Восходящий. Начало - Майкл Роберт Миллер

class="p1">– Я уже собрал дрова для костра. Мне и ужин для вас готовить? Зачем тогда вы называли меня Всадником, если на самом-то деле так совсем не думаете?

Талия в изумлении уставилась на него, а подросток вздрогнул от страха: всю его недолгую жизнь в него вбивали другие правила, которые глубоко укоренились в нем. И сейчас в нем росла отчаянная потребность взять свои слова обратно, извиниться. Однако Холт приказал себе стоять на своем.

Наконец принцесса заговорила снова.

– Я не называла тебя Всадником, – медленно ответила она. – Я только сказала, что теперь ты не обычный мойщик горшков. Хотя, честно говоря, я не знаю, кто ты теперь. Может, мой оруженосец?

Холт выпятил грудь.

– У меня есть дракон.

– Слепой дракон, – напомнила ему Талия. – Ты будешь тянуть нас назад. От меня будет зависеть…

– Достаточно, – вмешался Броуд. Мужчина не повысил голоса, но Холт и Талия, повернувшись к нему, сразу замолчали. – Причина большинства споров – пустые желудки. Поешьте, и сами увидите, как ваше настроение улучшится. Сегодня вечером обойдемся хлебом с сыром, так никому не придется готовить. Кроме мяса для драконов, конечно же. Тут каждому из вас придется позаботиться о своем собственном.

– Спасибо, Броуд, – сказал Холт, чувствуя, что вышел из спора победителем.

Старый Всадник нахмурился.

– Я не потерплю нытья. Вы двое начинайте есть, пока я нарежу немного говядины для драконов.

Чувствуя себя вполне удовлетворенным, подросток спокойно порылся в мешках с едой, достал буханку хлеба и сыра и передал принцессе ее долю.

Первый укус, когда мышцы снова пришли в движение, отозвался острой болью в челюсти. Потом дело пошло лучше, но мальчик продолжал, как и Талия, жевать молча.

Броуд отрезал большой стейк для Эша и внушительный кусок для Пиры. Насадив говядину на металлические шампуры, которые они прихватили с кухни, Всадник поставил их рядом с огнем.

Насытившись, Холт поднял стейк Эша над костром. Он переворачивал мясо каждые пятнадцать секунд, чтобы хорошо обжарить все стороны, не пересушив при этом середину – трюк, который он неосознанно перенял у своего отца. Когда в воздухе послышался аромат мяса, малыш оживился. Он подкрался ближе к огню и, пытаясь подобраться к шипящей говядине, навалился на Холта. Как только стейк был готов, мальчик принялся вертеть шампур, пока мясо не упало на траву. Дракончик радостно набросился еду, и теплое сияние окутало их связь.

Эш даже не пытался есть аккуратно – он вгрызался в мясо зубами, громко жевал, проглатывал и откусывал следующий кусок. Из темноты снова фыркнула Пира, но Холт решил не реагировать.

К этому времени Талия доела свой хлеб и сама подползла поближе к костру. Она подняла гораздо больший кусок мяса над огнем и начала поворачивать его так, как совсем недавно делал Холт. Вот только мясо у нее обжаривалось неравномерно, да и держать его на одинаковом расстоянии от огня тоже не получалось.

– Э-э… принцесса, – начал Холт, – возможно, вам лучше попробовать…

– Я справлюсь, – отрезала Талия, и Пира зарычала в знак согласия.

Своими желтыми, похожими на светлячков в ночи, глазами драконица пристально уставилась на Холта, и подросток услышал в своем сознании новый голос – женский, глубокий и надменный.

– Талия – особа благородного происхождения. Ей не нужна помощь кухонной крысы.

Вздрогнув, Холт понял, что выдержать пристальный взгляд Пиры не может. Подросток склонил голову и отвел глаза. Эш перестал есть.

– Ты в порядке, мальчик?

– В порядке, – прохрипел Холт и почесал Эшу шею. – Ешь спокойно.

– Она говорила с тобой? – спросил Броуд. На его лице плясали отбрасываемые костром тени.

– Говорила, – признался Холт, пытаясь притвориться, что ему это нипочем.

Отрезав еще один кусок сыра, пожилой Всадник сунул его в рот.

– Временами она слишком остра на язык, – хрипло сказал он. – И может вывести из себя. Но ты не поддавайся.

Пира повернулась к Броуду и фыркнула, выпустив еще больше дыма.

Пожав плечами, тот спокойно продолжил есть.

Пусть драконица и вела себя грубо, Холт не смог сдержать ухмылки. Она могла делать вид, что была о нем невысокого мнения, но драконы редко, если вообще когда-либо, разговаривали с людьми, только с Всадниками. Так что это могло считаться своего рода признанием.

– Готово, – внезапно объявила Талия, протягивая говядину Пире.

Ощутив запах гари, Холт вынужден был согласиться, что мясо «готово». Даже слишком «готово».

Пира, похоже, придерживалась того же мнения. Пару раз откусив, драконица выплюнула еду и негромко рыкнула.

– Что ты имеешь в виду? – спросила Талия. – Я очень даже хорошо его поджарила.

Холт рискнул бросить взгляд туда, где валялся оковалок говядины. Талия умудрилась сжечь мясо снаружи, но внутри оно осталось сырым. Для этого надо было особо постараться.

Пира снова заурчала, укоризненно глядя на свою Всадницу.

– Что? Нет, я не добавляла специй, – ответила Талия. – Мне жаль, Пира. Уверена, все не так уж плохо. Я поставлю его обратно на огонь.

– Избалованная зверюга, – усмехнулся Броуд. – В мое время драконы все еще охотились ради еды. Никаких вам личных заказов и предпочтений.

Эш подбежал к выброшенной говядине, принюхиваясь.

– Ворчунья не хочет это есть?

Холт не успел ответить, как Пира презрительно фыркнула и отвернулась от костра.

– Пира… – запричитала Талия, но Броуд прервал ее взмахом руки.

– Пусть дуется. Как только действительно проголодается, сразу передумает. Смотри-ка, малышу твое мясо вполне нравится. – Пока Броуд говорил, Эш оторвал окровавленный кусок почти загубленного мяса и радостно принялся жевать. – Вот видишь, если припечет, драконы могут есть любое мясо в любом виде. Наши стали слишком привередливыми.

Раздосадованная Талия присела и закрыла лицо руками. А Холт разочарованно посмотрел на Эша.

«Получается, ты готов слопать все что угодно? А я-то все время переживаю!»

Может, ему лучше теперь готовить для Пиры.

И тут Холта осенило. Он вытащил поваренную книгу своего отца, открыв главу об огненных драконах. Мальчик довольно скоро нашел нужное блюдо, но засомневался, стоит ли вообще пробовать.

Все время драконица вела себя с ним злобно и заносчиво, даже назвала крысой. Но теперь им придется держаться вместе, так что было бы неплохо с ней поладить.

Холт вспомнил, как около года назад к ним в кухню пришла новая служанка. Старшие помощники поваров поначалу ее возненавидели, потому что бедняжка ничего не знала о том, что от нее хотят. Первые недели она приносила больше хлопот, чем пользы. Но однажды служанка задержалась на кухне и работала всю ночь, до рассвета, переделав почти все за других, так что следующий день стал настоящим праздником. Для того чтобы понравиться, новая служанка сделала гораздо больше, чем требовали ее обязанности. После этого они