Витебский вокзал, или Вечерние прогулки через годы - Давид Симанович

подготовить… Яша написал на тебя статью и отнес Березкину в "Неман", а тот обещал прочитать и "извлечь полезное"… И еще из письма Рема (уже январьского): "… Разговаривал долго на днях с Валькой Тарасом. Его ведь тоже держат до сих пор… А Володя Нехамкин тоже мне говорил, что секции рекомендовала его еще в начале 1958-го года. Так что ты не унывай! Валька советует сделать вот что: тебе надо приехать и взять рекомендации, их нужно три. Валька утверждает, да и я с ним согласии, что дадут тебе сразу рекомендации Березкин, Велюгин, и еще одну попросишь ну, скажем, у Пимена Панченко, он, я думаю, даст тоже. И вот потом со всеми рекомендациями к Шамякину. Говорили с Валькой и о его "лісце" Нилу Гилевичу и об ответе Нила в "ЛіМе"… В пьяной компании он, по свидетельству Вальки, заявил, что в "Полымя" Тарас решил отомстить ему за тебя, за его выступление тогда на секции, мол, один мстит за другого".

27 января. Опять я, гонимый тревогою, встал, в дороги и юность влюбленный, опять потянуло меня на вокзал, где дымом пропахли вагоны… Кого я встречаю? Опять никого… Кого провожаю? Не знаю… Мое вдохновенье, мое торжество прописано здесь - на вокзале.

4 февраля. В Крынках я был нужен ребятам. А что здесь? Торчу в типографии с утра до вечера и размечаю шрифты - это мое дело на земле? Недавно так был задурен, что информации о первенстве Европы на скоростных коньках среди мужчин, которую принесла на восковке телетайпистка, дал название о первенстве "среди женщин", хотя ни одна женщина в ней не упоминалась. Редактор подписал номер. Газета так и вышла.

28 февраля. Подряд день за днем читал Паустовского (две недели). Какая поэзия в прозе!

6 марта. Приехал Август, мне - на книге: "Болтая о чем попало, я ночи бы с ним просиживал. Ни в кого меня жизнь не влюбляла, как в этого черта рыжего"…

20 марта. Написал поэму "Хлеб".

15 апреля. Распределение в пединституте. Эм предлагают школу в Миорском районе. Она отказывается. Это уже повторилось… В третий раз я не выдержал, пришел и сел в сторонке. Эм предложили школу в Поставском районе. Она сказала, что у нее муж работает в Витебске. "Пусть едет с Вами", - прозвучало в ответ. И тогда я встал и произнес короткую речь о том, что меня уже распределяли, что я уже отработал в школе, что… У Эм теперь будет одна проблема: самой устраиваться в Витебске. У нее - свободный диплом…

23 апреля. В эфире - первая передача Витебской студии телевидения. Неделю назад зашел Споткай (он стал директором студии) и попросил, чтобы я написал передачу к 90-летию В. И. Ленина… Моя передача и стала первой: "Стихи поэтов Витебщины о Ленине". Читали участники художественной самодеятельности. А диктор Нелли Лисовская прочла мой вступительный текст и каждого представляла. Мои стихи читала Людмила Зайцева. Вслед за этой прошла вторая передача "Ленин и музыка". Текст написал Лев Студеный (Лев Шульман). Звучала музыка, которую любил Ленин, а исполняли преподаватели нашего музыкального училища.

24 апреля. Приходил в типографию Споткай. Сказал, что передача понравилась в обкоме, а первый секретарь Лобанок, благодаря которому существует студия, посоветовал дать еще и ленинскую передачу, связанную с нашим театром: артисты хотят выступить, показаться на экране… Споткай попросил, чтобы я написал стихотворный текст для первомайского кинорепортажа на белорусском… Смотреть телепередачи пока негде. Из всех знакомых телевизор есть только у Володи Хазанского… Напишу тебе, Споткай, репортаж про Первомай…

26 апреля. Какая-то тоска по Крынкам, по школе, по ребятам. Как тебе живется там, в краю берез? Сколько людям солнца за зиму принес?..

13 мая. Меня приняли в Союз писателей. Приехали вдвоем с Эм. И пока она "исследовала" минские магазины, я стоял перед членами президиума, которые решали принимать или не принимать. Конечно, решение уже было определено заранее. Но мало ли что… Обо мне говорили Петрусь Бровка и мои "рекомендатели": Анатоль Велюгин, Пимен Панченко и Григорий Березкин. По несколько слов сказали два земляка: Иван Шамякин - гомельский и Михась Лыньков - витебско-крынковский… Михась Калачинский пытался в бочку меда бросить ложку дегтя: "А почему Вы не сняли из книжки те стихи, что мы критиковали на секции поэзии?.." И словно в ответ, Велюгин повторил свое давнее: "я бы его принял в Союз, и уже давно, даже за одно стихотворение "Откуда приходят сумерки". Лыньков потом интересовался крынковскими делами, сказал, что обязательно приедет на родину и мне позвонит в Витебск, когда поездка состоится… Подошел познакомиться и поздравить Янка Брыль… В ресторане, где вместе с моим приемом отмечался еще и прием Анатоля Клышки, "тамадил" Велюгин и ему помогал Березкин…

21 мая. Написал "Кишлак тонул среди тутовника"… Вдруг вспомнились дни, когда жил в кишлаке, когда подкармливали нас, голодных, соседи-узбеки, когда собирал хлопок, прочищал арыки, ехал на арбе, которую тянул ослик, и жадно слушал сообщения по радио, которое было только в правлении колхоза.

29 мая. День книги. Выступал на пл. Ленина с М. Ткачевым и М. Скрипкой.

31 мая. Дом, в котором снимаем квартиру на Оршанской, стоит среди сада. По утрам сижу под деревьями и, словно переношусь в весеннее цветение то в Наровлю, то в Крынки, куда я трижды подряд съездил.

30 июня. Каждый день пишу. 30 стихов за 30 дней… А что останется?.. Но пока: "Июнь-река, июнь-река, ты разлилась вокруг, вся легкая, как облака, как тополиный пух"…

22 декабря. Приехали в Витебск Михась Машара, Рыгор Нехай и Михась Скрипка. Вместе с ними выступал в 14-ой шкоде. Машара серьезен, Нехай неинтересен, а Скрипка потешает народ какими-то веселыми смычками, хотя это довольно мелко звучит, но люди смеются… Вообще в этом году много выступал: ездил в Бешенковичи в университет культуры, в Мошканы на книжную ярмарку, а в городе: клуб железнодорожников, клуб завода Кирова, областная библиотека, мединститут, общество слепых, 3-я школа… Много печатался в "В. р.": стихи - просто и "датские", рецензии на спектакли и фильмы, статьи к юбилеям - о А. Куприне, С. Есенине, А. Твардовском… Что-то дважды сделал для телестудии и уже был и сам на экране со стихами. А в общем, если бы не все это, то мой год в газете