Тактик 8 - Тимофей Кулабухов

не сможет сделать и бог. Мне нужно, чтобы вы создали «зону тишины» внутри нашего построения. Ослабьте ветер, отсеките основную массу песка. Чтобы нас не засыпало заживо… Чтобы мы могли дышать… Кстати, всем подготовить тканевые повязки на лица, закрывающие органы дыхания и при необходимости, глаза. Вряд ли там будет, на что посмотреть.

Тайфун шагнул вперёд.

— Я могу. Я чувствую ветер. Я могу говорить с ним, — он положил свою огромную, похожую на камень, руку на плечо Фомира. — Я возьму на себя основную силу бури. Ты и твои люди поможете мне удержать периметр.

Фомир вздохнул:

— Тайфун — первый маг-тролль, с которым я сталкиваюсь, но есть у него системная проблема. То есть, когда человек хватается за неподъёмный камень, он просто не поднимает его и всё. А тролль же неуклонно усиливает давление, пока камень не подаётся. Не совсем так, но смысл в том, что Тайфун не останавливается при применении своей стихийной магии, я боюсь, что он может «надорваться».

— Подстрахуешь его? Магический круг, все дела?

— Да, — короткой кивнул маг.

Армия двигалась и работала. Ветер нарастал, но приготовления велись уверенно и успешно.

Команды офицеров разносились по ротам. Солдаты, измученные, но дисциплинированные, быстро строились. Обозники и бойцы выставили повозки и занялись перепуганными лошадьми.

Через полчаса все было готово. Восьмитысячная армия превратилась в огромный, ощетинившийся повозками и щитами круг посреди пустыни. В центре этого круга колдовали Фомир, Тайфун и их маги. Они заняли самый центр и начали плести заклинание.

А буря приближалась.

Это было страшное зрелище. Стена пыли и песка, высотой в несколько сотен метров, закрывшая полнеба, неслась на нас с ужасающей скоростью. Солнце утонуло в ней, и на землю опустились жёлто-серые сумерки. Ветер завывал, бросая в наши щиты первые пригоршни песка.

— Держать строй! — ревел я, став в первом ряду вместе со своими солдатами. — Щиты к щитам!

И она обрушилась на нас.

Мир исчез. Его сменил оглушительный, всепоглощающий рёв и стена песка, бьющая по щитам с силой тарана. Видимость упала до нуля. Я не видел даже плеча стоявшего рядом со мной Гришейка. Я чувствовал его только через Рой.

Однако магия тоже постепенно включилась. Внутри нашего построения ветер стал слабеть. Песок не бил в лицо, а лишь сыпался, кружился, как долбаный снег. Хорошо хоть такой «снег» не мешал дыханию через повязку и это было самым главным. Мы стояли в маленьком островке относительного спокойствия посреди бушующего ада.

Магия Тайфуна вышла на полную мощность, было видно, как налетев на стену за границами круга, потоки воздуха и песка ослабевали.

Солдаты, поняв, что щиты и магия их защищают, сплотились ещё теснее. Страх сменился упрямой решимостью.

Мы стояли так, казалось, целую вечность. Рёв ветра давил на уши, вибрация от ударов песка по щитам отдавалась во всем теле. Это было испытание не столько силы, сколько воли.

И в какой-то момент, сквозь этот оглушительный гул, я услышал нечто новое. Другой звук.

Он был низким, протяжным, и он пробивался сквозь вой бури.

Звук боевого рога.

Сначала я подумал, что мне показалось. Что это просто игра ветра, обман слуха в этом хаосе звуков. Но потом рог прозвучал снова. Ближе. И я понял, что не ошибся.

«Всем стоять ровно» — мой ментальный приказ ударил по нервам каждого солдата. — «Мы подвергаемся психологической атаке».

Паники не было. Было напряжённое, осязаемое ожидание. Армия, и без того сплочённая, превратилась в единый, напряженный мускул.

А рога продолжали звучать. Теперь я слышал их отчётливо. Они доносились с разных сторон, окружая нас. То слева, то справа, то со стороны тыла. Их было много. Десятки. И они играли не стройную мелодию, а дикий, хаотичный клич, от которого стыла кровь в жилах.

Эта магия была довольно сильной и пугающе натуральной.

Герцог Феллат или кто-то ещё, кто следил за нами, решил воспользоваться бурей, чтобы окончательно сломить наш дух. Они не могли атаковать нас в этой мгле. Но они могли заставить нас поверить, что атака неминуема. Заставить нас провести ночь в ужасе, ожидая удара из ниоткуда.

— Иллюзия? — прорычал где-то в центре круга Мурранг, его голос был едва слышен сквозь вой бури и шелест песка.

— Да, — коротко бросил маг. — Может, иллюзия. Может, даже воспользовались магическими артефактами. В любом случае, они хотят, чтобы мы боялись.

Рога замолчали так же внезапно, как и начались. Но неизвестность и шум ветра были ещё более гнетущими, чем их рёв.

Ночь мы провели без сна. Никто не сомкнул глаз. Солдаты стояли в строю, вцепившись в оружие, вслушиваясь в вой бури. Маги продолжали поддерживать барьер, их силы были на исходе.

Держались только за счёт солидного количества артефактов-накопителей с кмабирийских болот. Я поддерживал Рой, пытаясь уловить хоть какие-то признаки реального движения за пределами нашего укрытия. Но там была только буря.

Это была самая длинная ночь в моей жизни, ночь, наполненная ожиданием и неизвестностью.

А потом, так же внезапно, как и началась, буря стала стихать.

Рёв ветра сменился глухим воем, затем затихающим шёпотом. Стена песка редела, и сквозь неё начал пробиваться слабый, багровый свет. Буря ушла куда-то на восток.

Наступал рассвет.

Когда ветер стих окончательно, я отдал приказ:

— Разобраться! Пару часов отдыха и продолжим поход.

Солдаты с трудом, как заржавевшие механизмы, начали подниматься и опускать щиты. Весь мир вокруг нас был другим. Белая солончаковая равнина исчезла под толстым, полуметровым слоем жёлтого песка. Наши повозки, лошади, сами люди — всё было покрыто им. Армия выглядела как сборище песчаных статуй.

Я стряхнул с себя песок и посмотрел на горизонт.

Солнце, огромное, красное, поднималось над изменившимся миром. И насколько хватало глаз, вокруг нас не было никого.

Пустыня была пуста. Ни следов вражеских отрядов, ни брошенных артефактов, ничего. Только мы и бесконечные барханы свежего песка.

Мои офицеры подошли ко мне. Их лица были измождёнными, но в глазах читалось облегчение.

— Они не пришли, — прохрипел Хайцгруг.

— Они и не собирались, — ответил я, глядя на восходящее солнце. — Это была проверка. Они хотели посмотреть, сломаемся ли мы?

Я обернулся и посмотрел на свою армию. Солдаты, стряхивая с себя песок, помогали друг другу подняться. Кто-то доставал флягу и делал драгоценный глоток. Кто-то просто сидел на песке, тупо глядя на рассвет. Они были измотаны до предела. Но они были живы. И они были вместе. Никто не дрогнул и не убежал в пустыню, оставшись там навсегда. Спасение было в стойкости.

— Мы выстояли, — сказал я тихо, но так, чтобы слышали все. — Мы прошли