Ветры Разрушения - Питер Джон Хорнби Петтер-Бауэр

очевидно, было более важным для долгосрочных целей Великобритании, чем будущее народа Зимбабве-Родезии. Когда Генри Киссинджер много месяцев спустя встретился с Иэном Смитом, он объяснил парадокс следующим образом. “Политика удобства имеет мало общего с правдой или логикой!”

Мы привыкли к двуличию британцев, но не могли смириться с тем, что, по нашему мнению, было полным бездействием нашего Национального комитета, заставлявшего лорда Сомса действовать в соответствии с британскими обязательствами. Внимание НАТЖОКА, казалось, было полностью отвлечено другими делами.

В течение нескольких недель в COMOPS была собрана команда для мониторинга большого количества поступающих данных, чтобы заранее определить окончательные результаты выборов. Информация поступала из всех провинций с указанием числа избирателей и их политических пристрастий. Насколько я помню, мнение, высказанное NATJOC, состояло в том, что партия РФ Иэна Смита обеспечит все двадцать мест для белых, а Джошуа Нкомо наверняка получит по меньшей мере двадцать мест для Н'дебеле. Музореве и Ситхоле нужно было всего лишь получить одиннадцать мест, чтобы коалиция между этими партиями смогла заблокировать партию ЗАНУ Мугабе. Команда, консультировавшая НАТЖОКА, была непреклонна в том, что одна Музорева справилась бы лучше, чем это.

Однажды вечером я выпивал в маленьком пабе COMOPS, когда темой разговора неизбежно стали выборы. Некоторое время назад я пришел к твердому выводу, что, за исключением запрета деятельности ЗАНУ, нет абсолютно никакой надежды остановить приход Мугабе к власти. Я высказал это мнение, но у меня не было возможности сформулировать его, потому что вспыльчивый полковник-лейтенант КОМОПСА был настолько выведен из себя моими словами, что перепрыгнул через стойку бара, намереваясь ударить меня кулаком. Майор Питер Берфорд быстро встал между нами и сказал своему коллеге не быть чертовым дураком. “Я думаю, что Фанатка, возможно, права. Дайте ему возможность рассказать нам, почему ”.

Мое утверждение было таким. Можно было рассчитывать на электорат, который даст Смиту и Нкомо в общей сложности сорок мест. По ряду причин я думал, что это оставило оставшиеся шестьдесят мест открытыми для Мугабе. С точки зрения соглашения с Ланкастер-Хаусом, Мугабе уже должен был быть отстранен от участия в выборах за вопиющее и широко распространенное запугивание и убийства. Но британцы явно не собирались этого делать, и, судя по тому, что мы могли видеть, NATJOC казался либо дезинформированным, либо слишком слабым, чтобы форсировать решение проблемы, даже несмотря на то, что соглашение с Ланкастер-Хаусом передало ему контроль над всеми вопросами безопасности. Перед NATJOC была поставлена особая задача обеспечить, чтобы весь избирательный процесс проходил свободно и справедливо. В условиях пика запугивания и истечения времени это сделало воспринимаемое бездействие NATJOC еще более невыносимым.

Музорева показал себя слабым и нерешительным, в то время как Мугабе сказал народу, что только он может остановить войну. В городке Хараре городские жители, которые были на стороне Мугабе на протяжении всей войны, теперь открыто пели хвалебные песни Мугабе. На мой взгляд, надпись была на стене. Восемьдесят процентов чернокожего электората проживали за пределами Матабелеленда, и все они проголосовали бы ‘за мир’. Они пострадали больше всех и теперь были полностью сыты по горло войной, которую, как они искренне верили, мог остановить только Мугабе. Это было моим утверждением, но генерал Уоллс и NATJOC очевидно, смотрели на вещи по-разному.

Возможно, потому, что он верил поступающей к нему информации и хотел поддержать моральный дух своих войск, генерал Уоллс созвал встречу офицеров армии и ВВС в Новом спортивном клубе Sarum. Насколько я помню, никто из сотрудников COMOPS не был включен.

Поскольку я не присутствовал на собрании, на котором выступил генерал Уоллс, я не могу точно сказать, что было сказано. Однако я знаю, что он дал собравшимся офицерам свою личную гарантию, что он не позволит Мугабе прийти к власти. Я также знаю, что речь генерала оставила у большинства офицеров четкое понимание того, что против ЗАНУ будут предприняты военные действия в ‘маловероятном случае’, если она получит большинство на выборах. Это представление, однако, сильно расходилось с тем, что генерал Уоллс сказал своему собственному штабу. В COMOPS нас категорически проинформировали, что никакие неконституционные действия рассматриваться не будут. Генерал Уоллс сказал: “Не может быть и речи о том, чтобы жители Родезии потворствовали военному перевороту”.

Выборы "только для белых" состоялись 14 февраля и прошли гладко: партия "РФ" Иэна Смита, как и ожидалось, получила все двадцать мест для белых. 27, 28 и 29 февраля избиратели по "общему списку" отправились на избирательные участки, где плохо подготовленные лондонские бобби и другие наблюдатели из стран Содружества наблюдали за длинными очередями избирателей, "чтобы убедиться, что не происходит запугивания’. Они понятия не имели, что ЗАНЛА сказала измученным соплеменникам, что причина трехдневного голосования проста. Первый день был для всех людей, голосовавших за Мугабе; Второй день был за Музореву и третий день за Нкомо. Любой, кто не проголосует в первый день, будет наказан очень сурово.

Наблюдатели, большинство из которых впервые оказались на африканской земле, пребывали в блаженном неведении о тонком запугивании, происходящем прямо у них под носом, или о явном запугивании людей, приближающихся из-за пределов их видимости; хуже всего это было во второй и третий дни. Но наблюдавшие за происходящим родезийцы могли ясно видеть коварные методы ЗАНЛЫ. Запугивание было распространено повсеместно, и людям сказали, что голосование за Мугабе продлено на все три дня. “Духи и специальные шпионы выявят любого человека, который не поставил свою метку в пользу ЗАНУ”.

Новости, поступающие со всей страны, казалось, перечеркнули все ложные надежды среди членов Национального комитета. Высокий уровень разочарования был очевиден из-за большой суеты между COMOPS и Домом правительства. Генерал Уоллс послал срочный сигнал Маргарет Тэтчер в попытке остановить разложение. Он не получил ответа до окончания выборов, и не было ни малейшего намека на то, что Британия предпримет какие-либо действия против ЗАНУ.

Пока это продолжалось, я продолжал проводить большую часть своего времени с ЗИПРОЙ и ЗАНЛОЙ. ЗИПРА знала, что происходит на поле боя, и была совершенно подавлена. ЗАНЛА знала, что происходит на местах, и была в приподнятом настроении. В течение всего дня 3 марта продолжали поступать результаты выборов, но четкой тенденции не наметилось до поздней ночи того же дня. Все выглядело плохо, когда я в конце концов отправился спать.

Я помню, как на следующее утро, сидя за своим столом, меня охватило чувство всепоглощающей паники, как только передо мной поставили чашку чая. Хотя я думал, что был полностью готов,