Наследие Уилта - Том Шарп

— Если вы ищете Эдварда, он в кабинете, — сообщила управительница, хлопоча над обедом. — Как хозяина нет, малый сразу туда шмыг!

— Что ему там понадобилось? Неужто роется в бумагах? Его интересует судопроизводство?

— Ружья, — многозначительно вскинула бровь миссис Бейл. — Без ума от этой гадости.

— Сэр Джордж так и не запер шкаф, что ли? Но ведь нельзя держать его нараспашку! Нарушение правил, верно? Оружие…

— А кто здесь устанавливает правила? Его величество судья, вот кто! Вы глубоко заблуждаетесь, коли думаете, что он подпускает полицейских к своему арсеналу. Во всяком случае, те предварительно звонят, уведомляя о проверке.

— В таком случае, к кабинету близко не подойду! Я всегда недолюбливал оружие. — Помолчав, Уилт решил взять быка за рога: — Что вы думаете об Эдварде?

— Чурбан. Нет, еще тупее. Пожалуй, вот как скажу: если б вдруг я узнала, что рожу такого сына, я бы сделала аборт. Это о чем-то говорит, поскольку я противница абортов. К счастью, у меня только дочь. Она мать-одиночка, но уж лучше быть одной, чем замужем за самодовольным идиотом, прошу прощенья за резкость слога. Если не ошибаюсь, мадам упоминала, что у вас тоже дочери?

— Нисколько не ошибаетесь. — Уилт чуть было не брякнул, что лучше дюжина матерей-одиночек, нежели его четыре оторвы, но в окно увидел «ягуар», через задние ворота въезжавший во двор. — Кажется, леди Кларисса уже отоварилась. Думаю, лучше мне скрыться.

Генри затаился в библиотеке, неплотно притворив дверь, чтобы знать о перемещениях хозяйки, — после того, как она выяснит местонахождение сына. Ждать пришлось недолго. Заглянув в кухню, леди Кларисса пронеслась по коридору в направлении кабинета, откуда вскоре донесся ее крик:

— Боже мой, Эдвард! Сколько раз говорить, чтобы ты не баловался с оружием! Джордж взбесится, если тебя застукает! Почему ты не угомонишься?

— Потому что мне нравятся ружья, а он жмотничает.

— Сейчас же поставь эту дрянь на место! И не размахивай ею! Вдруг заряжено!

— Вовсе я не размахиваю, а навожу на цель. Конечно, заряжено! Какой смысл держать ружье без патрона?

— Немедленно разряди и убирайся отсюда!

В коридоре протопали шаги, и Уилт призадумался над создавшейся ситуацией. Сейчас он был почти уверен, что во дворе слышал не выхлоп «ягуара», но выстрел метившего в него Эдварда. Можно спорить, парень не исполнил мамашин приказ разрядить ружье! Хорошенькая перспектива — все лето вожжаться с недоумком, которому гораздо интереснее палить из окон! В гробу он видел эту историю! Разве что кровопролитные сражения его увлекут…

А как быть с Евой и четверней? Нет, за них не страшно, уж эти-то за себя постоят, но доченьки вкупе с полоумным стрелком — от такого можно рехнуться. Надо сказать Еве, чтоб не приезжала. Однако из усадьбы не позвонишь — кто-нибудь подслушает. Может, попросить миссис Бейл, чтобы пустила в личную уборную хозяина? Нет, слишком рискованно. Значит, надо звонить из деревни. Через задние ворота незаметно не выйдешь, из усадьбы они просматриваются. Остается кошмарная лесная дорога. Иного пути нет.

Уилт перешел через подъемный мост и свернул налево, а десятью минутами позже уже продирался сквозь дебри, обмирая от страха. Дважды он слышал отдаленную ружейную стрельбу, а еще провел томительные минуты в канаве, куда рухнул, до смерти испугавшись перебежавшего дорогу фазана. Не однажды сбившись с дороги, через три четверти часа он выбрался на большак, который привел в ближайшую деревню.

