Волчья стая - Роберт Черрит

Скрупулезное обследование показало, что боевая броня наемного убийцы действительно была сделана в Клане Рыси, хотя у подосланного убийцы не было ни роста, ни типичного сложения элементала. Это могло означать, что он не из клана, но не обязательно; не всякий элементал имеет фенотип воина клана. Тем не менее и клановец, не имеющий фенотипа элементала и при этом завоевавший право носить боевую броню, должен быть высококомпетентным воином. Неудавшийся убийца Волка едва ли мог толком управиться со своим броне-костюмом. Зато действительно немаловажным фактом для расследования оказались специальные приспособления внутри костюма, позволявшие управлять им человеку небольших размеров: они явно были сделаны во Внутренней Сфере.

Нам было известно, что Империя Драконис захватила несколько бронекостюмов у Клана Рыси, – когда Хосиро Курита заманил клановцев в ловушку при Волкотте, и потом еще больше ему удалось захватить на поле битвы у Лютеции. Большая часть деталей этого приспособления своим происхождением была явно обязана Империи Драконис, что сделало государство Дома Куриты очевидной ступенью для первого шага в расследовании. Нехватка агентурных связей внутри Империи тормозила расследование, но тем не менее диверсант с возможной осторожностью был опознан. Им оказался некий Кен О'Шонесс. Как выяснилось по данным разведуправления куритсу, О'Шоннес был агентом Клана Дофхайксе, наследственной организации, построенной по образцу кланов ниндзя древней Терры. Разведке Волка не удалось обнаружить ни одной записи о том, что этот человек проходил курс обучения по использованию бронекостюма, однако для этого его вполне могли перебросить на Новый Самарканд – планету, где куритсу разместили свою учебную базу для формируемых пехотных подразделений по образцу элементалов.

Когда пришло последнее донесение разведки, только самые упрямые остались верны версии об убийце из клана. И хотя разведке Волка не удалось определить, кто отдал приказ о нападении, казалось вполне вероятным, что Такаси Курита решил, что пришло время Джеймсу Вульфу славным или бесславным образом умереть.

И вот какой-то куритсу стучал в нашу дверь после того, как Волк едва не стал жертвой вражеских козней.

Теперь ответственность лежала на посланнике. Собственно, это было лучшее, что мы могли сделать для представительства любого из Великих Домов, но гораздо больше, чем было сделано для любого из куритсу со времени сражения на Мизери.

Приемный зал декорировали в стиле Империи Драконис, и перед сиденьями для знатных гостей не без умысла была выставлена настоящая керамика. Я увидел в этом слишком уж тонкий намек: вряд ли посланник узнал бы работы такого второстепенного мастера, как Минобу Тетсухара, которому, однако, удалось добиться славы в несколько иной области деятельности – в качестве командующего куритсу на Мизери.

Посланник Иноши прибыл в национальном облачении: долгополом камзоле синего шелка, но оттенка столь темного, что материал казался совершенно черным на фоне серых шаровар в светлую полоску. Кушак из переливчатого радужного шелка облегал его чресла, и короткие гетры из того же материала покрывали верх сверкающих черных туфель. Человеком он был стройным, подтянутым и передвигался чуть заметно прихрамывая – напоминание об одном сражении, судя по медалям и планкам на груди. Некоторые из этих украшений отмечали участие их владельца в операциях на границе Дэвион – Курита во времена Четвертой Наследной Войны.

Если посланник Иноши и узнал керамику, то не подал виду.

Пока он вместе с сопровождающими лицами занимался принятой в таких случаях ни к чему не обязывающей праздной светской беседой, растянувшейся на несколько часов, я не переставал удивляться, почему Волк устроил куритсу в этой игре столь легкую партию. Я слышал, что раньше он действовал гораздо прямолинейнее. С возрастом приходит сдержанность, решил я. Но многие могли увидеть во всей этой уклончивости и многословии признаки слабости вождя.

Было почти десять вечера, когда Иноши наконец объявил, что он имеет честь вручить Джеймсу Вульфу послание от Такаси Куриты, Координатора Империи Драконис, Некоторые из стоявших рядом со мной Драгун были явно удивлены: они были убеждены в том, что Иноши был человеком Теодора. Однако Волк даже глазом не моргнул.

– Кажется, это не вызывает у вас удивления, полковник Вульф, – заметил Иноши. – Вероятно, вы уже узнали о цели моей миссии за долгие недели, проведенные мною в пути к Фортеции.

Волк отвечал с вежливой улыбкой.

– Возможно, ваше послание удивит больше, чем имя вашего поручителя.

– Возможно, что именно так и произойдет, полковник-сан. – Посланник наклонил голову. – Координатор – человек чести. У него долгая память.

– Как и у меня.

