Злодейка должна умереть - Анастасия Медведева

это такой? Даже мне стало любопытно! – фыркает Рафаэль, едва не протыкая небо своим вздёрнутым носом.

– Мне тоже интересно, у кого это в Сумеречном Королевстве такие скрытые таланты, о которых я не знаю.

– Вы знаете его, ваше величество. Как знает о нём Милорд… по крайней мере слышал точно. Я говорю о служащем Тайной Канцелярии, занимающейся делами государственной важности в этом самом дворце на самом нижнем этаже, который в простом доме назвали бы подвалом, а знающие люди называют это место подземным дворцом… – произносит отец, и я вижу, как вытягивается лицо Алера Первого, – Я прошу, чтобы тайный дознаватель канцелярии – господин Дэльрей, оберегал жизнь моей дочери, начиная с этого дня.

Глава 9. Мы же… я же… серьёзно?!

В помещении устанавливается звенящая тишина, нарушаемая лишь глубокими вздохами Вирджинии, корсет которой не давал ей дышать нормально.

– Знание этой информации карается смертью, барон, – предупреждающим голосом произносит король.

– Я не могу не знать об этом, если учесть, что мой отец давал деньги короне на обустройство подземного дворца, – отвечает папа так просто, что у меня в третий раз открывается рот.

Как бы там кто не завёлся… с такими-то открытиями.

– Если бы ваш отец был жив, ему бы пришлось отвечать за утечку тайной информации, – суровым голосом предупреждает король.

– Но мой отец умер, а я продолжаю его славное дело – поддерживаю стабильность в Сумрачном Королевстве, – напоминает отец о своих собственных вложениях.

– Это так. Ваш вклад неоценим. И всё же… Тайная Канцелярия потому и тайная, что никто о ней не должен знать! – чеканит Алер Первый, с недовольством глядя на папу, затем на меня, затем снова на папу… вот только… присутствие Вирджинии его нисколько не напрягает.

Она что, и до этих тайн допущенная?!

– Вы сказали – любой житель Сумрачного Королевства, – спокойно отзывается отец, бессовестно манипулируя хронологией событий, – и я вспомнил о том, кто вызывает моё личное уважение.

– Вы знаете господина Дэльрея лично? – подняв бровь, с холодом уточняет король.

– Нет. Но ещё от отца я слышал историю о молодом служителе порядка, который быстро поднимался вверх по карьерной лестнице лишь благодаря своему труду и личным талантам. Десять лет назад это был ещё совсем юнец, потерявший родителей и стремящийся всего добиться сам. Полагаю, сейчас это уже опытный мужчина. И я хочу, чтобы именно он отвечал за безопасность моей дочери, – отрезает отец, после чего добавляет чуть мягче, – конечно, если это не обременит ваше величество.

– Это… можно устроить, – протягивает король, задумавшись на некоторое время и всё же кивнув, – ваш отец и впрямь мог знать Дэльрея: он тогда только пришёл, но уже наделал шуму. Сколько же лет назад это было?..

– Нашуметь он успел уже девять лет назад. Я это помню хорошо, потому что спустя полгода мой отец умер от лихорадки, – отвечает папа.

А я попыталась вспомнить дедушку, но в памяти всплыли лишь цепкие морщинистые руки. Дед почти не был дома, всё время проводя в делах где-то там, за пределами родных стен…

Трещина в общении деда и отца стала очевидной для меня только сейчас. Но что же их так развело в разные стороны, что я не могла вспомнить лицо деда за семейным ужином?.. Только его спину в дверях или те самые руки, которые он редко тянул в мою строну, так и не решаясь взять меня, – а я в свою очередь боялась нечастого гостя, и предпочитала отворачиваться, утыкаясь лицом в юбку очередной служанки. Или это уже была Игги?..

Как мало я помню о том времени…

– Пошлите за господином Дэльреем, – отдаёт приказ слугам король, не отрывая глаз от моего отца, – надеюсь, вы понимаете последствия данного выбора?

– Разумеется, – сухо отвечает папа.

В следующую секунду внутрь помещения, называвшегося здесь Деревянной Комнатой и предназначенного для приёма самых близких к королю господ, входит безликий слуга и передаёт послание королю.

Тот принимает свиток и отходит к окну, чтобы ознакомиться с содержимым, а я получаю возможность сделать шаг к отцу и шепнуть в его сторону:

– И какие такие последствия ждут нашу семью?

– Ничего нового, – с кислым лицом отзывается отец, взглянув на Вирджинию и Рафаэля, которые в данный момент были заняты какой-то крайне эмоциональной, но такой же тихой, как и у нас, беседой.

– И что это значит? – пытаюсь понять, пока у нас есть такая возможность.

– Раньше я платил за право называть твоим женихом троюродного племянника короля. Сейчас я буду платить за возможность получить в твои телохранители одну из самых известных во дворце личностей.

– Он так хорош? – загораются мои глаза.

– Он жесток. И беспощаден. Говорят, ещё безжалостен настолько, что не видит разницы между закоренелым преступником и подростком, случайно ступившим на скользкую дорожку… по поводу женщин и старух тоже кто-то что-то говорил, но этому я уже не верю, – почесав подбородок, неуверенно заканчивает отец.

– Что это за монстр такой?! – в ужасе спрашиваю его.

– Это человек, который подчиняется исключительно закону, и никакие другие авторитеты для него не имеют значения. В нашем случае… – отец поворачивает ко мне голову и заглядывает в глаза, – это идеальный вариант.

– Как скажете, – бормочу, без особой радости поглядывая на дверь.

Отцу и впрямь виднее, но отчего-то описание законопослушного убийцы, обитающего в подвале дворца, не вызывает у меня особых восторгов.

Скорее оторопь.

– Ксавье! – зовёт отца по имени король, и подобная фамильярность вызывает у меня неприкрытое недоумение.

– Всё в порядке. Когда Алер зол, недоволен или смущен, он становится довольно простым в общении, – успокаивающим голосом шепчет мне папа и идёт к королю.

А ко мне тихонько крадутся Рафаэль и Вирджиния…

– Вайолет, если ты не желаешь, чтобы этот страшный человек охранял тебя, только скажи, – прочистив горло, предлагает Рафаэль, – я, конечно, не смогу быть подле тебя каждый день, но, уверен, леди Вирджиния сможет навещать тебя довольно часто – особенно после твоего сегодняшнего признания в желании помириться!

Эти двое, почаще, у меня дома – все эти слова провоцируют появление мурашек на коже.

Даже описание этого Дэльрея, как страшного человека, из уст Рафаэля не напрягает меня так сильно, как мысль о том, что пара моих будущих убийц будет топтать порог моего дома по моему же согласию.

– Я благодарна за ваш доблестный и невероятно благородный порыв, но, пожалуй, откажусь, – растягиваю губы в улыбке.

– Леди Вайолет, мы с вами теперь что-то вроде сестёр по несчастью! – взволнованная, Вирджиния пытается сократить между нами расстояние, но я успеваю вовремя отступить, сделав