Злодейка должна умереть - Анастасия Медведева

причине, по которой он не представился мне, – потупив взор, отвечаю. – Ваше величество, моя рана расположена в том месте, которое приличные девушки прячут от взора посторонних людей…

– Если он лекарь, то, чего вам стесняться? – хмурится король.

– Я, наверно, не упоминала, что это был очень молодой лекарь, привлекательный на лицо и умелый… мне будет крайне неловко увидеть его в следующий раз, если этот следующий раз когда-нибудь произойдёт! – произношу негромким, слабым голосом, – Думаю, он понимал это, когда решился на такой странный шаг.

– Насколько он был привлекателен? – неожиданно спрашивает Рафаэль, но король его осекает:

– Какая разница? Он спас леди Вайолет – и это самое главное! – резким голосом чеканит король, и эта его реакция слегка напрягает меня.

Что-то в ней было… неестественное. И всё же – склоняюсь в реверансе:

– Благодарю за заботу, ваше величество.

– Тем не менее, я не могу не отметить поспешность вашего решения отказаться от помолвки, – сурово продолжает Алер Первый, – я знаю, что в последнее время Рафаэль проявлял некоторую небрежность по отношению к своим обязанностям в качестве вашего жениха, но это лишь потому, что я лично просил его оберегать жизнь леди Вирджинии!

Какой, однако, подбор слов! Я даже не знаю к чему придраться. Да и не позволит мне моя маска глуповатой дочурки богатого барона…

– Жизни леди что-то угрожает? – неожиданно уточняет отец, встревая в беседу.

– На жизнь леди Вирджинии так же было совершено покушение. Мы ещё только разбираемся в причинах, потому сейчас я могу констатировать лишь одно – обе леди привлекли внимание неопознанных сил, которые могут быть угрозой не только их жизням, но и всему королевству, – чеканит король с таким лицом, словно общался с этими «силами» вчера и всё точно выяснил.

– Какая польза в их смертях? Прошу прощения леди, – отец дарит Вирджинии крохотный наклон головы, – но я искренне не понимаю, чем вы обе могли привлечь злоумышленников! Разве что своими прекрасными лицами.

Ого! А мой папа ещё тот дамский угодник!

– В этом деле будут разбираться специалисты. То, что нам трудно понять, поймут они, – небрежно отзывается король, вяло отмахнувшись рукой, – но в том, что эти нападения связаны, я не сомневаюсь. На лицо преступный сговор!

– Сговор против прекрасных леди? – крайне вежливо и с невероятным спокойствием уточняет отец.

– Обе леди находятся под покровительством короны! – позволяет себе осечь моего отца Рафаэль, – Это вызов Министерству Порядка и его величеству лично!

И что-то его понесло, по-моему. Моя смерть никак не может быть вызовом королю, скорее – подарком лично Рафаэлю и Вирджинии.

– В королевстве есть организация, имеющая цель подорвать веру людей во власть короны? – задаёт вопрос отец, сосредоточенно глядя на правителя.

И я понимаю, что, вот оно! Наконец-то мы подбираемся к главным злодеям Сумрачного Королевства, существование которых столько раз провоцировало мою смерть, – а я уверена, что всё это взаимосвязано!

– Вполне возможно, – серьёзно кивает король, – я в курсе всего, что происходит в королевстве, в том числе – о похищениях людей. Однако, Министерство Порядка не способно защитить жителей, потому что не может понять критерий выбора жертв.

– Они каждый раз разные? – врывается в разговор Вирджиния.

– К сожалению, это так, – мягко отзывается король, с родительской нежностью взглянув на неё.

И раньше… это бы меня дико выбесило. Но сейчас я не почувствовала ничего кроме недоумения: кто она такая, что король так печётся о ней? При этом я действительно не испытываю ни зависти, ни злости – это логичный вопрос с учетом того, что, находящаяся под покровительством короны, леди Вирджиния не имеет титула!

– Прошу прощения, что спрашиваю об этом, – неожиданно подаёт голос Вирджиния и добивается того, чтобы все участники беседы посмотрели на неё, – но кто защитит леди Вайолет, реши злоумышленник повторить своё нападение?

Признаюсь, в первые секунды я выпадаю из реальности, впечатленная её подходом. Она и впрямь делает всё, чтобы выглядеть добропорядочной прелестницей, заботящейся обо всех вокруг!

Рафаэль бросает быстрый взгляд на короля, опускает глаза и поджимает губы. Очевидно, что этот вопрос решать не ему. Уже не ему, если вспомнить о разрыве помолвки. Или вообще и никогда – не ему, в случае если троюродный племянник короля ни разу в жизни не принимал самостоятельных решений, следуя воле своего всесильного родственника.

– Это действительно важный вопрос. Ведь Рафаэлю не разорваться между двумя леди, даже если леди Вайолет разрешит это недоразумение с разрывом помолвки, – кивает король, а у меня аж рот раскрывается.

То есть… даже если я прощу Рафаэлю всё его недостойное поведение, то он не сможет оберегать меня, поскольку уже оберегает Вирджинию?

Встречаю взгляд отца и ощущаю моральную поддержку: лицо папы чётко выражало всё то, что сейчас творилось у меня внутри. Однако, родитель не стал бы бароном, допущенным до встречи с королем, если бы не умел брать эмоции под контроль и быстро находить решения.

– В таком случае у меня есть предложение, которое удовлетворит все стороны, – произносит он, подняв подбородок.

– Все стороны в любом случае не будут удовлетворены, ведь ваша дочь разорвала помолвку с моим троюродным племянником, – напоминает ему король, а у меня вновь открывается рот от изумления.

Никакой иной пользы, кроме денег отца, эта помолвка короне не принесет. И так открыто заявлять об ущемлении прав в подобном случае – это какая-то неведомая для меня величина наглости и высокомерия, укрытая под оберткой из приличий.

– Все прочие, кроме этой, договоренности останутся в силе. Но я прошу выделить для своей дочери человека, способного устрашить любого противника своей репутацией и своим авторитетом, – сухо произносит отец.

– Вижу, у вас есть кто-то на примете, – внимательно смотрит на него король, – любой представитель Министерства Порядка или городской стражи почтёт за честь охранять жизнь леди Вайолет!

– Есть, – кивает папа, – но этот человек не из Министерства Порядка и не из городской стражи.

– Кто же это тогда? – хмурится король Алер Первый, – Разве может кто-то сравниться в мастерстве с лучшими воинами, служащими в Министерстве Порядка? А если он не умеет обращаться с мечом, то я могу лишь выразить недоумение по поводу вашего выбора! Как бы то ни было, любой житель Сумрачного Королевства, если это не я и не член моей семьи, которая является неприкосновенной, выполнит вашу просьбу – вот вам моё слово!

– Благодарю, ваше величество. Я польщен вашей щедростью, – чуть улыбнувшись, отзывается отец. – В таком случае, расскажу вам о своём кандидате… он не столь известен, как почтенные мужи из Министерства Порядка, но своё имя сделал сам, будучи выходцем из простого народа.

– Да кто же