Волчья стая - Роберт Черрит

– Не все так свято верят в то, что они боги, не всем так вскружила голову мощь их машин. – Элсон попытался настроиться на более миролюбивый тон. – Может, он и вправду уверен в том, что в записи была ошибка.

На самом деле Элсон понятия не имел, в чем может быть уверен этот Маккензи, однако иначе ему казалось просто невероятным, как можно было допустить такое противоречие в подсчете кораблей, не обратив на эту деталь самого пристального внимания. Явная слабость лженауки Внутренней Сферы, решил он. Отринув свое наследие, Волчьи Драгуны были до невероятия неточны в отношении военных расчетов. Между тем способности к подобным расчетам были глубоко заложены в генах каждого клановца. Но Эдельштейн не унимался.

– Я только хотел, чтобы вы знали: здесь есть люди, уверенные, что прав Маккензи или не прав в отношении этих кораблей – он однозначно не прав в том, как обращается с вами.

– Это успокаивает.

Штабной офицер с дальнего конца капитанского мостика порвал их беседу.

– «Меч Ориона» сообщает о готовности отстыковаться от кольца.

– Поступайте согласно инструкциям, – отвечала капитан Брэндон. Обращаясь к пехотинцам, она сказала: – Майор Элсон, капитан Эдельштейн, вы можете сесть. «Гончий» – не самый молодой среди Т-кораблей флоте, и отстыковка происходит не всегда мягко.

– Со мной ничего не случится, капитан, – откликнулся Элсон.

Задержав взгляд на свободном аварийном кресле, Эдельштейн сказал:

– И со мной.

Брэндон пожала плечами:

– Как знаете.

Корабль дернулся. Эдельштейн потерял равновесие и приземлился на пятую точку. Элсон же удержался на ногах. Последовала едва заметная попытка сохранить равновесие, и при этом на его лице не отразилось почти никакого напряжения. Восхищенный шепот, раздавшийся при этом вокруг, послужил наградой за мастерство. Пусть думают, что ему легко далось это, пусть, так и строится имидж командира. А имидж – главное в командире.

– «Меч Ориона» отчалил, – доложил офицер.

– Очень хорошо, мистер Джонс. Все посты возвращаются в нормальный режим.

Элсон протянул Эдельштейну руку. Как только смущенный капитан встал на ноги, Элсон сделал шаг к креслу капитана Брэндон.

– Капитан, можем мы понаблюдать полет «Меча Ориона»?

Брэндон пожала плечами:

– Как вы думаете, мистер Джонс?

Ответом теха стал озарившийся светом главный экран. Звезды горели в глубокой космической ночи, и только нижний экран обзора сиял рябой физиономией планетоида, над которым чертил свою орбиту захороненный флот. На ширину всего свода планетоида протянулся остов «Гончего». Ни одного из шаттлов Т-корабля не было видно из-за позиции стыковки «Молота». На самом конце длинного остова «Гончего» находился шар главного корпуса, маячивший черным силуэтом на фоне светлого межзвездного промежутка. Яркие разбросанные в отдалении точки были кораблями и космическим мусором, среди которого они были захоронены.

– «Меч» как раз проходит эту зону, – доложил Джонс.

Громоздкий овал «Меча Ориона» проникал в экран снизу и немного слева, заслоняя обзор. Огни света с неровными интервалами вспыхивали по бокам корабля, в то время как маневровые стержни отталкивали его от корпуса «Гончего». Отдалившись от Т-корабля на безопасное расстояние, «Меч Ориона» отстрелил свои кормовые стержни и стартовал по дугообразной траектории, огибая парус, раскинувшийся среди звезд. Корабль исчез из виду, однако Элсон смог проследить его полет на мониторе орбитальных путей. «Меч Ориона» направлялся к самому плотному скоплению укрытых кораблей.

– Славный песик, – процедил Эдельштейн.

– Все, что осталось для обзора, – примирительным тоном произнес Элсон.

Они подождали, пока «Меч Ориона» вновь возникнет из-за паруса «Гончего».

– Капитан, – произнес Джонс, и в голосе его прорезались нотки тревоги. – С мостика «Гончего» сообщают о движении неопознанных объектов.

– «Орион» уже встретился с ними?

– Нет. Корабль скрыт от нас парусом, а эти неопознанные объекты скорее всего... – Джонсон замолчал на секунду, сверяясь со вторым экраном, – ...скрываются за «Александром».

Брэндон застучала ключами, выходя на связь с мостиком «Гончего». Она прислушалась, поводя кончиком языка по верхней губе. Элсон увидел в этой нервозности признак непрофессионализма.

– Вы собираетесь принять позицию поддержки, капитан Брэндон?

– На то есть приказы с. Т-корабля.

