Мастер-Девил - berit Am

В дверь громко позвонили, и я чертыхнулся. Эрика наверняка проснется от шума. Я открыл дверь и забрал у парня в униформе плоскую коробку. Он назвал стоимость, но я, не слушая, сунул ему пятидесятидолларовую купюру и сказал:

— Сдачи не надо, — после чего закрыл дверь перед его носом.

Мне пришло в голову, что, если Эрика проснулась, надо ее накормить, ведь она тоже явно ничего не ела с самого завтрака. Но, приоткрыв ее дверь, я увидел, что она лежит в той же позе. «Тогда потом поест», — пожал я плечами и отправился на кухню.

Очевидно, я все-таки разбудил ее, потому что через минуту ее дверь открылась, и послышались тихие шаги. Я сидел спиной к входу, но почувствовал ее появление. По телу словно прошел электрический импульс.

— Садись, — ровно сказал я, как всегда, пряча эмоции за маской холодности. Она прошла к своему стулу и села. Я сглотнул, как только увидел ее. Еще не до конца пришедшая в себя, Эрика стала еще привлекательнее — растрепанные волосы, сонные глаза, слабая улыбка. Я почувствовал, что возбуждаюсь, и мысленно осадил себя. Немного резко от того, что приходилось сдерживать себя, я приказал ей:

— Ешь.

Она взяла кусок, но, вместо того, чтобы откусить, начала свою песню заново.

— Кейн, мне совершенно не нужно оставаться завтра дома. Я…

Я начал злиться. По многим причинам — и потому, что она противоречила мне, и потому, что не мог сейчас получить желаемого. А хотел я ее. Эрику. Как ни странно, мне даже в голову не пришла мысль позвонить Кристине, хотя та мгновенно явилась бы сюда. Нет, конечно, я мог бы приказать Эрике заняться со мной оральным сексом, но все еще сильно сомневался, что у нее был богатый опыт в подобных отношениях, и мне почему-то не хотелось давить на Девила. Я хотел, чтобы она добровольно пришла ко мне в постель. Поэтому, раздосадованный всем происходящим, я ответил довольно резко.

— Тебе так понравилось быть в моих объятиях? Я к твоим услугам в любое время, но, если честно, предпочел бы заниматься этим дома и спустя несколько дней, — я выделил голосом последние слова. Она опустила голову и покраснела. А потом я не поверил своим ушам и замер с куском пиццы в руке. Эрика съязвила в ответ.

— Ну извини, если нарушила твои планы.

Я некоторое время оторопело сидел, затем сглотнул. Я не ожидал такого от запуганной девушки. Но ничего не ответил, просто тряхнув головой. Эмоции, кипевшие во мне, трудно было описать. Гнев, удивление, восхищение… желание? Да, я определенно хотел Эрику, и прямо сейчас, когда у нее так горят глаза. Придется уйти куда-нибудь на вечер, иначе это может плохо кончиться.

Доедали мы в тишине. Когда пицца кончилась, Эрика достала шоколадку, развернула и съела кусочек. Потом вдруг предложила и мне.

— Терпеть не могу шоколад, — ответил я. Я на самом деле не любил его. Да, собственно, у меня и не было шансов его полюбить. В частных школах шоколад не давали. — И я всегда считал, что девушки боятся его, как огня, чтобы не испортить фигуру, — добавил я.

— Я не боюсь. Во время… — Эрика запнулась, — Ну, в общем, иногда мне ужасно хочется шоколада.

Я неопределенно хмыкнул и встал. Первый раз я видел девушку, которая поедает шоколад, да еще и с удовольствием. Синтия, например, при виде плитки смотрит на нее, как на страшный яд. Эрика продолжала сидеть, задумчиво и соблазнительно откусывая маленькие кусочки шоколада. Я невольно перевел взгляд с ее пухлых красных губ на вырез футболки, открывающий прекрасный вид на ложбинку между грудями. В джинсах опять запульсировало, я поспешно отвернулся и направился к выходу. Уже на пороге я вспомнил, что хотел ей сказать.

— Компьютер в твоем распоряжении. Я завел новую учетную запись, логин и пароль — Девил и Эрика.

Через пятнадцать минут я был в тренажерном зале. В принципе я часто заходил сюда, физическую форму надо поддерживать. Иногда мы с Мэттом проводили спарринги — он тоже в свое время обучался приемам борьбы — но это было неинтересно. Он полагался только на свою силу, и я быстро научился ловко уворачиваться от его медвежьих объятий. Он не оставлял надежды, что положит меня на лопатки, но это ему не удавалось уже три месяца. Дерек тоже частенько заходил сюда, но в спарринги не вставал, ограничивался тренажерами.

Сейчас в зале было пусто. Я подошел к любимому тренажеру, отрегулировал наклон и начал разминаться. Когда мышцы были хорошо прогреты, я приступил к хорошо знакомым силовым упражнениям. Во время занятий мне почему-то на ум пришел старый фильм, где герой Челентано снимает сексуальное напряжение колкой дров. Я усмехнулся — похоже, тренажеры стали неплохой заменой.

Примерно через час в зале появились Мэтт и Дерек. Я внутренне простонал. Только их мне и не хватало. Странно, обычно они в такое время не заходят сюда. Обычно мы здесь собирались значительно позднее.

— Привет, брат, — жизнерадостно заявил Мэтт, подходя ко мне. Я вздохнул, откладывая в сторону гантели, и ответил:

— Привет. Что вы здесь делаете?

— Слушай, обижаешь, — притворно возмутился Мэтт. — Мы, может, пришли сюда потренироваться. А вот что здесь делаешь ты? Мне казалось, что ты должен сейчас быть дома и кувыркаться в постели с хорошенькой девушкой. Или она от тебя уже устала?

— Мэтт, какое тебе дело, с кем и когда я кувыркаюсь в постели, как ты выражаешься? — недовольно поинтересовался я. Отвязаться от него было невозможно, я уже уяснил это.

— Мне — никакого. А вот вся школа очень интересуется, что ты сделал со своим Девилом, раз она у тебя на второй день в обморок падает?

— Пусть идут на хрен со своим любопытством, — отмахнулся я, нисколько не удивленный. Я все равно знал, что такие вопросы начнут задавать, и не имел никакого желания на них отвечать.

— Кейн, я серьезно. Что с Эрикой? — вдруг спросил Дерек. — Я надеюсь, это не из-за тебя? Когда она вчера вернулась?

— Дерек, даю тебе честное слово, что я к этому непричастен. С Эрикой все нормально, или, по крайней мере, будет нормально через пару-тройку дней.

Он внимательно изучил мое лицо, потом кивнул.

— Хорошо. Похоже, ты не врешь.

— Так если с ней все нормально, почему ты не с ней? Вы уже так надоели друг другу, Кенни? — опять встрял Мэтт.

— Блядь, Мэтт, не называй меня Кенни! И мы не надоели друг другу, просто… — я оборвал предложение на середине. Я почти не выболтал ему то, что не собирался говорить никому.

— Лучше пойдем, я еще раз надеру тебе задницу.

Он с готовностью согласился, но с прошлого раза так ничему и не научился и по-прежнему надеялся только на грубую силу. После третьего его проигрыша нам обоим это надоело, и мы присоединились к Дереку.