Научи меня любить - Каролина Шторм

каком уровне развития здесь можно говорить? – она всерьёз разозлила меня, и теперь мне хотелось ответить ей тем же.

– Такси ждёт. Идём, – упрашивала она. Но было уже поздно.

– Не поеду, – сказал я. – Езжай одна. На, вот, возьми денег.

Я порылся в карманах, но, как назло, они оказались пусты. Даже рубля не нашлось! Вот напасть! Милада, видя моё замешательство, всё поняла и, усмехнувшись, сказала:

– Не беспокойся. Сама заплачу.

– Да забыл бумажник взять, – я попытался оправдаться, в душе проклиная себя за это. Противно до невозможного. А самое главное, что я говорю правду. Но ей всё равно, она мне не верит.

– Смотри, как бы твои друзья бумажник к твоему приходу не стащили, – пошутила Милада. – Деньги надо при себе держать.

– Может, мне с ними ещё и в туалет ходить и жопу подтирать?

К счастью, она промолчала. Спасибо хотя бы на этом!

Я вновь проводил Миладу до машины. Открыл перед ней дверцу. Она элегантно опустилась на сиденье. Водитель не удержался – скользнул взглядом по её длинным ногам. Я процедил сквозь зубы: «Мужчина, смотрите на дорогу». Милада с довольной улыбкой (неужели?) помахала мне рукой.

– Позвони, как дома будешь, – попросил я.

Вряд ли после всего она это сделает. Девушка, которую я собираюсь назвать своей женой.

Я повернулся и пошёл в сторону общежития. Сколько мы с ней отношения выясняли, а с места так и не сдвинулись. А ведь такой вечер был романтичный! Но теперь уже ночь, и даже звёзды скрылись за плотными тучами. Завтра может пойти дождь. Как глупо и бесполезно мы тратим своё время, проводя его в ссорах и скандалах!.. А ведь всё могло быть иначе. Но выбор всегда остаётся прежним.

Я сел прямо на ступени, уронил голову на руки, закрыл глаза. Ничего не хотелось. Только одной тишины.

Одно из окон на первом этаже открылось, и в проёме показалась вихрастая голова моего длинноволосого приятеля. Смерч – так его прозвали за то, что редко причёсывался и вечно лохматый ходил.

– Эй, ты чего здесь сидишь? – спросил он. – Домой собираешься?

– А ты чего не спишь? Долги закрыл и празднуешь? – поинтересовался я.

– Какое там!.. Ещё два зачёта сдавать. Успеть бы только.

– Успеешь, – я махнул рукой.

– Кстати, – Смерч высунулся из окна наполовину. – Твои, вроде, тоже все разошлись. Я мимо проходил, тишину послушал.

– Ну и как она – тишина?

– Да как-то мутно… Зудит, не пойму, что.

– Выпей водки – полегчает.

– Какой водки? Ты время видел?

Смотрю на часы. Без пятнадцати два. Долго же мы с Миладой отношения выясняли!..

Я поднимаюсь и иду к своему вихрастому приятелю.

– Посторонись!

Смерч отходит в сторону, и я, легко подтягиваясь, залезаю через его окно в общежитие.

– Хочешь, у меня оставайся сегодня, – предлагает он. – Твоя комната всё равно занята. Там Юрец с очередной подругой.

– Нет, – говорю я. – У меня есть, где переночевать, – и отправляюсь на свой этаж.

Там, действительно, пусто и тихо. Дёргаю ручку двери. Комната, как есть, заперта. Молодец Юрец! Времени даром не теряет. Вдруг слышу, как на кухне вода льётся. Кто-то посуду моет. Заглядываю и вижу соседку Яночку. Стоит возле раковины и вымытую посуду на отдельный стол аккуратно складывает. Так себе девочка. Вроде приветливая, местами заботливая, но всё равно отношусь к ней с недоверием. Какого лешего ей постоянно надо? То возле Юрца крутится, то ко мне прибивается. Ласки не хватает? Дешёвого внимания? Ну, так его получить совсем не трудно.

– Ты почему одна? – спрашиваю её. Сам не знаю, зачем мне понадобилось с ней говорить. Видимо, после Милады осадок остался. Хочется залить его чем-нибудь, только поблизости ничего послаще нет. А искать уже лень. Яночка-то всегда готовая.

Она, увидев меня, заволновалась.

– У нас гости были. Все давно разошлись. Не хотелось посуду на завтра оставлять.

– Действительно.

Смотрю на Яночку. Прицениваюсь. Не очень радужная перспектива, но если Юрец уснул, его так просто не разбудить. Только если дверь выламывать. А мне одного отчисления хватило.

– Давай я тебе помогу, – предлагаю Яночке и вижу, как у неё от неожиданности глаза на лоб полезли. Конечно, разве от Пашки Сазонова такое можно услышать?

– Ты серьёзно?

– Конечно, – в доказательство своих твёрдых намерений беру оставшиеся грязные тарелки и складываю в раковину.

– Их ещё помыть надо, – Яночка для приличия пытается возражать. Но я оборачиваюсь к ней, протягиваю руки.

– Пойдём, пообщаемся на сон грядущий.

– А… посуда?

– Не пропадёт, – слегка касаюсь её щеки, и Яночка, кажется, уже забывает, зачем сюда пришла. Поняла, что мне от неё нужно. На радостях подпрыгивает и обнимает меня за шею.

– Не надо, – отнимаю её руки. – Давай обойдёмся без этого. Не стоит терять время.

Яночка кивнула. И, взяв меня за руку, повела в свою комнату.

Спустя полчаса на телефон пришло сообщение: «Милый, извини, забыла написать сразу. Я уже дома, в своей кровати. Спокойной ночи. Целую!»

Прочёл я его только утром.

Глава четвёртая

Ксения

Зайдя в заполненный почти до отказа вагон, я поискала глазами и, к удивлению, обнаружила свободное место как раз у окна. Туда я и направилась.

Люблю поезда. Особенно, если рядом нет никого, кто мог бы мне докучать. Можно целый час смотреть в окно, наслаждаясь сменяющими друг друга пейзажами, слушать любимую музыку в наушниках и просто мечтать!.. Мне этого ужасно не хватает теперь. Во время учебных пар, в долгие часы подготовки домашних заданий в стенах библиотеки, даже в общежитии. Готовить с грехом пополам я научилась, и теперь умереть от голода мне не грозит. В комнате у меня всегда чисто, об этом я беспокоюсь. Впрочем, Маша тоже девушка аккуратная. Никаких неудобств она мне не создаёт, кроме, пожалуй, отсутствия гостей в нашей комнате. Настя, вообще, перестала заглядывать. Маша её ужасно не любит. Говорит, что Настя та ещё сучка, что доверять ей не стоит, и что подруга она ненадёжная. Кажется, я это уже слышала, только не о Насте, а о других моих соседях по общежитию. Видимо, так они все друг друга уважают, что не могут удержаться от соблазна посплетничать лишний раз. Я чаще молчу, предпочитаю не встревать. За что и получила прозвище «тихоня». Хотя на самом деле это не так. Я активно участвую во всех мероприятиях – и учебных, и творческих. В преддверии большого осеннего фестиваля я вместе с двумя такими же активистами из группы готовила к выпуску студенческую газету, собирала материал, а затем редактировала его. Студенческая жизнь очень насыщенная. Я и