Вот это женщина! - Лора Энтони

Кигану почудился какой-то тревожный запах, он повел носом. Дым. Он тогда еще удивился, что кто-то зажег огонь в камине, — ведь было лето.

А потом он увидел, как высоко над соседними крышами взлетают сполохи огня. И вот тогда он побежал, молясь, чтобы это было неправдой. Чтобы его страхи не стали реальностью. Нет, это не его дом. Только не его дом. Не может быть.

Он отчетливо помнил вой огня, его ярко-оранжевый цвет. Он готов был броситься в горящее здание, но пожарный удержал его.

Киган мучился, но не мог убежать от этих воспоминаний. Он снова и снова был там, вдыхал дымный горький воздух, ощущал жар, слышал грохот рушащегося дома.

В тот момент его ничто не могло остановить. Он оттолкнул пожарного, сбил его на землю и рванулся в огонь.

Он пробирался сквозь дым и пламя, ища ее. Она была в спальне, лежала, свернувшись калачиком, спрятав голову под подушкой.

— Мэгги, — прохрипел он.

Его жена даже не пыталась бежать, не пыталась спасти дочь. Она просто сдалась. С ней не было мужа, чтобы вывести ее, и Мэгги не знала, что делать. И ничего делать не стала.

Киган поднял ее на руки и только успел повернуться к выходу, как вдруг что-то произошло. Дерево горело, и все вокруг рушилось. Сам Киган был в таком состоянии, что не видел и не слышал ничего вокруг.

В одно мгновение они очутились на полу. В комнату скользнула темная фигура. Коннор Хеллер.

И тут рухнула крыша. Рубашка Кигана загорелась, мгновенно обгорели шея, плечи и спина. Из огня его вытащили пожарные, хотя он и сопротивлялся, желая только умереть.

Но он выжил.

Киган дал себе пощечину. Вторую. И пришел в себя.

Его страдания — вот главная причина, по которой не стоит давать Рен надежду на продолжение их отношений. И по этой же причине не стоит дольше оставаться на ферме. Ему ничем не помогут мысли о Рен Мэттьюс, их поцелуе и том, что все это может для них значить. Он не заслуживает этой женщины. Он не смог уберечь свою жену, оказался никчемным мужем. Это его вечная вина, и он должен провести остаток своей жизни в одиночестве и сожалениях.

Ты — счастливчик. Получил второй шанс, и не просто так, а с такой женщиной как Рен, снова заспорил сам с собой Киган. Прекрати себя жалеть!

Второй шанс? Кого он обманывает? Для такого человека, как он, второго шанса быть не может.

Это же Рождество, снова возразил голос. Время, когда случаются чудеса.

Вот только он не верил в чудеса. Больше не верил. Киган беспокойно ворочался в постели. Наконец он потянулся и включил радио, стоявшее на прикроватной тумбочке.

— А сейчас — десятичасовые новости.

Слова диктора заставили его замереть.

Коннора Хеллера видели в этом районе. Кровь у Кигана замерзла в жилах, но в темноте он улыбнулся страшной улыбкой.

Ликование переполняло его душу, смешиваясь со странным облегчением. Да! Как и три дня назад, Хеллер был здесь. Как и он, запертый в доме льдом и холодом. Киган рассчитывал покинуть ферму Рен только утром, но теперь стало ясно, что уходить надо было прямо сейчас и направляться к дому отца Хеллера. Сейчас или никогда. Такая долгая дорога наконец подходит к концу. Киган надел ботинки и спрятал «магнум».

Ему надо было спешить. Раньше или позже Хеллер тоже услышит сообщение по радио и решит убраться из Стефенвилля как можно быстрее. Нельзя позволить ему ускользнуть.

Звук разбившегося стекла из соседней комнаты привлек его внимание. Киган повернул голову и прислушался. Что за черт?

— Рен? — Он толкнул дверь и вышел в холл. — С тобой все в порядке?

Он увидел, что она стоит перед стеллажом с оружием. Под ногами хрустнуло разбитое стекло.

— Руки вверх! — сказала Рен, поднимая ружье и глядя в прицел. Она целилась прямо в сердце Кигана, на ее лице застыло злое выражение. На ней была фланелевая ночная рубашка до колен и милые пушистые тапочки. Она выглядела так нелепо, что он чуть не рассмеялся.

— Что происходит? — спросил он.

— Почему ты не рассказал мне о том, что произошло, мистер Хеллер? — Руки Рен дрожали, но в голосе звучала сталь.

Хеллер? Рен, видимо, слышала сообщение и предположила, что это он Коннор Хеллер.

— Подожди минуточку, Рен. Я могу все объяснить.

— Я не хочу больше слышать ложь!

— Ты можешь просто послушать?

— Зачем? Чтобы дать тебе время отнять у меня ружье? К стене!

— Я не Коннор Хеллер. Меня зовут Киган Уинслоу. Хеллер погубил мою жену и дочь.

Она колебалась. Киган подумал, что ей хочется ему верить, но она боится. Он не мог винить ее в этом.

— Опусти ружье, Рен. Давай поговорим.

— Покажи мне документы. Докажи, что ты Киган Уинслоу.

Он вздохнул.

— Я ушел из полиции после пожара и сдал значок.

— Тогда водительские права.

Черт, его права украли вместе с бумажником в Небраске.

— У меня нет при себе никаких документов, но я клянусь, что я не Коннор Хеллер.

— И ты ждешь, что я тебе поверю?

— Перестань, Рен. Неужели ты думаешь, что тебе мог бы понравиться убийца? У тебя для этого слишком много здравого смысла.

— Меня и раньше обманывали. Блейн Томас был мошенником, а я это поняла, когда было слишком поздно.

Он увидел в ее глазах настоящую боль. Видимо, она все еще винила себя за давнюю ошибку.

— А как насчет того поцелуя? — прошептал он. — Только не говори мне, что он ничего не значит.

— По радио сказали, что у Хеллера на спине большой шрам от ожога, — настойчиво произнесла Рен, упрямо вздернув подбородок. — И сейчас ты не можешь доказать, что ты не Хеллер, тебя выдает твой шрам.

— Хеллер обгорел в огне пожара, который он сам и устроил. В огне погибли моя жена и дочь. Этот же пожар оставил шрамы и на мне.

— Недостаточно убедительно. — Рен перестала моргать. — Я думаю, что ты — Коннор Хеллер и только выдаешь себя за Кигана Уинслоу.

— Рен, — вздохнул в отчаянии Киган. — Если бы я был Хеллером и хотел причинить тебе вред, то уже сделал бы это давным-давно. Тебе так не кажется?

— Я не знаю, — призналась она. — Тебе нужна была моя помощь. Я была тебе полезна.

Медлить было нельзя. Надо было идти за Хеллером как можно скорее. Он не мог всю ночь стоять здесь и спорить с Рен о том, кто же он на самом деле.

— Ладно. Верь, во что хочешь. А я ухожу. — Киган сделал движение к двери.

— Нет. — Ее голос был тверд и не допускал возражений.

— Послушай, — он поднял руки, — я выслеживаю Хеллера с тех пор, как он сбежал из тюрьмы. И мои поиски, вероятно, закончились здесь, в Стефенвилле. В паре миль отсюда живет отец Хеллера. Если мы слышали сообщение по радио, то и он тоже его слышал. Я должен найти его раньше, чем он снова сбежит.