Что-то кроме магии - Akana again

— Да. Они уже не в тоннелях, а в Тайной комнате. С уничтожением василиска исчез последний надежный барьер для них, — Северус вспомнил, в каком виде вернулся из схватки Барон. — К тому же они стали сильнее и агрессивнее. Хранители уверены, кто-то поддерживает их магией.

— От опытов с бессмертием один шаг до опытов со смертью... Хоркруксы, Пожиратели смерти, ходячие мертвецы — маглы назвали бы это манией, а того, кто ею одержим — маньяком. — Дамблор допил лечебное зелье и решительно поднялся из-за стола: — Идемте к Тайной комнате, Северус, будем вместе укреплять защиту.

— Вместе? — переспросил Снейп. — Не «ставь сам магический экран»? Не «выкручивайся, как знаешь»? Это на вас так мандрагора действует?

— Все-таки вас заслуженно называют сволочью, — не оборачиваясь, бросил директор.

* * *

— Профессор Снейп, вы ошиблись аудиторией, — любезно сообщил Гораций Слагхорн. — Понимаю, привычка... Кабинет ЗоТИ этажом выше.

Полтора десятка лет ходить одним и тем же путем — неудивительно, что в первый учебный день ноги сами привели свежеиспеченного учителя Защиты к знакомой двери.

Смущенно извинившись, Северус поспешил наверх, в свой заново оборудованный учебный кабинет. Новехонькие наглядные пособия, чучела от лучшего таксидермиста магБритании, семейство гриндилоу в просторном аквариуме, выводок Красных Колпаков за толстым стеклом террариума... «Флориш и Блоттс» не подкачали, не подвел и Хагрид. Но это все мелочь, если вдуматься. Главное, Темные искусства наконец-то будут оценены по достоинству. Опасные, плохо изученные, навечно записанные в армию Зла? Что ж, тем они интересней. И горе тому, кто посмеет плохо отозваться о предмете, который отныне станет вести профессор Снейп!

Сначала он подумал, что вновь ошибся классом. Но нет, вон шкаф с боггартом, гриндилоу кувыркаются в воде... Тогда откуда мазня на стенах? Да еще и в позолоченных рамах!

— Эй, кто там! Дежурный! Немедленно снять все картины и вынести.

Но едва полотна, повинуясь взмаху эльфийской лапки, покинули свои крюки, как в кабинете объявился Пивз.

— Ку-у-да?! — налетел он разъяренным гиппогрифом на домовика. — Верни все на место, лопоухий!

— Очень обидные ваши слова! Мне, между прочим, господин профессор приказали!

— Ах, вот как?! — полтергейст грозно развернулся в сторону человека. Домовой эльф поспешил убраться от греха подальше. Картины остались на местах. — Не ожидал от тебя, парень. Ты что, не оценил? Это ж самые настоящие Непростительные! Вот тебе «Круцио», вот «Империо», вот Дементор, инфернал... Я, понимаешь, всю Выручай-комнату перевернул, искал ему лучшие рисунки, а он носом крутит!

Полтергейст уселся на край аквариума и умолк. Водяные черти резвились вовсю, и в другое время Пивз обязательно попробовал бы поймать их, но сейчас он был слишком обижен.

— Пивз, я очень ценю вашу помощь, — Северус старался говорить помягче. — Но вы сами посмотрите, это же не картины, а невесть что... Где дементор? Вот эта помесь вороны и половой щетки? Инфернал с пивным брюхом. И, поверьте на слово, эту даму не терзают пыточным заклинанием. Судя по выражению лица и позе, ее в худшем случае ущипнули за задницу, — Снейп подошел вплотную к одному из полотен и прочитал подпись: — Оливер Картрайт. Не тот ли это художник, что оставил нам портрет господина Локхарта, победителя мантикор и акромантулов?

— Много ты понимаешь в живописи, — проворчал шумный дух.

— Я ничего не понимаю в живописи. Но я видел дементоров с инферналами и «Круцио» в действии. Как и вы, полагаю. Поэтому мне странно...

— Ну, видел, — вздохнул Пивз. — Ну, мазня. Зато не очень страшно. Насмотрятся еще на настоящих дементоров...

— Ладно, пусть остаются, — махнул рукой Снейп. — Хорошо, что иллюстрации в учебниках сделаны не Картрайтом.

* * *

Рубеус Хагрид снял котелок с огня, вооружился черпачком и доверху наполнил густым варевом миску, которую обычный человек назвал бы тазиком. Рядом возвышалась кружка под стать, в которой плескалось темное пиво.

В углу Клык энергично обгладывал чей-то мосол. Его ужин не требовал дополнительных приготовлений.

Хагрид отхватил ножом ломоть хлеба и уже собрался впиться в него зубами, но тут Клык поднял голову и тихонько зарычал, глядя на дверь. Рык был не грозным, а, скорее, предупреждающим: к дому приближается незнакомец, но пахнет он не опасно.

В самом деле, послышались одинокие уверенные шаги, а затем стук в дверь. Хагрид удивился: Гарри Поттер или Рон Уизли ходят быстрее и шумят; Гермиона Грейнджер, наоборот, легкая, как листочек; директор Дамблдор предпочитает личному визиту патронуса, и больше хижину лесничего вроде бы некому навещать.

— Тихо, Клык, — на всякий случай приказал Хагрид и открыл дверь.

На пороге стоял незнакомец в серой мантии с птичьей клеткой в руках. Глубокий капюшон бросал тень на лицо.

— Добрый вечер, Хагрид. Мы знакомы, но вы едва ли сможете узнать меня.

Капюшон упал на плечи, открывая частую сеть шрамов на лице и безволосом черепе. Страшную картину смягчали ясные голубые глаза и располагающая улыбка.

— И впрямь не припоминаю что-то... — лесничий задумчиво поскреб в затылке.

— Квиринус Квиррелл. Несколько лет преподавал в Хогвартсе магловедение, потом, всего один год, Защиту от Темных искусств...

— Мистер Квиррелл?! Живой?! Да чтоб я сдох! — Хагрид на радостях сгреб Квиринуса в охапку и чуть не придушил. — В замке говорили, вы того... что вас этот, кого нельзя...

— Должен признать, ему... — от жилетки Рубеуса шел такой крепкий дух табака и кожи, что Квиринус не выдержал и чихнул, — ...ему почти удалось!

— Что ж мы в дверях стоим! Проходите, я как раз ужинать собрался. Птицу свою сюда ставьте, чтоб Клык не достал.

При упоминании ужина Квиринус почувствовал, что всерьез проголодался. Но злоупотреблять чужим гостеприимством он не собирался и потому объяснил, что надолго не задержится и лишь просит разрешения перенести сюда свои чемоданы, чтобы потом вместе с ними перебраться в Хогвартс, где должен быть профессор Снейп, который...

— Пошли за