Бриллиантовый холостяк - Яся Недотрога

Озвучить неловкий для меня вопрос парень не позволил.

– Ничего не нужно, – перебил он. – У них привязка к банковскому счёту моего друга.

Ну, отлично.

– А этот друг… он как к подобному отнесётся?

– О нём не волнуйся, он всё понимает.

Замечательно, но…

– Я возмещу эти затраты.

Думала Нэйлз засмеётся, ведь я пока не в том положении, чтобы раздавать финансовые обещания, а он возмутился:

– Даже не думай! Уж поверь, мой друг не обеднеет. Даже если будешь есть как рота гвардейцев в праздничный день!

Прозвучало так, что я смутилась, и мысленно пожелала этому другу всяческого благополучия. Боженька, пусть его богатства приумножатся. И дай ему не только денег, но и здоровья, чтобы тратить эти деньги в удовольствие. Он явно заслужил.

– Так, – вернулся к панели Нэйзл. – По горничной тоже самое. Жмёшь на кристалл, ждёшь, а когда он ответит, называешь день и удобное тебе время.

Стоп. Он?

– Горничная что… мужчина?

– Ну да. – Рыжий немного смутился и почесал затылок. – Эта квартира, понимаешь… Это ведь в самом деле убежище. Мой друг отдыхает здесь от всего. От дел, людей, даже от любовниц. Он холостяк, но… Короче, отдыхает.

Всё, выдержка закончилась. У меня приоткрылся рот.

То есть мы в холостяцкой берлоге, куда не водят женщин? Поразительно! Кто бы мог подумать! Это прямо как улей без мёда.

– А имя у друга есть?

– Тебе зачем? – насторожился Нэйлз. Прозвучало ревниво.

– Хочу знать кого благодарить, – искренне призналась я.

Сообщник поморщился.

– Мой друг предпочёл остаться инкогнито, и благодарности не ждёт. Благодарить, если очень хочется, можешь меня.

Да. Моя благодарность к Дрэйковому племяннику и так была выше гор, но я пока не знала как её выразить. Разумеется, учитывая симпатию, был один способ, но его я отбраковала. Прости, Нэйлз, невзирая на все достоинства, на мой вкус ты слишком юн.

Но вслух, конечно, нейтрально:

– Хорошо. Поняла.

Он снова почесал затылок.

– Ну, если поняла, тогда заказывай еду, а я пока схожу в лавку готового платья за каталогом.

– Каким ещё каталогом? – окончательно поразилась я.

– Алексия, тебе нечего надеть, – сообщил рыжий доверительно. – Причём действительно нечего, в прямом смысле. А не как у вас, леди, это обычно бывает.

Я очень медленно кивнула и снова обратилась к Всевышнему с молитвой. Пожалуйста, дай этому парню побольше счастья. Пусть у моего замечательного сообщника всё будет хорошо.

Глава 12

Чуть позже, одна из улиц Нового района столицы

Нэйлзу не очень-то хотелось посвящать остальных, но с Артуром он всё-таки связался. Вытащил из кармана новенький коммуникатор и, приложив большой палец к переговорному кристаллу, отправил мысленный импульс – произнёс имя и визуализировал лицо.

В глубине кристалла замерцал огонёк, это означало что вызов активен, нужно дождаться ответа.

Спустя пару секунд раздался голос:

– Нэйлз! Ты где? Алексия пропала!

– Да не ори ты, – поморщившись, пробормотал Нэйлз.

Он «звонил» с улицы, и вопль друга привлёк внимание прохожих. Пожалуй следовало воспользоваться коммуникатором позже, уединившись в одной из комнат квартиры, но Нэйлз поступил так, как поступил.

– Алексия со мной. Это я её забрал.

– Вы сбежали? Причём тайно? – поразился Артур. – Но зачем?

– А то ты не понимаешь.