Одна телефонная будка была превращена в терминал электронной почты, над другой потрудились вандалы. Уилт уже проклял себя как единственного землянина без мобильного телефона, однако нашел-таки работающий таксофон, который пренебрежительно отверг заготовленный десятипенсовик, соблаговолив принять лишь кредитную карточку. Минут пятнадцать Генри безуспешно дозванивался на Евин мобильник, потом, сдавшись, огляделся в поисках паба.

День стоял жаркий, очень хотелось выпить… повторить… и чего-нибудь съесть. Залпом осушив пинту пива, Генри тотчас заказал вторую и сэндвичи с ветчиной.

— Кажись, вы не местный, — сказала буфетчица, вернувшись с блюдом толстых сэндвичей из белого хлеба и новой пинтой. — Здесь проездом?

— Не совсем. Квартирую в усадьбе. Странное местечко.

— И не говорите! Муженек мой поставлял им бренди, но теперь туда и носа не кажет. Вам бы поостеречься… Ладно, замнем.

— Что так? — насторожился Уилт, но буфетчица отошла налить пиво двум новым посетителям.

Покончив с сэндвичами, Генри наведался в помещение с табличкой «Туалет», отметив, что круговорот пива в организме занял всего двадцать минут. Когда он вернулся к стойке, там уже сидело с полдюжины клиентов. Уилт помахал пятифунтовой банкнотой — мол, хочу расплатиться.

— Еще вы брали сэндвичи. — Буфетчица пробила чек. — Всего семь девяносто.

Уилт добавил три фунта, сказав, что сдачи не надо. Буфетчица смерила его насмешливым взглядом и, положив десять пенсов на прилавок, ответила:

— Сдается, вам они нужнее.

— Так что там насчет усадьбы? — спросил Уилт, пряча монетку в карман.

— От тамошних жильцов мороз по коже. Все они… Ладно, не будем. Вы ж у них служите…

— Психи? — опасливо оглянувшись, подсказал Уилт.

— Можно и так выразиться. А почему интересуетесь?

Неожиданно для себя Уилт съехал на просторечье:

— Да чевой-то такое слыхал. Я ж так, подкалымить.

— Понятно. Валите-ка оттуда подобру-поздорову. Вот мой совет. Кстати, бесплатный.

Уилт смущенно зарделся, но буфетчица уже отошла к другому клиенту, более перспективному. Осушив пинту, Генри вновь предпринял попытку связаться с Евой. Телефон ее не отвечал. До вечера было еще далеко, но Уилт решил, что с него хватит. И так весь день насмарку. Да бог-то с ним, но что делать с убойной комбинацией из Евы, его четверых ангелочков и вооруженного Эдварда? Всю эту кашу заварила Ева, в угоду своему врожденному снобизму отдавшая девчонок в дорогущую школу. Так вот пускай теперь сама разбирается, а он лучше посидит в сторонке.

Генри уже выбрался на петлистую заросшую дорогу к усадьбе — и вдруг замер, а потом, пригнувшись, нырнул за ствол громадного дуба. За поворотом он углядел Эдварда с ружьем наперевес. К счастью, недоумок смотрел в другую сторону. Через секунду грянул выстрел и что-то грузно рухнуло наземь. Уилт осторожно выглянул из-за дерева: сквозь заросли Эдвард продирался к подстреленной добыче. «Не дай бог, грохнул эту Филли, — подумал Генри. — Хотя леди Кларисса наверняка сказала бы спасибо».

Более не мешкая, он кинулся наискосок от места преступления, надеясь, что палая хвоя заглушит его шаги. Минут через двадцать показались тылы усадьбы. Он уже был перед железными воротами, но неожиданно те стали медленно раскрываться. На карачках Уилт прополз к забору и спрятался за створку.