Этого он и ждал.

– Дайте мне связь.

– Это сфера действия оперативников, майор Элсон.

Этого он тоже ожидал и поэтому знал, что ответить.

– Как член совета офицеров этой экспедиции, я по рангу старше всех офицеров воздушно-космических сил, за исключением полковника Атвила с «Гончего», который также является членом совета. Вы намерены нарушить субординацию?

Капитан Брэндон вновь энергично задвигала языком. Она колебалась.

– Говорите, если хотите. Пропустите его, мистер Джонс.

– Благодарю вас, капитан, – сказал Элсон е лукавой усмешкой.

Брэндон что-то проворчала в ответ, однако Элсон заметил, что она отвлеклась от контроля за расстыковкой. Ей пришлось вернуться к своим обязанностям.

– Полковник Атвил, с вами говорит майор Элсон Рысь с борта «Молота». Я так понял, что вы отдали приказ расстыковаться и занять позицию прикрытия «Меча Ориона».

– Я занят, Элсон, – коротко и сухо отвечал Атвил.

– Я в курсе. Могу напомнить вам, что полковник Маккензи Вульф специально распорядился насчет того, что его корабль будет единственным, который оторвется от «Гончего» до достижения места запрятанных кораблей.

– Тогда мы еще не знали о существовании неопознанных объектов.

– Это был особый приказ. В связи с чем хочу заметить, что никаких проявлений непосредственной угрозы нет, чтобы нарушать установленный порядок.

Вздох Атвила прошелестел, вплетаясь в шум эфира на линии командной связи.

– Этот неопознанный объект может...

– А может, и нет, – резко ответил Элсон.

– Я не хотел бы в данном случае рисковать.

– Что вы в точности и станете делать со своей карьерой, если нарушите приказ. Даже полковник Джеймс Вульф соблюдает общепринятую дисциплину. – Элсон тихо порадовался тому, что Атвил явно не может ничего ответить на этот выпад. Что ж, самое время делать следующий шаг. – «Меч Ориона» обогнул парус только что, верно?

– Десять минут назад.

– Стало быть, еще двадцать минут у него уйдет на достижение орбиты, где расположен тайник. Этого времени более чем достаточно, чтобы выйти на связь с полковником Вульфом и предоставить ему принимать решения самому.

Не меньше четырех секунд Атвил размышлял и наконец ответил.

– Что ж, очень хорошо. – И затем добавил: – Капитан Брэндон, сохраняйте готовность на отстыковку.

– Ут, – подтвердила Брэндон.

– Для стратегии звучит многообещающе, сэр, – заметил Элсон.

Повернувшись к экрану, Элсон осмотрел панораму, почти не изменившуюся за истекшие пять из десяти минут. Он бросил взгляд на орбитальный монитор и улыбнулся. Хотя едва ли его можно было назвать специалистом в воздушно-космической тактике, он знал толк

в прикрытии, равно как имел представление о необходимости пользоваться всяческими уловками, когда имеешь дело с противником, превосходящим тебя силами. А противник наверняка меж тем поджидает – если там действительно находился противник.

Едва «Меч Ориона» успел пересечь тень паруса Т-ко-рабля, как из пояса астероидных осколков сверкнули лучи лазеров. Бесшумные вспышки света, подобно цветам, взошли на борту «Меча Ориона». По командной линии прохрипел искаженный голос:

– Остерегитесь, выскочки. Корабли наши. Попробуйте только сунуться – будет еще хуже.

– Это корабль Волчьих Драгун! Говорит «Меч Ориона», – прозвучал ответ Маккензи Вульфа. – Вы покушаетесь на собственность Драгун. Если вы немедленно не уйдете отсюда, мы будем рассматривать вас как грабителей.

– С-сучье племя! – донесся ответ по командной линии. И более внушительным ответом неопознанного объекта стали новые вспышки огня.

Элсон заговорил, как только лучи лазеров вновь ударили в корпус «Меча Ориона».

– Капитан Брэндон, «Меч Ориона» под обстрелом. Приказываю вам немедленно вывести «Молот» из дока и направить его по вектору скорейшего достижения неопознанного объекта.

Приказ Атвила, гласивший то же самое, поступил полминуты спустя – к этому времени Элсон уже отдал элементалам распоряжение надеть бронекостюмы.

Эдельштейн ухмыльнулся.

– Собираетесь спасать задницу этого щенка?

– Мы выполняем свой долг. Вернуть спрятанную технику – задача первостепенной важности. Если для этого придется пожертвовать гордостью Маккензи Вульфа, значит, так тому и быть. Он может потерять много больше.

Эдельштейн кивнул, и улыбка его стала еще шире.

– Вот будет позор, если он попадет в плен?