцию, и несколько тонн земли, асфальта и ржавых железных корней взмыли ввысь.

Капитан Риггер, наблюдавший за ходом операции с крыши Участка, видел, как земля в обозначенном кольце разверзлась, открывая бездну. Несколько осколков асфальта долетели до парковки учреждения, зацепив автомобили. С замиранием сердца, Стефан отдал приказ об активации огнемётов.

Эрион, чьи лёгкие только-только успели наполниться свежим воздухом, в ту же секунду ощутила на себе воздействие монструозной установки. Пламя температурой в несколько тысяч градусов сжало тощее тело в смертоносное кольцо. Кожа дочери в мгновение ока обуглилась и стала отваливаться чёрными лоскутами со специфическим запахом. Стоящий на крыше Риггер услышал рёв гнева и боли, доносящийся с центра пылающего круга.

Попытка Эрион провести сеанс смещения привёл лишь к тому, что пылающий скелет, обвешанный остатками горящего мяса, был вышвырнут за пределы кольца на аллею в центре Комплекса.

— Команда Б, огонь! — Крикнул Стефан в рацию.

Марш и Оганян, наблюдавшие за ходом операции через экран огромного монитора в кабинете директора, напряжённо вглядывались в изображение с камер реального времени. На нём было отчётливо видно, как сверкающие во тьме глубокой ночи пули разрывают кости дочери, стремящейся покинуть пределы «Роста».

— Нельзя дать ей выйти за территорию! — Кричал в рацию вспотевший Владимир. — Над Комплексом расположен купол защиты, выйдя из-под которого она сможет…

— Да знаю, знаю! — Донеслось с частоты Риггера, после чего в эфир ворвались несколько непечатных слов на немецком.

— Жалкие свиньи! — Скрипучий голос Эрион огласил просторы Таумиэля. — Чтобы меня сжечь вам нужна температура солнечного ядра!

Не видя ничего вокруг, она бросилась наугад, снося всё на своём пути. Несколько фонарных столбов было вырвано из земли и брошено в толпу оперативников с огнемётами. Добравшись до одного из солдат, изуродованные руки впились в броню пехотинца, заставив тело бедолаги вывернуться наизнанку. Мышцы жертвы тут же перескочили на кости дочери, намертво прирастая к ним, чтобы тут же быть сорваны шквалом пулемётных очередей.

Вдруг из темноты на неё выскочили канаты из колючей проволоки. Обернувшись вокруг конечностей Эрион, наделённое разумом Древо оплетало своими ветвями тело чудовища, не давая пошевелится.

— Любопытно, — молвил женский голос из-под железной маски, — знала ли твоя мать, что обменяв себя на свободу дочери, она выпустит в мир лишь яростное безумие, что бушевало в ней?

— Так, — протянул Артур, наблюдая за происходящим со стаканом кофе в руках, — а вот