– И он понимает это. – Посланник воздел руку. Облаченный в кимоно адъютант мигом подлетел и вручил Иноши свиток рисовой бумаги, который был перехвачен черной тесьмой, скрепленной печатью с изображением драконьей головы – герба Дома Куриты. – Координатор хорошо осведомлен о том, что вы некогда командовали японцами, но тем не менее составил это послание на вашем родном языке. Как того требует честь.

Полковник ответил церемонным наклоном головы.

– Я восприму этот жест в соответствующем духе.

Посланник также должным образом наклонил голову, откликаясь на слова полковника, и чуть заметная тень скользнула по его лицу. Думаю, он оценил двусмысленность слов полковника Вульфа.

– Послание Координатора открывается стихами:

Славы закат;

Цветы на осеннем ветру -

Воина жизнь.

Волк выпрямился и подобрался. Более минуты он оставался в молчании. Иноши спокойно выжидал, не проронив ни слова. Очевидно, под оставшейся частью послания подразумевались слова, которыми Волк ответит на эти стихи. Вокруг уже начинали нервничать, как вдруг наконец полковник заговорил:

Братья-светила

Пролитой кровью метят

Дня поворот.

Посланник ответил на это глубоким поклоном.

– Я вижу, что мои опасения насчет того, что Координатор неправильно поймет вас, были беспочвенны. – И, словно эта реплика была сигналом, адъютант достал из кимоно роскошный футляр и вложил его в протянутую руку посланника. Иноши с поклоном протянул футляр полковнику Вульфу. – Здесь находится формальный вызов вместе с личным посланием от Координатора. Не сможем ли мы в ближайшее время обговорить детали?

Полковник принял футляр из рук посланника, однако его ответ был прерван внезапным прибытием Стэнфорда Блейка. Китель на Стэне был расстегнут и помят, как после длительного путешествия. Должно быть, он явился прямо из космопорта, едва заслышав, что Волк принимает посланцев Дома Куриты.

– Что здесь происходит? – осведомился он, прокладывая путь сквозь толпу, отделявшую его от полковника Вульфа. Наверняка зная о визите посланника, Стэн, видимо, умышленно игнорировал его присутствие.

Предупреждая вмешательство Стэна поднятой вверх рукой, Волк обратился к посланнику:

– Прошу прощения за недостаток учтивости со стороны моего офицера, Иноши-сан.

– К черту учтивость! – прорычал Стэн. Очевидная перемена политики Волка, совершившаяся столь внезапно, заставила Стэна отставить в сторону дипломатический камуфляж. – Я хочу знать, что здесь происходит.

Джеймс Вульф обернулся к нему и спокойно произнес:

– Просто Такаси Курита предложил мне смертельный поединок.

– А полковник Вульф принял этот вызов, – поспешил добавить Иноши.

Снова повернув лицо к посланнику, полковник сказал:

– Прошу прощения, Иноши-сан. Боюсь, вы неправильно поняли меня. Я собирался только принять к сведению предложение вашего Координатора.

Лицо посланника помрачнело.

– Значит, вы отклоняете вызов?

– Я принимаю его к сведению. – Полковник пожал плечами. – Делать большее в настоящий момент – значит быть излишне самонадеянным и не соответствовать своему положению. На мне лежит большая ответственность, и я должен определиться между обязанностью и честью. И вы, естественно, сами понимаете, что это дело – не из тех, что решаются наспех.

Несколько успокоенный последними словами полковника, посланник Иноши ответил:

– Понимаю, – и подкрепил сказанное легким поклоном. – Буду иметь честь доставить ваш ответ, как только вы примете окончательное решение.

– Никакого поединка не будет, – заявил Стэнфорд. Иноши бросил на Стэна взгляд, полный неприязни. Волк обратился к посланнику:

– Окончание этого разговора лежит не на полковнике Блейке.

– Джеймс!

– Не сейчас, Стэн. – Волк даже не посмотрел в егосторону, не сводя взора с посланника. – Как вы понимаете, мне необходимо теперь на некоторое время отлучиться, Иноши-сан. Пожалуйста, чувствуйте себя какдома, желаю вам приятно отдохнуть.

После всех этих формальностей, оправдывающих отлучку, полковник оставил помещение. Должно быть, посланник ожидал, что Волк собирается предаться наедине чему-то вроде медитации, так как на его лице появилась некоторая озадаченность, когда присутствующие в зале старшие офицеры вереницей двинулись вслед за Волком. Иноши ответил на буравящий взгляд Стэна улыбкой, которая ничуть не отразилась в его глазах. Среди шума, постоянно наполнявшего мой аудиошлем, я уловил сигнал: «Всем, всем, всем». Уяснив его важность, я поспешил вслед за офицерами. Добравшись до конференц-зала еще до того, как они успели разместиться на своих обычных местах, я протиснулся вокруг широкого стола к месту Волка, чтобы, запинаясь от волнения, выпалить то, что было мной только что выловлено в эфире.