Волчья стая - Роберт Черрит

Выстрелили абордажные захваты, челнок при этом содрогнулся всем корпусом. Как только пилот сообщил об успешном выполнении задачи, второй расчет Элсона запросил вектор к ближайшему воздушному шлюзу шаттла. Металл отозвался стоном, все же мастерство пилота по выравниванию скоростей оказалось не совсем совершенным, но вполне удовлетворительным: направление соблюдалось. Как только шлюз шаттла открылся, элементалы высыпали наружу в своих бронекостюмах, выплывая из кабины челнока в космическое пространство.

Время, необходимое для прыжка с шаттла, было сведено до минимума. Карабкаясь по корпусу, Элсон вел своих бойцов прямо к люку. Он уже возился с замком, считая удары, которые издавал корпус корабля, когда на него падали остальные бойцы расчета. После третьего удара Элсон выждал еще полсекунды, пока не вспомнил, что боец под номером четыре незапланированно выбыл из экспедиции.

Отверстие шлюза оказалось как раз достаточным, чтобы сквозь него можно было пролезть одному человеку в бронекостюме, так что Элсон стал карабкаться туда первым. Он мог запросто вышибить внутреннюю переборку, но это поставило бы под угрозу атмосферную целостность внутри шаттла, соблюдение которой входило в их тактические планы. Люк за его спиной задвинулся, и Элсон оказался внутри корабля.

Атмосферные датчики бронекостюма посылали данные на дисплей, который тут же запестрел мелькающими цифрами. Кислород уже зашипел в узком пространстве вокруг него. Если остальные поторопятся, проблем не возникнет. Если же нет, ему придется вступить в сражение первым.

Элсон просунул правый рукав бронекостюма сквозь щель, как вдруг внутренняя переборка сама стала отодвигаться. Пулемет, вмонтированный в его рукав, предупреждающе прокрутил барабан стволов. Но это оказалось излишним. Ни одной достойной цели там, за поднявшимся люком, не оказалось: этот сектор, ведущий в главный отсек, был необитаем.

Элсон шагнул за люк и замкнул магниты подошвы на полу, после чего задраил отсек.

Разомкнув магниты, он оттолкнулся, устремляясь по направлению к главному отсеку. В самом конце полета Элсон снова привел систему магнитов в действие, обретая устойчивость.

Казалось, здесь давным-давно царили пустота и безлюдье. Получалось так, что экипаж корабля еще не отреагировал на его вторжение.

Индикаторы контроля на пульте управления объявляли состояние тревоги, предупреждая о разгерметизации отсека и всемерно поощряя команду на поиски нежданных гостей. Значит, оборудование у них работало. Изнутри корабль выглядел еще более изношенным и потрепанным, чем снаружи, и атмосферные датчики на бронекостюме немедленно сообщили о высокой концентрации отработанных газов в воздухе.

Первый член команды прибыл, вплывая в отсек как раз в то время, когда второй боец расчета Элсона пробирался через люк. Элсон даже не стал поднимать стволы. Элементал просто оглушил незнакомца. Тот так и покатился кубарем, застигнутый врасплох внезапным мощным ударом. Элсон протянул к нему клешню-манипулятор. Мертвый или просто оглушенный, противник не издал ни звука, когда три зубца клешни вонзились в его плоть, но само тело произвело довольно-таки громкий шлепок, ударившись о дальнюю стену отсека.

Огонь откуда-то со стороны ударил в Клер в то время, когда она уже собиралась присоединиться к своему командиру. Пули бессильно прошлись по ее боевой броне и растерянно застонали в рикошете. Стоило Клер выпустить короткую очередь из своего пулемета, как всякая пальба прекратилась. Примкнув к Элсону уже у самого входа в главный отсек, она подождала вместе с командиром, пока не подоспел третий элементал.

Захват корабля происходил при разгерметизации со значительными потерями воздуха, и поэтому сопротивление грабителей было минимальным. Через двадцать минут Элсон оказался на капитанском мостике и оттуда сообщил на борт «Молота», что операция прошла успешно.

Расслабившись, ни дать ни взять – гигантская черепаха на задних лапах, он в размышлении похлопывал себя по переднему бронещитку. Воздух здесь был мерзок до последней молекулы, как сообщали датчики, но Элсону уже приходилось бывать и в худшей обстановке. Не особенно приятно, но и не опасно. Наклонившись над капитанским креслом, он прислушался к болтовне между подразделениями Драгун. Маккензи высадился на «Александре» в составе группы захвата, тут же встретив сопротивление со стороны грабителей. «Молот» завершал маневрирование, отправляя последние расчеты элементалов в сражение, развернувшееся на борту «Александра». К счастью, захватчики не привели в действие орудийный арсенал «Александра».

