Мастер-Девил - berit Am

— Блядь, Мэтт, не называй меня Кенни! И мы не надоели друг другу, просто… — я оборвал предложение на середине. Я почти не выболтал ему то, что не собирался говорить никому.

— Лучше пойдем, я еще раз надеру тебе задницу.

Он с готовностью согласился, но с прошлого раза так ничему и не научился и по-прежнему надеялся только на грубую силу. После третьего его проигрыша нам обоим это надоело, и мы присоединились к Дереку.

— Кейн, только не рычи сразу. Проведи вечер у нас, Кэтрин соскучилась, — предложил он.

— Да, Ке… — начал Мэтт, но я гневно посмотрел на него, и он продолжил, — йн, пойдем. Я надеру тебе задницу в Теккен. Возьмем пива и устроим такой мужской вечер.

— Да, конечно, мужской, — для приличия возразил я, уже внутренне согласившись. Домой, к Эрике, мне идти не хотелось. Я знал, что, как только окажусь рядом с ней, мне придется справляться с гормональными всплесками. — Только ваши девушки будут весь вечер щебетать над ухом.

— Приводи свою, — жизнерадостно предложил Мэтт. — Кэтрин будет только рада, ей, похоже, твоя девушка понравилась.

— У меня нет девушки, — прорычал я.

— Хорошо, брат, как скажешь, — Мэтт притворно испугался и поднял руки вверх.

Я небольно ткнул его кулаком под ребра и ушел переодеваться. Парни, переглянувшись, последовали за мной.

Прежде чем двинуться к Дереку, мы решили все-таки купить пива и зашли в близлежащий магазинчик. Продавщица, мило болтавшая с охранником, сначала не обратила на нас внимания, но, опознав, мигом бросила все и метнулась к нам, предлагая помочь. При этом она так улыбалась и хлопала ресницами, поглядывая на меня, что Мэтт заржал, хлопнул меня по плечу и довольно громко сказал.

— Брат, смотри, какая цыпочка. — «Цыпочка» зарделась и еще сильнее захлопала ресницами. Меня буквально затошнило от такого явного флирта. Только что эта девица болтала со своим… ну, похоже, парнем, если судить по гневным взглядам, которые он кидает на нее, а теперь практически напрямую предлагает мне себя. Я взял упаковку пива, достал кредитку и подождал, пока продавщица проведет ей по сканеру. Потом бросил пиво Мэтту, тот ловко поймал его, и повернулся, чтобы уйти.

— Мистер Грейсон, — позвала меня продавщица.

Я мысленно простонал, подошел обратно к кассе и холодно спросил:

— Да?

— Мистер Грейсон, я надеюсь, вы не очень сердились вчера. Вот, передайте, пожалуйста, вашему Девилу в качестве компенсации, — и она протянула мне плитку дорогого шоколада.

— Компенсации чего? — не понимая, о чем речь, произнес я, но начиная догадываться, что Эрика вчера не только блуждала по улице в гордом одиночестве.

Продавщица поняла, что ляпнула лишнее, и начала сбивчиво оправдываться.

— Простите… Я думала, вы в курсе… Я не знала, что это ваш Девил… ей надо было сразу сказать об этом.

Я взял шоколад и сунул его в карман куртки. Эрике понравится, если она так любит сладкое.

— Я ей передам, — холодно прервал я объяснения продавщицы.

Она еще что-то лепетала, но я не стал вслушиваться и вышел из магазина, присоединяясь к Мэтту с Дереком.

Мэтт по дороге позвонил Синтии, и, когда мы поднялись в квартиру Дерека, они с Кэтрин уже ждали нас. Сестра первым делом с разбега запрыгнула на Дерека, сливаясь с ним в страстном поцелуе, будто они расставались не на два часа, а, по крайней мере, на два месяца. Я хмыкнул и прошел мимо них, устраиваясь в удобном кресле. Первое время меня передергивало при виде того, как мою сестру целует чужой парень, но, по мере знакомства с Дереком, я начал понимать, что он очень подходит ей. Я знал — Дерек сделает все, чтобы Кэтрин была счастлива.

— Кейн! — Кэтрин оторвалась от Дерека и перенесла внимание на меня, — Кейн! А почему ты один?

— В смысле? — удивился я, — Я привел к тебе Дерека с Мэттом. Ты считаешь, что это называется «один»?

— Да, — заявила она, упирая руки в стройные бедра. Даже когда я сидел, Кэтрин была ненамного выше меня, и со стороны это выглядело комично, — Почему ты не взял с собой Эрику?

Я вздохнул.

— Кэтрин, моему Девилу, — ударение было сделано на слове «Девил», — с нами нечего делать. — И не надо спорить со мной, — предупредил я, видя, что она уже открывает рот для ответной реплики. — Да, ты ходила с ней по магазинам, но это не означает, что Девил теперь входит в нашу семью.

— Кейн Грейсон, — грозно начала она, надвигаясь на меня.

— Да, Кэтрин Грейсон, — рассердившись, таким же тоном ответил я, поднимаясь с кресла.

Теперь она смотрела на меня снизу вверх, и это разозлило ее еще больше. Глаза у Кэтрин горели тем же огнем гнева, что и мои. В конце концов, мы оба были детьми своего отца.

— Брэк, — между нами оказался Дерек, одной рукой обнимая Кэтрин за талию, а другой — надавливая мне на плечо, заставляя опять сесть.

— Кэтрин, угомонись. Ты знаешь, что Кейн все равно не отступит. Сегодня, — он подчеркнул это слово, — ты с Эрикой не пообщаешься. Пожалуйста, принеси лучше стаканы.

Кэтрин фыркнула, отвернулась и ушла, бросив через плечо:

— Не думай, что ты так легко отделаешься, Кейн.

Я вздохнул. По степени настырности Кэтрин превосходила даже нашего отца.

Вечер прошел мирно. Девушки о чем-то шептались, сидя на диване, мы втроем резались в Теккен. Только Кэтрин периодически пристально рассматривала меня, словно что-то изучая. Мэтт радовался как ребенок, когда по результатам игры стал лучшим. Около одиннадцати мы решили, что пора расходиться.

В моей квартире царила тишина, но Эрика не спала — из-под ее двери виднелась полоска света. Я поколебался, но решил не заходить к ней, так как вид Эрики в кровати вряд ли благотворно подействовал бы на уровень моих гормонов.

Утром меня разбудил уже привычный запах кофе. Интересно, у нас каждое утро теперь будет начинаться со споров? Она вчера складывалась от боли пополам и хочет, чтобы сегодня повторилось то же самое? Я направился на кухню и, как всегда, испугал Эрику, взяв ее за плечи и разворачивая к себе. Мне не хотелось разговаривать с ее спиной. На этот раз на пол упала не чашка, а лопаточка, которой она переворачивала блинчики.

— Ну и кто тебе разрешил? — резко спросил я.

Эрика вздохнула и начала объяснять медленно, как недоразвитому.

— Кейн, я не умираю. И я буду готовить завтрак каждое утро. Потому что это входит в мои обязанности. И я не буду делать это только в том случае, если ты официально запретишь мне.