Хрестоматия по социологии физической культуры и спорта. Часть 2 - Владислав Столяров

Две противоположных позиции. (…) Подневольный труд или радость, страдание или желание, препятствие или поддержка детского развития характеризуют противоположные оценки. Например, говорилось о том, что необходимо отменить «детский труд», долой детский высокий спорт, который не позволяет детям оставаться детьми, который, по словам спортивного педагога из Гамбурга Конрада Пашена, подвергает «детей суперстрессу современных спортивных тренировок, нацеленных на высокие достижения». Детей лишают важнейшего опыта, нарушается их семейная жизнь, ограничиваются их социальные контакты, наносится вред их развитию. Из-за спорта высоких достижений создается угроза их физическому, умственному и душевному здоровью, из-за того, что «сеть опеки», /115/ в которую «безвыходно затягивается» ребенок, «становится все плотнее» «тоталитарная система, в которой нет двери», как утверждает голландский спортивный педагог Барт Крум. (…) И совершенно в противоположном духе высказываются сторонники детского спорта высоких достижений: в этом спорте дети могут получать стимулы и побуждения, формировать ценные для их жизни ориентации; при соответствующем руководстве это дает больше позитивного, чем если бы в спортивном плане вообще бы ничего не делалось; ребенок может (…) реализовать свое право на развитие своих талантов. Что касается выносливости и прежде всего координационных способностей детей, то их можно нагружать еще больше и хорошо тренировать; одностороннего психического развития можно избежать при правильном руководстве, при ответственном построении тренировок; при хорошем медицинском обслуживании не стоит также опасаться нанесения вреда физическому здоровью, а при хорошем социальном обслуживании – и душевному. Если и делаются некоторые оговорки относительно того, как сегодня строится детский спорт высоких достижений, то в принципе ему даются положительные оценки в плане воспитания и развития – только его нужно правильно, т. е. в «соответствии с детским характером», организовывать.

Что касается этих двух противоположных точек зрения на детский высокий спорт, то можно легко установить, что несмотря на их противоположность они пользуются одним и тем же аргументом детскости. В одном случае говорится, что от детского высокого спорта следует отказаться в интересах ребенка, так как он не соответствует детскому характеру; в другом случае: с педагогической точки зрения за детский высокий спорт можно нести ответственность, если он строится в соответствии детскому характеру. Но что это означает?

Детство и детскость. В чем заключается «суть» ребенка или детства, в соответствии с которым или от имени которого необходимо осторожно дозировать или совершенно отказаться от нагрузок и требований, которые несет с собой детский спорт высоких достижений? (…) Естественной сущности ребенка, которую необходимо развивать, (…) не существует. Ребенок с самого начала формируется в социокультурном плане, и это означает не только то, /116/ что он со дня своего рождения подвержен социальному и культурному воздействию, что на него оказывают влияние факторы, с одной стороны, способствующие, а, с другой стороны, мешающие его развитию, но и то, что направление и сила многих воздействий определяется тем, каким представлением о ребенке при этом руководствуются. Это представление может быть совершенно различным.

Если рассматривать историю детства, то можно увидеть не только любовь матери и самоотверженность родителей, оберегающих его детскую комнату и неомраченное детское счастье, но и то, что от детей все время чего – то ожидают, требуют, к чему – то принуждают; мы увидим приучение к дисциплине, наказание, плохое обращение и даже убийства детей, детский труд, большую детскую смертность, детские банды, детскую проституцию. И наряду с этим мы видим, что дети способны к таким достижениям, каких обычно можно ожидать только от взрослых: например, в восемь лет делать переводы Платона с греческого на французский, как это делал Теодор Агриппа Д'Обиньи, в двенадцать лет написать работу о звуке, как это сделал Паскаль, или в четырнадцать лет, как Моцарт, написать оперу. Дитрих Курц составил список таких достижений; на детей смотрели как на маленьких взрослых, и с ними обращались как со взрослыми. Детство как особый и самостоятельный отрезок человеческой жизни можно в этом смысле сравнить с поздним «изобретением» или открытием, чем мы обязаны гениальному Жан Жаку Руссо.

