Дерево Идхунн - Личия Троиси

— София, ты не перестаешь удивлять меня, ты просто неиссякаемый источник нелепых идей.

Девочка обиженно надулась.

— И нечего здесь смеяться, — чуть слышно пробормотала она.

Лидия вмиг стала серьезной.

— Будем считать, что ты сказала глупость. Ты никого не бойкотируешь, все идет нормально. К сожалению, мы просто устали разыскивать плод. Но я думаю, что в этом нет ничьей вины. Как сказал профессор, мы ищем иголку в стоге сена.

Последний день поисков проходил под мелким моросящим дождем. Дело происходило в Ущелье Бороды, расположенном вдоль Сабато, на пути, соединяющем Беневенто и Авеллино. Им приходилось двигаться очень медленно, потому что стеклоочистители были слишком малы и едва справлялись с работой.

Первым из машины вышел профессор, вооружившись большим черным зонтом, под который сразу же поспешили спрятаться София и Лидия.

Достаточно им было ступить на землю, как они тут же почувствовали странный поток, дрожь, поднимавшуюся вдоль спины, от которой мороз пробирал по коже.

— Здесь был Нидхогр, — заявила София.

В воздухе чувствовалось напряжение.

— Проклятье! — выругался Шлафен, а затем глубоко вздохнул. — Ладно, принимаемся за работу. А вы держите-ка лучше зонт. — И, не дав девочкам опомниться, зашагал под дождем.

София видела, как он шел по проселочной дороге, что вела вдоль реки.

— Лидия, ты его чувствуешь? — спросила она наконец.

Девочка кивнула.

— Наверное, мы пришли, — добавила она.

Но у нее не хватило смелости произнести вслух то, что уже и так витало в воздухе. Если Нидхогр был здесь, то для этого имелась веская причина: быть может, он уже завладел плодом.

Девочки молча спустились вниз по речной дамбе, неизменно повторяя все те привычные жесты, которые усвоили за последние дни своих долгих поисков: они сосредоточенно шарили среди кустарников, наблюдая за своими кулонами.

София первой обратила на него внимание.

— Моя подвеска стала какой-то странной, — сказала она, показывая кулон подруге.

Лидия сосредоточенно посмотрела на камень, он выглядел потускневшим. Тогда она вынула и свой, с которым происходило то же самое: складывалось впечатление, будто он покрылся каким-то налетом.

— Лидия, у меня нехорошее предчувствие.

— Тебе не стоит проявлять излишнюю бдительность, — резко ответила подруга и, немного отодвинувшись, уселась на землю. Брюки девочки тут же промокли, и дрожь пробежала по ее спине. Но Лидия не обратила на это никакого внимания.

— Ты что, с ума сошла?

— Здесь что-то есть. Ты ведь сама это сказала, и я хочу понять, что это. Я просто пытаюсь сосредоточиться, чтобы обнаружить его. И ты тоже давай сюда: вдвоем работается лучше.

София посмотрела на свои грязные сапоги.

— Пожалуй, я не буду садиться, хорошо? — поморщилась она, беря за руку подругу.

Лидия лишь пожала плечами:

— Как хочешь. Это ведь нужно только для того, чтобы войти в более близкий контакт с этим местом.

Затем она закрыла глаза, и София последовала ее примеру. Хватило одного мгновения, чтобы разноцветными всполохами заискрились родинки на их лбу. Во влажном от дождя воздухе появились очертания бледной, как тень, пары прозрачных крыльев. Обе девочки стали словно одно целое: ощущения одной в точности соответствовали ощущениям другой. Лидию и Софию окутала вязкая чернота. И в ней вырисовывалось вовсе не то, что они ожидали увидеть, — не громадная и ужасная фигура Нидхогра, а нечто совсем иное. Изваяние с размытыми контурами, возвышавшееся на фоне безымянных дворцов, с прямоугольным отверстием в основании. А рядом постепенно появлялось нечто странное: гротескный образ огромной театральной маски, очень похожей на те, что девочки видели во время посещения музея романского искусства. Во рту у него что-то сверкнуло, постепенно обретая вид ключей.

Лидия протянула руку, но вместо своих розовых пальцев она увидела когти дракона с отливающей золотом чешуей.

«Это не Растабан», — сообразила оторопевшая девочка.

Когти сомкнулись на ключе, и Лидия ощутила холод его металла. И тут возникла ослепительная вспышка света, при этом девочку охватило такое ощущение покоя и блаженства, что она невольно улыбнулась. И вот тогда-то она и увидела его, огромного и прекрасного, сверкавшего зеленым сиянием в лучах дальнего света.

— Лидия!

Ощущения вернулись все разом. Лидия почувствовала, как от холода застучали ее зубы. Она заметила, что лежит на земле, а над ней склонилась испуганная София. Рядом с ней — не менее обеспокоенный профессор, державший зонт над Лидией.

— Лидия, как ты?

— Во-первых, не нужно так кричать, — с улыбкой ответила девочка, а потом попыталась встать. — Что произошло?

— Лучше сама обо всем расскажи, — ответил Шлафен. — Я только услышал, как закричала София, и увидел тебя, лежащей на земле с вытаращенными глазами. Сейчас тебе уже лучше?

Лидия ответила не сразу: если не считать леденящего холода, ей казалось, что все было в порядке.

— София, ты видела? — взволнованно спросила она свою подругу.

— Да, я видела обелиск, — смущенно ответила София, — и кого-то в маске. А потом, даже не знаю… Я приоткрыла глаза и оказалась здесь. Зонт выпал у меня из рук, а ты лежала на земле.

— Это случилось во второй раз, — сказала Лидия и посмотрела на профессора. — Это было видение.

— Я так и думал, — ответил мужчина. — Эти видения могли бы быть не такими пугающими, — добавил он, подмигивая девочке.

Лидия улыбнулась, а потом снова стала серьезной.

— Это место, помимо Нидхогра, должно быть как-то связано и с деревом. Как бы то ни было, то, что я видела, действительно очень важно.

И она торопливо и взволнованно рассказала обо всем, стараясь не пропустить ни одной подробности. Она была очень воодушевлена тем, что им наконец удалось найти настоящий и вполне конкретный знак.

Профессор некоторое время взвешивал ее слова, а потом посмотрел на Софию:

— Ты лучше меня знаешь этот город.

Девочке не пришлось долго раздумывать.

— Похоже, это то самое изваяние, что стоит на проспекте: я много раз проходила мимо него. А что касается маски…

— В Беневенто находятся развалины древнеримского театра, — договорила вместо нее Лидия. — Должно быть, ключ — там.

Только теперь профессор смог позволить себе вздохнуть с облегчением.

— Вероятно, мы нашли его, — заключила Лидия.

Спрятавшийся в кустах Фабио довольно улыбался. Его недруги указали ему точное место поисков.