После того как элементалы были отправлены, Элсону оставалось только ждать. Бойцы Эдельштейна успешно действовали против грабителей, у которых и брони-то никакой не было. Если эти негодяи успели проникнуть и на другие корабли, все могло сложиться намного хуже. Кораблей здесь было слишком много, чтобы их можно было захватить одним десантом элементалов, а для операций подобного рода самое главное – скорость.

Клер вышла на связь, докладывая, что сопротивление со стороны команды захваченного шаттла прекращено полностью. Одного взгляда, брошенного на экран главного компьютера корабля, было достаточно, чтобы убедиться в численности экипажа. Теперь эта ветхая скорлупка целиком принадлежала ему. Та часть работы, что приходилась на долю Элсона, была проделана буквально за минуту.

Элсон присоединил свой командный модуль к пульту управления корабля, что позволило ему выйти на оперативный канал «Александра». Маккензи вел свою группу против захватчиков. Ничего удивительного, что они уже запросили поддержку элементалов. Воины Макхензи не были ни тренированы толком, ни снаряжены как следует для ближнего боя, а невесомость только снижала эффективность их действий. Помощь им понадобится. И еще какая помощь. Эдельштейн задействовал для операции по захвату «Александра» целый взвод. Видеоданные, транслируемые с «Молота», показали, что все челноки уже возвращаются, выполнив задания.

Связавшись с Элсоном через «Молот», Эдельштейн доложил о неожиданно сильном сопротивлении со стороны захватчиков.

XIX

К тому времени, когда полковник Вульф объявил наконец о своем решении, аргументы в пользу той или иной версии совершенно иссякли, по крайней мере, те, которые ему довелось услышать на "совещаниях.

Я подумывал о том, чтобы передать полковнику доходившие до меня разговоры, но в суете надвигающейся разлуки брюзжание казалось уже не столь важным.

Лидия забежала к нам в Зал Волка. Она находиласьв отлучке по контракту, и я не видел ее несколько недель. В тот последний раз мы провели ночь в объятиях,утешая друг друга после утраты Карсона. В жизни наемника всегда есть место риску, и потери друзей – дело, неизбежное для всякого воина. Карсон был первымиз нашей сиб-группы, погибшим в бою. Эта ночь даламне возможность увидеть Лидию – раньше такую недостижимую – совсем в ином свете. Сначала я обрадовался ее приходу в штаб, но первые же слова Лидии увели мои чувства в несколько иное направление.

– Это правда – насчет Волка?

Я нахмурился. Мои сибы частенько пытались выжать из меня сведения, усматривая во мне нечто вроде штабного вороньего радио, но еще ни один из них не заявлялся ко мне с подобной целью во время дежурства.

Беспокойства подобного рода обычно приносили другие люди, никакого отношения к моим сибам не имевшие.

– Я на службе. – Мне удалось сохранить свой голос достаточно сухим и твердым, а взгляд – прикованным к экрану.

По она не позволила мне сконцентрироваться на работе. Лидия руками повернула мою голову от дисплея и заглянула в глаза.

– Брайен, это действительно очень важно.

– Точно так же и моя служба, – сказал я, отодвигая ее руки.

Досадливо закатив глаза, она вздохнула.

– Только ответь на мой вопрос и можешь тут же возвращаться к своей службе.

Вообще-то она была права. Подумав о том, что с нее действительно станется и Лидия вполне может оставаться рядом со мной до тех пор, пока не добьется своего, я промямлил:

– Это правда.

После моих слов лицо ее потемнело. Она снова вздохнула, но уже совсем по-другому:

– Поединок Чести. Прямо как из Предания.

Не совсем, кстати. Рассказы о чести, собранные в таком количестве в полуисторическом, полуэпическом Предании, был и достаточно бесхитростными и даже простоватыми. В жизни все происходило иначе, особенно после того, как Волчьи Драгуны стали заниматься торговлей. Но Лидии вряд ли известны все тонкости ситуации, она уже столько времени находилась в отлучке – на поле боя. «Нет заботы выше, чем забота быть образцовым солдатом», – сказала она в ту ночь, когда мы оплакивали Карсона.

– Естественно, Волк победит, – уверенно сказала она.

– Такаси Курита считается одним из величайших воинов Внутренней Сферы.