Артур мог «понять» такой побег как угодно, придумать множество вариантов. Но разум взял верх над возможной двусмыслицей. Более того…

– Это очень кстати, Нэйлз, – Артур перешёл на шёпот. – Тут Уортсов прижали, маги из личной гвардии Бертрана всё-таки будут осматривать особняк.

Рыжий хмыкнул, похвалив себя за сообразительность, и перешёл к главному:

– Короче, передай нашим, что с ней всё хорошо. Где она пока не скажу, но, если что, буду держать в курсе.

Повисла недолгая пауза, и Артур не выдержал:

– Дрэйк тебя прибьёт.

Разумеется, можно было объяснить, но, во-первых, не хотелось приплетать к истории дядю. А во-вторых, так ли его участие важно?

– Переживу, – хладнокровно произнёс Нэйлз.

Видимо зря он это сказал. Впрочем, Артур всё равно бы прикопался. Но не объяснять же другу всю подноготную? Особенно про попытку спасти от праведного гнева родственников самого себя?

– Хм… А что это ты так переменился к Алексии? – не без ехидства спросил Артур. – Раньше ты её терпеть не мог.

– Не было такого, – розовея ушами, огрызнулся рыжий. – Я всегда относился нормально, просто не показывал.

– Да неужели? – собеседник развеселился.

И да, он был прав!

Нэйлз Алексию недолюбливал. Причина неприязни была связана, прежде всего, с семейными делами. Ну и сама леди Рэйдс восторгов не вызывала. Колючая, капризная, но одновременно забитая. Этакий противоречивый бродячий щенок.

Почему бродячий? Потому что часто сбегала от опекунши, которая носилась с ней как с позолоченной вазой. Невзирая на договорённости с лордом Бертраном, о которых было известно многим, пыталась сосватать Алексию за кого-нибудь ещё.

Нынешняя Алексия была приятнее, словно взрослее.

Но!

– Нормально я относился, – ворчливо повторил рыжий. – А включился потому, что это уже за гранью. Пилюли какие-то, долги эти странные.

– Ну, про долги мы и раньше говорили, – напомнил Артур. – Но тут, как понимаешь, сложно помочь.

Помочь сложно, но… Ладно, не важно.

– Короче, давай, – буркнул Нэйлз. – Бывай. Если что, свяжусь.

– Договорились, – сразу посерьёзнел Артур. И прежде, чем отключиться: – Привет ей от меня. От всех нас.

– Угу.

Алексия

К моменту, когда Нэйлз вернулся, удерживая подмышкой внушительных объёмов журнал, еду уже доставили.

Тема люкса при этом продолжилась – блюда принесли в керамических контейнерах, обёрнутых подобием фольги. Всё заказанное, включая два кувшина с морсом, помещалось в объёмную плетёную корзину, разделённую на две секции – одна для еды, вторая для напитков.

На дне каждой секции лежала подложка, для еды она была горячей. Напитки подложка наоборот охлаждала, на керамике кувшинов проступал конденсат.

Меня интересовало всё! Я отнесла корзину на кухню, пространство сразу наполнилось невероятными ароматами. Многострадальный желудок в очередной раз сжался, но я твёрдо решила терпеть.

Лишь после того, как хлопнула входная дверь, а из коридора донеслось сердитое «Это я!», я принялась раскладывать еду по тарелкам и перетаскивать тарелки в столовую. Минут через пять мы уже сидели и поглощали оплаченный безымянным другом ужин. Выяснилось, что оголодала не только я.

Сначала Нэйлз пытался строить из себя аристократа, но быстро сорвался. Просто я-то не стеснялась. Моё излишне худое тело не просило, а прямо-таки требовало строительный материал.

Белок! Клетчатка! А-а-а!

Где-то на задворках сознания хмыкал Арти…

В итоге ключевой артефакт не выдержал и заявил:

«Если хочешь устроить свою личную жизнь, то ешь всё-таки скромнее».

В этот раз я не