Песнь первая. Дитя Грозы - Тиа Атрейдес

Почему, почему она так ненавидит меня? Вся прислуга шарахается и в грош не ставит — что такого она наговорила? Сама смотрит, как на нищенку базарную. Ах, Шу, ты так выросла! Надо платья тебе новые заказать, а чем ты моешь волосы? Мылом? Ну что ты, я пришлю тебе рецепт шампуня. А что с твоими руками, дорогая? Кто же ездит на лошади без перчаток? Какие опыты, ты же принцесса! И так сочувственно смотрит, ну прям как будто помру сейчас. К демонам такое унижение! До завтра хоть из кожи выпрыгну, приведу себя в порядок. Танцевать завтра не буду, ищите дурочку в другой деревне, научусь попозже. И веером пользоваться научусь! И вилку правильно выбирать! Кто сказал, что выучить всю эту элегантную муть сложнее, чем правильно нарисовать руну оберега от первого удара? Или шампунь готовить труднее эликсира смеха? Как бы так подсунуть его Ослепительной, желательно, завтра на балу…

Я колдунья или кто? Представим себе красивое платье… а какое? Откуда я знаю, какое платье мне подойдет? Нет, лучше того, кто может быстренько сотворить что-нибудь приличное. Оглянемся вокруг… где тебя искать? Восточное крыло… Ага, сейчас пойдет на третий этаж.

— Балуста, беги скорее! Тащи её сюда!

Эльфийка поняла Шу с полуслова и вылетела за дверь.

Тебе, ненаглядная сестричка, ещё придется со мной считаться!

Послав верную подругу на охоту, Шу принялась в нетерпении мерить комнатку шагами, заглянула ещё раз в убожество, выдающее себя за ванную комнату — умывальная раковина из простой керамики, одинокий холодный кран и большая дубовая кадка с остывающей водой. В прошлый визит в столицу до такой изысканной гадости Её Великолепие ещё не додумалась. А может, времени не хватило канализацию испортить.

«Интересно, какие приятные сюрпризы ожидают меня завтра? А в покоях Кея? Боги, а если у Рональда хватило наглости подсунуть в его комнаты какую-нибудь магическую пакость? Так, чтобы эффект не явный и сразу, а постепенно и вроде не заметно? И Кей или заболеет, или с ума начнет сходить, или ещё что?»

Мысли Шу становились всё тревожнее и побуждали её скорее бежать к брату. Но тут, наконец, открылась дверь.

— Балуста! Милая, ты привела портниху? А она справится до завтра?

— Шу, не волнуйся ты так. Я её украла по дороге к Ристане.

Баль втолкнула в комнату нагруженную отрезами ткани и корзинкой со всякой швейной всячиной испуганную женщину. Спрятав обратно за пояс кожаных бридж охотничий нож, леди Ахшеддин строго посмотрела на швею.

— Ты сделаешь принцессе платье до завтра?

— Принцессе? Но я и шла к принцессе! Она ждет! — в голосе портнихи отчетливо слышалась паника.

Ещё бы! Разбойного вида нечисть выскочила из-за статуи в коридоре, приставила к горлу нож и притащила в какую-то невнятную комнатку, где ещё эта девчонка! Боги, что за страх. Глаза горят, как у кошки, волосы всклокочены, сплошные локти и коленки, и бегает по комнате, как ненормальная, и от неё прям мурашке по коже… И спрашивает про бальное платье для принцессы…

«Кажется, я схожу с ума», — подумала портниха и попыталась упасть в обморок.

— Эй, не падай! — Под носом вместо нюхательной соли оказался всё тот же нож. Она передумала падать. — Это и есть принцесса. Принцесса Шу, она сегодня приехала.

— Баль, погоди, перестань пугать бедную женщину. — Девчонка встала напротив портнихи и несколько смущенно улыбнулась. — Меня зовут Шу. А тебя?

— Клайле, Ваше Высочество. — Она наконец разглядела в девчонке знакомые черты королевской фамилии. — Что вам угодно? — присела в полуреверансе, пряча глаза и думая о том, что Её Высочество Ристана не преувеличивала, описывая характер и внешность младшей сестры как очень нелегкие для восприятия, не сказать, немного жутковатые.

— Клайле, — голос принцессы был на удивление мягок. — Извини Балусту, она не хотела тебя напугать. Ты можешь помочь мне?

— Что желает Ваше Высочество? — Клайле подняла глаза на принцессу, донельзя удивленная тем, что королевская особа назвала её по имени, да ещё извинилась. Она шила платья Её Высочеству Ристане вот уже четыре года, и та так и не запомнила, как её зовут. Ужас по имени Шу вдруг стал ей намного симпатичнее.

— Видишь ли, Клайле, мне завтра надо обязательно быть на балу. Но у меня нет платья. Ты поможешь? — робкая надежда в голосе Шу сломала последний барьер в душе портнихи.

— Но как же? Ведь для Вас шила платье сама Иффа, она лучше всех!

— Боюсь, Клайле, Иффа шила не для меня, — и Шу кивнула на висящее у зеркала нечто изящное, воздушное и нежно-розовое.

Клайле представила себе Шу в этом… И подумала, что пожалуй, если и можно сделать Шу ещё некрасивее, то только одев именно в это платье. Бледная кожа, резкие черты лица, черные тусклые, беспорядочно вьющиеся волосы, серо-непонятно-какие глаза, бледные губы и угловатая, тощая фигура четырнадцатилетней девочки — в бледно-розовом, с облегающим лифом и открытыми руками! Жуть!

Клайле промолчала и стала перебирать груду тканей, предназначенных для Ристаны. Она достала отрез насыщенно бирюзово-переливчатого тяжелого шелка и кусок кружевного полотна светлого серо-сизого цвета с серебряной нитью и фестончатым краем.

— Давайте попробуем, Ваше Высочество. — Клайле улыбнулась. Кажется, не всё так печально, если верно подобрать цвет и фасон. — Идемте к зеркалу.

На плечах Шу оказался бирюзовый шелк.

— Немного драпировок, здесь выточки, добавить объём, здесь вставить кружево, ещё кружево на рукава, и тут на юбке подобрать… Если волосы наверх, и выпустить пряди…

Шу взглянула в зеркало. Оттуда уставилась на неё худенькая, но вполне пристойная на вид девушка. Не самая красивая на свете, но по сравнению с тем, что было…

— У меня будет платье… Клайле, у меня никогда не было ничего подобного… — Шу чуть не плакала. — Ты ведь сделаешь к завтрашнему вечеру, правда?

— Сделаю. — У Клайле уже горели кончики пальцев, как всегда перед тем, как браться за работу, которая нравится. — Сюда бы ещё сапфиры и белое золото, или серебро… и серебряную сеточку на волосы…

— Я достану. У отца хранятся мамины сапфиры, я знаю…

— Ваше Высочество, а кто будет делать Вам прическу?

— Ристана обещала прислать мастерицу, но если это будет похоже на розовое платье… — в глазах Шу зажглись злобные лиловые огоньки, — Балуста поймает мне кого-нибудь. Или я сама.

Клайле посочувствовала тому, кого будет ловить эта сумасшедшая лесная дева, и предложила:

— Может, лучше позвать мою помощницу? Она принесет всё, чего не хватает для шитья, и займется вашими волосами, и… — Клайле осеклась, не зная, как отреагирует принцесса на предложение попробовать всё же сделать что-то с её кожей и руками.