Пари на исцеление - Ольга Дмитриева

прелестная дочь. Иви сегодня само очарование. Адам дар речи потерял. когда увидел ее. Правда, Адам?

Парень что-то невразумительно пробурчал.

К счасть, тут настало время садиться за стол, и с неудобными разговорами будо покончено. Здесь меня ждал еще один сюрприз. Мое место оказалось рядом с Адамом и достаточно далеко от родителей, чтобы не ловить на себе их укоризненные взгляды. Госпожу Фейн повели к началу стола, и она подмигнула мне. Так вот кого стоит благодарить за это!

Я улыбнулась старушке и опустилась на стул. Адам устроился рядом и осторожно накрыл своей прохладной рукой мою ладонь, лежащую на коленях. А затем наклонился и прошептал:

– После танцев хочу показать тебе кое-что интересное.

Я заинтересованно посмотрела на него, ожидая продолжения.

Глава 16

Адам не спешил рассказывать о том, что задумал, только загадочно улыбался.

– Что именно? – прошептала я.

И покосилась на другой конец стола, где мои родители беседовали с хозяевами дома.

– Узнаешь позже, тебе понравится, – многообещающе улыбнулся парень.

Слуги начали подавать закуски. Я подумала, что рассадка гостей на этот раз более удачная, чем обычно бывает у Локвиссов. Возле хозяев собрались главы семейств. Пока мужичины обсуждали погоду, а женщины обменивались светскими новостями, отпрыски проводили время среди сверстников.

Молодежь посадили на другом конце стола, и теперь нас с Адамом окружали парни и девушки примерно нашего возраста. Сухопарый Дарен Локвисс поправил очки. А затем с улыбкой начал рассказывать какую-то скучнейшую историю. Слушали его только из вежливости – парень уже закончил академию и помогал отцу с бизнесом.

Поговаривали, что именно он унаследует состояние семейства. Несмотряна юный возраст, Дарен занимал достаточно высокую должность в компании отца. И, по слухам, отлично справлялся.

Завязался разговор, но я большей частью отмалчивалась – хвастаться было нечем, да и не хотелось. Бизнес отца меня не интересовал, как и политика королевства. Поэтому я сделала вид, что отдаю должное закускам.

Кормили у Локвиссов просто великолепно. Подавали устриц, канапе с изысканными сырами, фруктами и креветками.

Адам в разговоре тоже почти не участвовал. Сидел, небрежно облокотившись на спинку стула, холодный и недосягаемый. Он лишь время от времени бросал ленивые реплики. Казалось, что он выше всей этой возни. Но в то же время, я то и дело ловила его обжигающий взгляд на себе.

С другой стороны от меня оказался тот самый парень с густыми бровями. Названное имя моментально вылетело из головы. Но я его, похоже, заинтересовала. Несмотря на соседство Адама, тот не унимался и задавал мне какие-то вопросы. Причем на мою самую нелюбимую тему – об учебе.

Отвечать совсем не хотелось. Я попробовала сменить тему и спросила парня:

– А где ты учишься?

Тут густобровый начал разливаться соловьем. Оказалось, что он студент Академии права, играет за «Свирепых гарпий» и приехал на матч, который будет через неделю. Я чувствовала, как рядом напрягся Адам. И тогда сообразила – да этот Локвисс из команды соперников! "Свирепые гарпии" будут играть против "Непобедимых драконов", команды нашей академии.

Время от времени парень посматривал на Адама, и тот отвечал ему ледяным взглядом. В нем было обещание раскатать голосистого Локвисса на поле для магбола. Я сделала мысленную зарубку, что на матч нужно сходить. Противостояние обещало быть интересным.

Но на этом внимание к моей персоне не иссякло!

Зазвучала музыка. Никаких артефактов для этого Локвиссы не признавали. В углу зала устроился камерный ансамбль. Я засмотрелась на то, как музыканты ловко орудуют смычками, и упустила момент, когда Адам поднялся на ноги. В этот момент Локвисс наклонился ко мне и предложил:

– Потанцуем?

Но Адам уже склонился в церемонном поклоне и протянул мне руку, приглашая на танец. Сердце сделало сальто. Я не колебалась ни мгновения и вложила в протянутую ладонь свои подрагивающие пальцы. Здесь мои родители, госпожа Алисия… Но отказать было выше моих сил.

Адам вывел меня на середину зала и шепнул:

– В таком прекрасном платье нельзя не танцевать. Ты сегодня сияешь.

С этими словами он привлек меня к себе. Я положила руку ему на плечо и сделала первый шаг. Сердце в груди бухало так, что я едва слышала музыку. Парень кружил меня в танце, а я тонула в непроницаемом взгляде черных глаз. И с каждой минутой все лучше понимала, что пропала и покорена окончательно.

Казалось, что все наблюдают за нами. Но разлучаться не хотелось, и одним танцем мы не ограничились. После Адам увлек меня в сторону, где стену закрывали тяжелые портьеры.

Я отметила, что мои родители присоединились к танцующим и пока увлечены друг другом. Мама в его объятиях казалась особенно хрупкой. Интересно, как смотерились мы с Адамом?

Парень продолжал мягко вести меня за собой. Улучив момент, он проскользнул за одну из занавесок. Мне ничего не оставалось, кроме как последовать за ним.

В полумраке я увидела стеклянную дверь. Та оказалась не заперта. Старшекурсник уверенно повернул ручку и посторонился, предлагая мне первой шагнуть за порог. Я подобрала пышную юбку и неуверенно ступила в темноту. Мы оказались в едва освещенном переходе, по обеим сторонам которого чернели ряды окон.

– Куда мы идем? – шепотом спросила я, оглядываясь назад.

Через плотно прикрытую дверь доносились приглушенные звуки праздника, но Адам неумолимо тянул меня вперед.

– Увидишь, – загадочно ответил он.

Я послушно шагала следом. Далеко идти не пришлось. Скоро нас встретила еще одна стеклянная дверь, и мы оказались в просторном помещении. Адам коснулся неприметного выключателя, и в темноте один за другим начали вспыхивать ряды маленьких желтых огоньков.

Тогда я поняла, куда он привел меня – оранжерея! Вокруг возвышались деревья и причудливые кустарники. Буйно цвели какие-то редкие цветы. Между ними вились мощеные дорожки, которые освещал теплый свет фонариков. Я вскинула голову и увидела прозрачный купол, на который медленно опускались снежинки.

Рука об руку мы шагали по тропинке. В дальнем конце оранжереи обнаружился изящный столик и два легких плетеных кресла. Адам сделал приглашающий жест, но садиться я не захотела. Вместо этого подошла к окну и стала рассматривать припорошенный снегом сад. В стекле отражались ряды огоньков. А еще от него исходил холод, и я зябко повела плечами.

Адам тут же подошел сзади и обнял меня. Стало тепло и хорошо, я с тихим вздохом откинулась на грудь парня, позволила его объятиям сомкнуться крепче. Хотелось простоять так целую вечность, но парень склонился к моему уху и шепнул:

– Иви… Я должен кое о чем тебя спросить.

– О чем? – пробормотала я.

Но задавать свой вопрос он не спешил. Перебросил