Бред шведской кобылы - Николай Дмитриевич Чистяков

языке к ученикам Михайле Ломоносову…». Как понимать «за моря»? «В Швецию» (Шлецер) или «в Германию»? Ответ дайте сами.

Ап. Григорьев когда-то сказал: «Пушкин – это наше всё». И ныне, в год 210-летия великого поэта, более чем уместно обратиться к его творчеству. Так, может, у Пушкина есть ответ на наш вопрос? Разумеется, есть.

      Ладно ль за морем иль худо?

По Шлёцеру, надо понимать:

      Ладно ль в Швеции иль худо?

Может, корабельщики действительно плывут из Швеции? И на этот вопрос у Пушкина есть ответ:

      Едем прямо на восток

      Мимо острова Буяна

      В царство славного Салтана7.

Остров Буян русских сказок – это о.Руян, ныне о.Рюген (=Русский). Как видим, они плывут вдоль южного побережья Балтийского моря, т. е. плывут из Варяжской Руси, которая в интересующее нас время в отличие от нищей и отсталой Швеции была богатейшим государством на европейском севере. Корабельщики плывут по пути «из варяг в греки». Пушкин и здесь, как всегда, точен.

Теперь пришла пора поговорить о, мягко говоря, неточностях в «переводе» Лихачёва. Но прежде несколько слов о научном и моральном облике академика. В своей шведофильской оголтелости он даже Нестора записал в «норманисты». «В послевоенные годы в литературе тему о «норманизме» Нестора подхватил и довёл до абсолюта (до абсурда? – Н.Ч.) Д.С.Лихачёв, окончательно придав ей значимость непререкаемой научной истины»8. Эту же линию он продолжал и в 90-ые годы минувшего века. Пользуясь свободой слова, предоставленной всем русозлобам, он доболтался до того, что предложил Киевскую Русь называть «Скандославией», ибо, по его словам, «…для Русской земли (особенно в первые века её исторического бытия) гораздо больше подходит определение Скандославия, чем Евразия…»9. Если заявить, что для академика гораздо больше подходит фамилия Скандинавский, чем Лихачёв, очень многие возмутятся: это нелепо, это оскорбительно, это недопустимо. Правильно возмутятся – так поступать нельзя. Называя Киевскую Русь Скандославией, Лихачёв поступает нелепо, оскорбительно, недопустимо. Почему он считает, что ему это можно? Ответ чрезвычайно прост: потому что он шведофил. На этом примере мы видим, что такие понятия, как научный подход и научная этика, для шведофилов вообще не существуют.

Теперь, когда нам стал ясен научный и моральный облик этого учёного, мы представляем «перевод» Лихачёвым приводимого выше отрывка из «Повести временных лет».

«И пошли за море к варягам, к руси. …Сказали руси чудь, словене, кривичи и весь: «Земля наша велика и обильна, а порядка в ней нет. Приходите княжить и владеть нами»10.

Если не считать перевод «наряда» как «порядок», то перевода в общепринятом смысле здесь нет вообще. Начнём с первой фразы. Так как в летописи не уточнено, морем или сущей добирались послы до своей цели, слово «пошли» мы переведём нейтральным «отправились». Из нескольких значений выражения «за море» мы выбираем «за границу». А чтобы конкретизировать это довольно широкое понятие, «к варягам, к руси» мы переводим – «в Варяжскую Русь». Полностью: «И отправились за границу, в Варяжскую Русь». В это славянское государство послы направились не случайно.

После смерти Гостомысла, правителя Северной Руси (княжения Словен), мужская линия пресеклась и прямого наследника по мужской линии в княжении не было. Но ещё при жизни Гостомысл выдал свою дочь Умилу за князя полабских славян Годослава. У них родились три сына: Рюрик, Синеус и Трувор. Они-то, внуки Гостомысла, и были законными наследниками престола. Тем более что незадолго перед смертью мудрый Гостомысл рассказал окружению вещий сон о том, как «из чрева средние дочери его Умилы» вырастает дерево. Сейчас мы назвали бы его (дерево) родословным. Таким образом, он подсказал им, где искать преемника княжеской власти. Эта власть, согласно Иоакимовской летописи, существовала в Северной Руси уже около двух веков. Известны даже имена князей: Славен, Избор, Владимир, Столпосвят, Буривой и, наконец, Гостомысл. Так что утверждения шведофилов, будто бы шведы создали славянам государство (повторим: не будучи способны создать своё), совершенно не соответствуют фактам, зато полностью соответствуют фашистским взглядам Шлёцера и Гитлера. Эти же взгляды проповедует и Лихачёв. Продолжим исследование.

…Реша русь, чудь, словени кривичи и вся: «Земля наша велика и обильна, а наряда в ней нет. Да поидите княжить и володети нами».

Ключевым словом в этом отрывке является «наряд». Чтобы понять его истинно значение, мы приведём отрывки из других летописей, рассказывающих об этом событии. «Вся земля наша добра есть и велика, и изобилна всем, а нарядника (выделено мною – Н.Ч.) в ней несть» (Холмогорская летопись). «Вся наша земля добра есть и велика изобилна всем, а рядника в ней нет» (Пискарёвский летописец). «…а нарядник в ней нетъ» (Тверская летопись). «…нарядник в ней несть» (Воскресенская летопись).

Во всех приведённых отрывках согласно проводится мысль: послы приглашают князя, потому что в родной земле нет – далее перечисляем: «наряда», «рядника», «нарядника», т. е. того, кто после Гостомысла «рядил» бы и «судил» по праву, т. е. по закону. Из этого ряда слов становится ясным, что в государстве нет правителя. Лихачёв перевёл «наряд» словом «порядок», хотя должен был понимать (академик ведь!), что в данном контексте слово «наряд» в значении «порядок» не подходит. Почему же он так «перевёл»? Словом «порядок», в соответствии со своими фашистскими (не научными!) взглядами, перевёл «наряд» Шлёцер. Перед Лихачёвым было два пути: а) научный перевод – наряд как власть или нарядник как правитель и б) шлецеровский фашистский «перевод» – порядок. Это, если можно так выразиться, политический перевод в угоду определённым антироссийским силам, никакого отношения к науке не имеющий. Другими словами, этим «переводом» он вслед за Шлёцером и Гитлером заявил, что порядок (=государство) принесли русским (низшей расе) шведы (высшая раса). О, как бы порадовался доктор Геббельс, читая «перевод» академика Лихачёва!

Вторым ключевым словом этого отрывка является слово «земля». И в те далёкие времена, и в наши дни это слово имело и имеет несколько значений. Мы возьмём из них три самых распространённых: 1) почва; 2) страна; 3) государство. Так как речь идёт о приглашении правителя, т. е. о политическом решении, то выбирать придётся из двух последних. Приглашающие особо оговаривают, чтобы князь не властвовал, как захочет, а правил бы «по ряду, по праву», т. е. по уже имеющимся в их земле законам. Наличие суда и законов («права») является одним из важнейших признаков государства. Перед нами одна из ранних форм правового государства. Послы приглашают править государством, а не создавать новое. Из этого следует, что слово «земля» переводится как «государство». «Велика» переводим как «могуча», а «изобилна» – «богата». А теперь весь отрывок: «Государство наше могуче и