Но детство это не только «изобретение», оно является также культурным и педагогическим достижением. Идея детства и вместе с ней идея детскости связана со знанием особенностей этого отрезка развития, о праве ребенка на неприкосновенность и защиту. (…) Это право детей предполагает в том числе, что они имеют право на собственный детский мир, на защиту и оберегание, что правила и требования взрослой жизни не должны или лишь ограниченно должны распространяться на них, что им необходимо предоставить простор для развития их задатков и сил и что этот простор необходимо защищать от вредных влияний извне; это означает также, что с ними следует обращаться как к цельным созданиям, которым нельзя давать одностороннее образование, что они имеют право на поддержку их талантов /117/ и что их необходимо соответственно готовить к взрослой роли в культуре и обществе; и это означает, что если у них имеется к чему-то талант, то его нужно бережно поддерживать. (…)

Правда, все это не означает, что дети не могут выдерживать интенсивных нагрузок и выполнять высокие требования в некоторых видах спорта, в цирковом искусстве и акробатике или в музыке могут добиваться высоких и даже высочайших достижений. Но с педагогической и этической точки зрения возникают вопросы: должны ли дети выдерживать все, что они могут, или должны ли они достигать тех результатов, которых они могут достигнуть? И действительно ли так важны для их развития высочайшие спортивные достижения, что к ним нужно стремиться с педагогической точки зрения? С психологической и медицинской точки зрения в детском спорте высоких достижений некоторые нагрузки и требования могут быть безвредными для ребенка. Однако это не означает, что данный спорт для них желателен и с педагогической точки зрения. Или по-другому: не все, что в детском спорте высоких достижений могло бы быть сделано с ребенком в плане целенаправленного, так желаемого взрослыми, улучшения спортивных достижений, следует делать.

Необходимо задать вопрос, в какой мере и насколько интенсивно высокий спорт с его определенными для взрослых правилами и нормами, с его принципами достижений, конкуренцией и в связи с этим со специфическим планированием тренировок и соревнований должен переноситься в детскую жизнь и определять цели и содержание воспитания и развития? Педагогический ответ на это возможен только с учетом принципа педагогической ответственности, которая касается учителей, тренеров, а также родителей и социального окружения детей.

Педагогическая ответственность за развитие ребенка. То, что в этой связи может быть названо ответственностью за ребенка, не может с педагогической точки зрения в первую очередь определяться исключительно заинтересованностью в оптимизации высоких спортивных достижений (…) Она должна исходить также из заботы о будущем ребенка, который позже станет взрослым, а также из стремления обеспечить ему счастливое настоящее. Она должна предоставить ребенку целостное воспитание, которое не допускало бы односторонности развития и не ограничивало бы его в будущих возможностях, /118/ а скорее открывала бы их ему в смысле растущего самоопределения и одновременно создавала бы те возможности, которые служили бы оптимальным стимулом для разностороннего опыта и понимания, основой самостоятельности и самоопределения, короче: для формирования детской личности. Излишне специально упоминать, что сюда же относится и здоровое физическое развитие. (…)

Актуальная и долгосрочная ответственность. Цели детского спорта высоких достижений не носят в первую очередь педагогического характера; он не был изобретен в целях воспитания ребенка. Интерес к нему – это, по понятным соображениям, заинтересованность в сохранении существования спорта высших достижений взрослых, в постоянном прогрессе достижений, а также в том, чтобы добиться успехов в международных спортивных состязаниях и тем самым соответствовать общественному спросу. Это вовсе не педагогические цели, и это вообще не цели, к которым бы дети пришли сами по себе, если бы взрослые не подвели их к тому, чтобы они следовали этим целям. Целями детей, скорее, могут быть игра, движение, состязание, освоение трюков движения, удовлетворение их любопытства путем проб и экспериментов; их целью является также спортивное мастерство, но в первую очередь не та форма достижений, которая стоит в конце долгосрочно спланированного и связанного с тренировками пути.